Исторический клуб: А. Максимов. Русь, которая была. Альтернативная версия истории. Книга 2. - Исторический клуб

Перейти к содержимому

 

МОДЕРАЦИЯ

Модерируется Графом Daki
Страница 1 из 1
  • Вы не можете создать новую тему
  • Вы не можете ответить в тему

А. Максимов. Русь, которая была. Альтернативная версия истории. Книга 2.

#1 Пользователь офлайн   АлександрСН 

  • Виконт
  • Перейти к галерее
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Раскрыть информацию
  • Группа: Виконт
  • Сообщений: 1 796
  • Регистрация: 29 Август 11
  • Пол:
    Мужчина
  • ГородКемерово
  • Награды90

Отправлено 21 Январь 2012 - 19:22

Я заявляю свое право
быть неточным в деталях
и с готовностью принимаю
конструктивную критику.

И. Великовский. Века в хаосе

Альберт МАКСИМОВ
РУСЬ, КОТОРАЯ БЫЛА-2
Альтернативная версия истории

Изображение

Те, кто прочел первую книгу — «Русь, которая была», думаю, смогли убедиться, насколько традиционная средневековая русская история оказалась неубедительной. Напомню, что в первой книге поднимались вопросы, связанные с взаимоотношением Руси и Орды, охватывавшие период от нашествия «монголов» до избрания Михаила Романова на царство.
Однако что было на Руси до этого знаменательного в традиционной версии истории нашествия? И вообще, «откуда пошла Русская земля, кто в Киеве стал первым княжить и как возникла Русская земля»? Что скажет об этом альтернативная версия истории (в дальнейшем — АВ), что скрыто за пологом «облагороженной» традиционной версии истории (в дальнейшем — ТВ)?
Но вначале нам следует разобраться в вопросах истории раннего славянства, попытаться решить многовековую варяжскую проблему, связанную с идентификацией древних русов. Для этого мы углубимся в древнейшие времена.


Автор


Часть первая

ПРОИСХОЖДЕНИЕ НАРОДОВ

•Расы и народы в Европе•Готы и другие племена•Славяне•

РАСЫ И НАРОДЫ В ЕВРОПЕ

Именно еще в каменном веке начался процесс распада единой индоевропейской общности. Индоевропейцы, заселившие ныне Европу, обе Америки, Австралию и часть Азии, говорящие на десятках языков, несколько тысячелетий назад составляли единую языковую общность.

До сих пор нет точной локализации индоевропейской прародины. Существует несколько различных версий ее местонахождения. Наиболее обоснованной считается версия размещения прародины индоевропейцев в районе озер Ван и Урмия, что на границе Турции с Ираном. Отсюда древние индоевропейцы пошли через Балканы в Европу и только после этого двинулись далее на восток, колонизируя новые земли и ассимилируя местное автохтонное население. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что, по данным лингвистов, в праиндоевропейском языке не оказалось обозначений для флоры и фауны Средней Азии (отсюда и вывод, что не могли ранние индоевропейцы жить в Средней Азии). Мнение, что индоевропейцы были исконными жителями Европы, точнее, ее севера, также не выдерживает критики хотя бы потому, что в индоевропейских языках нет общего термина для обозначения моря и названия янтаря.

В европейских языках субстраты неиндоевропейского происхождения обнаружены лингвистами только на окраинных территориях Европы, что свидетельствует о весьма удачной «зачистке» процесса ассимиляции.

Учитывая различный антропологический состав древних индоевропейцев на их новых территориях, следует сделать однозначный вывод о наличии значительного количества местного населения по сравнению с пришельцами — индоевропейцами, которые, вливаясь в местные племена, передавали им свою культуру, язык и импульс к дальнейшему расселению. Впрочем, не все местное население ассимилировалось. Дело в том, что еще во втором тысячелетии до нашей эры на территории Западной Европы жили племена… негроидов. Однако на современном облике европейцев это никак не отразилось. Останки негров, причем даже в общих могильниках вперемешку с белыми людьми, находят и на территории Восточной Европы. Скорее всего, с востока волна переселенцев европеоидной расы, но тогда еще не индоевропейцев, просто вытеснила местное негроидное население вначале на запад Европы, а далее — в Африку. Но некоторое количество негроидного местного населения все же влилось в племена пришельцев. Достаточно вспомнить Тацита, его наблюдение в биографии Агриколы, что среди кельтов имелись смуглые люди с курчавыми волосами, которые были жителями Британии. Известно, что негроиды начали заселять Южную Африку только на рубеже нашей эры, вытесняя местное автохтонное население — койсанскую расу, относимую к монголоидам.

Вопрос, связанный с пигментацией негроидов, весьма сложен и запутан. С одной стороны, кожа на солнце темнеет, с другой — черный цвет активно поглощает солнечное излучение, что в условиях африканской жары создает крайне тяжелые условия для ее обладателей. Встает резонный вопрос: почему представители койсанской расы, живущие в той же Африке, не черные, а бурые? Наконец, индейцы, жители тропических районов Южной Америки, также не чернокожи, хотя солнечного излучения там столько же, как и в Африке. Отсюда вопрос: насколько повлияло солнечное излучение на формирование у негроидов черного цвета кожи?

Местное, неиндоевропейское, население Центра и Юга Европы, скорее всего, было брахицефально, то есть имело так называемые короткие головы. К брахицефалам относят угров, европейских турок, албанцев, басков, древних этрусков, частично славян, то есть жителей окраин Европы, в том числе и ее горных районов. Брахицефалы при этом отличаются темными глазами и волосами. К долихоцефалам, т. е. длинноголовым, относят германцев, кельтов, римлян, греков, персов, индийцев, евреев и арабов. Но последние два народа — семиты, а сами долихоцефалы заметно отличаются друг от друга в расовом типе, что с одной стороны подтверждает неоднородность праиндоевропейцев, а с другой стороны заставляет учитывать местные природные условия, а также ассимиляционные процессы.

При рассмотрении вопроса о том, насколько влияют климатические условия на формирование пигментационных особенностей у людей, следует вспомнить, что писал Борис Пильняк после раскопки старинного поволжского немецкого кладбища: «Теперешний тип немца обязательно темноволос, — в могилах сохранились волосы умерших — пшеничные волосы северян. Сто шестьдесят лет немецкого заволжья, степной зной и степные морозы, азиатские стихии — перекрасили немцев, изменили их антропологический тип».
Задумаешься после этих слов, сразу вспоминается описание финно-угорской веси, жившей на севере России, предки которой в давние времена пришли из глубин Азии: нос у них широк, курнос и сплющен, сами имеют раскосость, весьма скуласты, но при этом «никогда не встретишь между ними человека с темными глазами».
Из долихоцефальности перечисленных выше народов можно сделать вывод, что древние индоевропейцы были длинноголовы. Кстати, черепа из древних славянских погребений в подавляющей своей основе тоже имеют удлиненную форму, а древние исторические документы описывают славян светловолосыми — русыми или белокурыми людьми со светлыми глазами.

ГОТЫ И ДРУГИЕ ПЛЕМЕНА

Около трех-четырех тысяч лет назад предки германцев, славян и балтов еще составляли единое целое, но которое начинало распадаться. Уже по прошествии нескольких сотен лет можно было говорить об их разделении на германские и славяно-балтские языки. А процесс распада единой славяно-балтской общности начался около двух с половиной тысяч лет назад и завершился к середине первого тысячелетия нашей эры. Однако на этом процесс распада не закончился. Сами балтские племена начали разделяться на три крупные группы. К западной относились предки пруссов, ятвягов, галиндов и куршей, живших в междуречье Вислы и Немана. К летто-литовской относились предки литвы, жемайтов, земгалов, летьголов и аукштайтов, жившие на современной территории Литвы и Латвии. А к восточной относились предки голяди, а также КРИВИЧИ, на мой взгляд, до сих пор ошибочно всеми считаемые славянами.

Славяне, как считается, также разделились на три большие группы племен: западную (предки поляков, чехов, словаков, лужичан), восточную (предки русских, украинцев и белорусов) и южную (предки болгар, сербохорватов, словенцев и македонцев). Однако такое разделение на три группы лишь результат отражения СОВРЕМЕННОГО положения дел в славянстве. На мой взгляд, нельзя переносить его на ситуацию первого тысячелетия нашей эры. Здесь, вероятно, следует говорить лишь о двух больших группах славян: западной и восточной. Южных славян как таковых тогда еще не было, а были в районе Балкан славянские переселенцы, представители обеих славянских групп — западной и восточной. И лишь на рубеже первого и второго тысячелетий стала складываться южная группа славян. Близко к такому выводу подошел И. Срезневский, считавший, что праславянский язык первоначально разделился на две ветви: западную и юго-восточную, от последней же пошли древнерусский и южнославянские языки.

Вопрос о точной локализации славянской прародины до сих пор однозначно не решен. Дело в том, что первые письменные известия о славянах датируются VI—VII веками, что в точности по времени соответствует самым ранним культурам, которые можно с достоверностью отнести к славянам согласно археологическим данным. Однако это времена завершения Великого переселения народов, во многом затронувшего и славян, которые большими массами стали переселяться на Балканы и в восточном направлении. Но нас интересует месторасположение славян в первые века нашей эры до их массового движения, то есть в те времена, когда уже был близок к завершению процесс их обособления от балтов.
На вопрос о сравнительной численности славян и балтов историки могут ответить однозначно: славян, конечно, было намного больше как по площади занимаемой ими территории, так и по плотности ее заселения. Однако на это у меня как раз имеются возражения. На мой взгляд, балты занимали не только территорию Литвы, Латвии, Пруссии и севера Белоруссии, но и области верхнего Поднепровья и Окского бассейна, о чем, кстати, пишут некоторые современные историки, но, к сожалению, не акцентируют на этом внимание. Вероятно потому, что позднее, в конце первого тысячелетия, эти земли занимали племена кривичей, вятичей и радимичей, ОШИБОЧНО ОТНОСИМЫЕ К СЛАВЯНАМ.

Для определения прародины славян следует учесть ареалы распространения балтских племен, с которыми славяне граничили на севере и северо-востоке, и их западных и юго-западных соседей — германцев, о которых имеется информация от древних авторов. Но вначале о племени готов. Вопрос об этнической принадлежности готов нельзя считать решенным, однако будем придерживаться традиционной точки зрения, что готы относятся к германским племенам, тем более что она, скорее всего, является верной.
В истории готы совершали какие-то аномальные поступки. Считается, что родина готов — остров Готланд в Балтийском море. В начале нашей эры, задолго до периода Великого переселения народов, готы переплыли море и двинулись через всю Европу в юго-восточном направлении. Любопытно, что согласно готскому историку VI века Иордану готы отплыли из Скандии всего на ТРЕХ кораблях. В III—IV веках готы уже живут в Северном Причерноморье и в Крыму, создав мощную державу, простиравшуюся «от Тавриды и Черного моря до Балтийского».

В конце IV века вторгнувшиеся с востока гунны разгромили готскую державу, восточные готы покорились завоевателям, а западные ушли в Византию. После этого приключения готов продолжались: и вестготы, и остготы прошли почти всю Европу, поселившись в Болгарии, в Иллирии и даже в Испании. В то же время часть готов осталась на долгие века в Крыму. Какое же мощное по численности было племя готов! А, между прочим, Готланд, предполагаемая традиционными историками прародина готов, остров небольшой, сегодня численность его населения едва достигает 50 тысяч человек. И учтите, прежде чем готы поселились в Причерноморье, им надо было пройти через пол-Европы, и пройти с боями. Что от них могло остаться к III веку? Да НИЧЕГО!

То, что остров Готланд — родина готов, это, конечно, сказки. Если он так и называется — «готская земля», то это отнюдь не означает, что готы Германариха и Иордана являлись выходцами с этого северного острова. Почему-то никто не считает балканских словенцев потомками словаков или новгородских словен только потому, что у них идентичные названия. Почему у германских племен не может быть близких названий? К примеру, были еще среди них и племена готонов, гуттов, ютов, что близко по названию к готам. Некоторые традиционные историки опровергают версию о происхождении готов из Скандинавии, обвиняя древних авторов в «ученых спекуляциях». Но дело здесь не столько в злонамеренности Иордана, Кассиодора и др., а в самой неправильной хронологии истории. Но и Иордан тоже не ангел: многие упоминаемые им факты, как это уже давно доказано, к истории готов никакого отношения не имели. Достаточно сказать, что к готам он относил и древних гетов, живших еще до нашей эры. Впрочем, возможен и другой вариант: готы все же были на Готланде, но пришли сюда из Причерноморья, а не наоборот, как это утверждает ТВ. Но об этом несколькими строками ниже.

Итак, наши историки верят Иордану, что готы пришли с Балтики, но почему они в таком случае не верят Прокопию, который утверждал, что вандалы, другое германское племя, пришли в Галлию с берегов Меотиды, т. е. Азовского моря? Историки более склонны верить Дексиппу, который писал, что асдинги, род, к которому принадлежали цари вандалов, пришли в придунайские земли с «берегов океана», совершив это переселение в течение года. Но и Дексипп вовсе не утверждал, что это были берега именно Балтийского моря, просто Балтику выбрали историки. Вот еще один прекрасный пример, как создавалась наша история.

Наконец, известно, что вандалы не знали иного военного строя, кроме конного. Не кажется ли это странным, так как германские племена славились именно пешим строем? Историки объясняют это тем, что вандалы за время пребывания в степях Дакии и Паннонии превратились в искусных конников. Я готов с этим согласиться. Это произошло и с интересуемыми нами готами в степях Причерноморья. Но весь этот процесс, на мой взгляд, мог произойти лишь в случае медленного поступательного движения этих племен из лесных районов в степные. Но наши историки, наоборот, говорят как раз о быстром продвижении этих племен в степи. Напомню, считается, что готы приплыли на южный берег Балтики на трех кораблях. Вряд ли у них были кони. И им надо было пройти пол-Европы через леса и болота. Как могла произойти такая быстрая метаморфоза, что эти германские племена стали конными? Для традиционной истории это трудно объяснимо. Но в случае, если мы примем версию, что и готы, и вандалы (если, конечно, вандалы были германцами, но об этом в одной из последних глав книги), будучи окраинными племенами германского ареала, медленно продвигались на восток, то их приобщение к коневодству уже легко объяснимо.

Считается, что готы по пути с берегов Балтийского моря на юг раскололись на две ветви, одна из которых обосновалась в Дакии (современная Румыния), а другая — в районе Крыма. Если фантазию о северной родине готов всерьез не принимать, то мы сможем получить довольно простое объяснение: часть готов, располагавшаяся в начале нашей эры в северной части Дакии, ушла на восток и поселилась в районе Крыма, другая их половина так и осталась на своем прежнем месте.

Если еще немного задержаться на любопытной теме истории готов, то следует «упомянуть о гипотезе более остроумной, нежели вероятной», как писал Карамзин. А между тем в свете критики традиционной истории эта гипотеза уже становится более вероятной, нежели любопытной. О чем же она? «В одной греческой, так называемой пасхальной летописи действительно сказано, что Траян в 106 году воевал с персами и готами: следственно последние обитали тогда близ Персии? Но готы в III веке пришли в Дакию из Скандинавии». Еще Карамзин пишет, что готы во времена Траяновы, побежденные римлянами, «искали убежища в странах полунощных, с вождем своим Одином, который оружием и мудростью покорил себе знатную часть севера». Во все это историк, конечно, не верит. Но согласно версии Носовского и Фоменко император Траян накладывается на императора Аркадия, правившего в 395—408 годах, что прекрасно стыкуется с событиями конца четвертого века: разгромом готов гуннами и бегством части из них на запад. Таким образом, гипотеза, о которой вскользь упомянул Карамзин, отрицая ее, вполне имеет право на существование: часть готов, спасаясь от гуннов, а потом и римлян, ушла на север, в Прибалтику. Вероятно, отсюда у готского историка Иордана и появилась версия, что готы пришли в Причерноморье из района Скандинавии. То есть древний готский историк все спутал, поменяв векторы движения готов, что ему вполне простительно, так как он писал готскую историю спустя несколько столетий после происходивших событий.

Итак, по ТВ эпоху Великого переселения народов открыло движение готов из Прибалтики на восток, в Причерноморье. Однако возникает закономерный вопрос: а что происходило в евразийских степях до этого? Знаменитый степной коридор «восток-запад» уже функционировал? Если исходить из постулатов традиционной истории, то на этот вопрос следует ответить отрицательно. Судите сами. Эпоха Великого переселения народов еще не наступила, а готы были ее первенцами. Если бы степные народы постоянно двигались в западном направлении, то готы были бы сметены уже в первые годы своего появления в причерноморских степях. В таком случае перед ТВ возникает резонный вопрос: почему вдруг начался этот процесс?

Есть еще один интересный вопрос. В ходе Великого переселения народов возникла совершенно новая этническая карта Европы, РЕЗКО ОТЛИЧАЮЩАЯСЯ от прежней, и при этом СОХРАНИВШАЯСЯ в основных чертах до наших дней. Почему? Ответа на эти вопросы у традиционной истории нет, иначе бы не возникла теория Гумилева о пассионарных дугах.
Сам ареал распространения германских племен в первых веках нашей эры нельзя ограничивать землями современной Германии. По моему мнению, племена древних германцев тянулись широкой полосой по территориям современных Чехии, Австрии, Венгрии и севера Румынии. На европейском севере, естественно, они уже занимали Данию и запад Скандинавии.
На востоке германцы соседствовали с сарматскими ираноязычными племенами языгов и роксолан, которые после ухода готов на восток заняли их нишу. Впрочем, само название племени роксолан говорит о его возможном смешанном угорско-иранском происхождении.

На юге Белоруссии, на стыке славянского и балтского ареалов, уже располагались сарматские племена. Весьма показательна по данному вопросу информация о ятвягах — балтском племени, обитавшем на северо-западе Белоруссии. Ятвягов многие считают сарматами, в частности, такой точки зрения придерживались Шафарик и Татищев. Соловьев писал, что еще в его время (XIX век) встречаются потомки ятвягов, резко отличаясь от белорусов и литовцев смуглым видом. Что ж, перед нами прекрасное доказательство того, что в районе Белоруссии проходил раздел между балтами и ираноязычными племенами. Ятвяги — пограничное балтское племя, впитавшее значительный сарматский элемент.

СЛАВЯНЕ

Итак, соседи славян локализованы, теперь осталось дело за малым: найти ареал славянских племен. На долю славян осталось не так уж и много: северо-восток Чехии, Словакия, Южная Польша и северо-запад Украины, причем западная граница этого ареала практически совпадает с западной границей прародины славян, предложенной чешским ученым начала ХХ века Нидерле, а в целом предполагаемый ареал близок к славянской прародине, о которой писал в начале XIII века краковский епископ Викентий Кудлубек.
Единственным регионом, о котором пока не сказано ни слова, остается район среднего и нижнего течения Вислы, т. е. значительный район современной Польши. Древние авторы отдают этот регион венедам, которых большинство исследователей принимает за славян. Однако такой вывод ничем не подкреплен, наоборот, изучение топонимов этого региона заставляет меня принять кельтскую версию. Кстати, такой славянский авторитет как Шафарик считал, что кельты были на Висле. Но откуда в Польше кельты? К традиционной кельтской прародине относят Галлию, а также Британию и Ирландию. Именно здесь еще сохранились остатки кельтского населения: в Ирландии, Уэльсе и французской Бретани. Однако мало кто знает, что в древности в Иберии (Испании) жили кельтские племена кельтиков, кельтиберов и артабров, на западе и юге Германии были кельтские племена тунгров, убиев и туронов, на юге Чехии — бойи. Кельты неоднократно вторгались в Италию. На востоке их племена доходили до района Карпат. На севере Балкан жили кордиски, а племя бритолагов достигло дельты Дуная. О племенах южного побережья Балтики сведений практически нет никаких, это неудивительно, так как данный регион находился за пределами цивилизованного мира.

Как оказались всюду кельты? Для этого им надо было миновать плотно заселенные районы германских и славянских племен. Но это в том случае, если принять за основу современную сложившуюся интерпретацию этнической истории Европы. Из всех индоевропейцев в своем поступательном движении на запад именно кельты дошли до края Европы. Вслед за ними шли предки романцев, германцев и славян. На мой взгляд, первоначальным ареалом расселения кельтов (точнее, еще пракельтов) была Галлия и большая часть Германии и Польши. На долю германских племен первоначально приходилась территория Чехии и частично Бавария и север Австрии. Славянам досталась Словакия с близлежащими соседними территориями. При этом необходимо помнить, что германцы, славяне и летто-литовцы первоначально составляли единую общность. Поэтому речь здесь идет о предках этих трех групп народов.

Численность кельтов, германцев и славян возрастала. Кельты без труда ассимилировали автохтонное население Британских островов, продвигались в Иберию. Но во многом их расселение сдерживалось Атлантикой: кельты достигли края земли. Поэтому их поступательное движение на запад сменилось обратной волной: на юго-восток в Апеннины и на восток к Дунаю. Именно они могли послужить причиной начала движения готов на восток, заставив последних пойти в Причерноморье. Практически одновременно с кельтами двинулись и германские племена. Но пошли они не на юг, а на слабозаселенный север, вытесняя кельтов из Германии, заселяя Данию и Скандинавию, где обитали более развитые, чем германцы, финно-угорские племена. Часть германцев ушла в Паннонию, а готы появились в северной Румынии. Вытеснив кельтов из Германии, будущие немцы не затронули их ареал в центральной и северной Польше. Поэтому кельты здесь сохранились еще на несколько веков, пока их не ассимилировали славяне. Такова моя точка зрения.

Славяне, как я считаю, в период кельто-германских переселений пока еще занимали небольшую территорию Словакии и соседних земель, период бурного расселения до них еще не дошел, пока они только копили для этого силы. Славянский взрыв произошел во второй половине V века. Одним из направлений движения многочисленных славянских племен и было Повисленье, где они быстро ассимилировали кельтских венедов, ранее не затронутых двигавшимися в Скандинавию германцами. Венедов, как уже было выше сказано, принимают за славян, причем бездоказательно, только на основании того, что впоследствии именно славяне жили и, сейчас продолжают жить на этих землях, в Поморье. Между тем даже Нидерле, ярый сторонник славянского происхождения венедов, на страницах своих «Славянских древностей» слово Vindos (корень) считал галльским, т. е. кельтским.

Таким образом, славяне первой половины первого тысячелетия нашей эры оказались локализованы на довольно небольшой территории далеко в стороне от регионов, ставших известными по важнейшим событиям тех времен, хотя и их слегка затронули гунны. Поэтому как раз и неудивительно, почему историки не могут идентифицировать славян в тех племенах, которые упоминаются у древних авторов: просто славяне еще не вышли на историческую сцену европейской истории. Даже гуннское нашествие, в течение двух веков занимавшее главное место в событиях древней истории и прошедшее как раз по землям, на которых, как считается, издревле обитали славяне, не дало ни одного названия племени, которое можно было бы соотнести со славянами. «Представить, что славянские племена каким-то чудом оказались не затронутыми гуннским нашествием, просто невозможно, — пишет Данилевский. — Остается полагать, что сведения о славянах скрываются под одним из этнонимов, относительно которых источники не дают достаточных сведений для отожествления с известными племенами и народами». Что ж, полагайте…

Целый ряд исследователей отмечают странную общность ряда слов, характерных как для всех славянских племен, так и для тюрко-угорского мира: бык, вол, коза, творог. Правда, схожесть последнего слова для разных языковых семей, скорее всего, случайность и слово творог у славян происходит от слова «творить», т. е. взбивать прокисшее молоко. Но схожесть трех названий домашнего скота заставляет задуматься. Из того, что эти слова характерны для всего славянского мира, можно сделать вывод, что они пришли к славянам от тюрок или угров, имевших близкие с ними контакты. Эти слова они вполне могли получить от гуннов. После смерти Аттилы гуннская держава распалась, часть гуннов ушла на восток, а часть растворилась среди славян.

Впервые о славянах как таковых пишет готский историк Иордан. Но Иордан, вероятно, жил в VI веке или последующих веках, когда славяне уже активно продвигались по различным направлениям, главными из них были Балканы и восточное направление, то есть славяне к VI веку вошли в район исторической ойкумены.
Несмотря на относительно небольшой ареал их обитания в первой половине первого тысячелетия, славяне были многочисленным народом и имели высокую плотность заселения своих земель. Материалы археологии свидетельствуют о значительной перенаселенности к V веку района бассейнов Вислы, Эльбы (Лабы) и Одера. Причинами их Великого переселения, сопоставимого с настоящим взрывом, были высокая плотность населения и резкое изменение климата в V веке: значительное похолодание (V век был наиболее холодным из всех в период нашей эры), приведшее к заболачиванию и уменьшению сельскохозяйственных земель.

Теперь самое время рассмотреть проблему происхождения слова «славяне». В настоящее время существуют две версии происхождения этого слова — либо от «славы», либо от «слова».

Слава — славяне, народ славы, славный. Византийцы и римляне называли их склавинами, склавами. Появление буквы «к» объясняют тем, что в греческом правописании перед буквой «л» должна ставиться «к». Таким образом, у греков славины превратились в склавинов. Однако арабы называют славян саклабами или сакалибами. То есть с той же буквой «к», но с буквой «б» вместо «в».

В пользу происхождения названия славян от «слова» можно привести то, что в настоящее время существуют славянские народы — словаки и словенцы, имеющие собственные государства. Опять же в «Повести временных лет» жители Приильменья и сами славяне в целом названы словенами. Поэтому в названии славян определить первородство корней -слав- и -слов- практически нельзя.

Но я, тем не менее, хотел бы предложить третью версию, которая, на мой взгляд, имеет право на существование. Я думаю, что слово «славяне» происходит от названия реки Лабы. В своих верховьях она течет по территории Чехии, затем по восточной Германии, у немцев уже называясь Эльбой. Тысячелетие назад эту территорию занимали не немцы, а славяне — лужицкие сорбы, их потомки — небольшой славянский народ лужичан живет там до сих пор. При первых контактах римлян и греков со славянами, последние на вопрос: «Кто вы?» — отвечали: «Мы с Лабы», а так как буквы «б» и «в» постоянно переходят друг в друга, то римляне с греками и назвали их славянами.

Сами славянские народы, расселившиеся на обширной территории, впоследствии с удовлетворением восприняли это название благодаря корню -слав-: здесь и слава, славный, и ставшие популярными с Х века имена, оканчивающиеся на слав: Святослав, Болеслав и т. д. Первоначальное самоназвание, происходящее от корня -слов-, в настоящее время осталось у западных славян — словаков, у южных — словенцев, а у восточных — только в древних летописях.

В пользу такой версии происхождения названия славян есть и косвенные доказательства. У арабов славяне назывались «сакалиба», «саклаб». То есть с буквой «б». Впервые арабы могли встретить славян, скорее всего, на территории Византии, где по предлагаемой здесь читателям версии славяне первоначально назывались греками склабины, склабы. Греки, напомню, не практикуют сочетание букв «с» и «л», поэтому между ними и вклинилась буква «к»: «скл». Со временем у греков буква «б» перешла в букву «в», но к тому времени у арабов уже укоренилось название славян с буквой «к» между первой и третьей согласными и первоначальной буквой «б» на конце слова.

В русском языке буква «б» никогда не переходит в «в». Зато в греческом языке такой прецедент был. Греческая буква «бета» в древнегреческую эпоху читалась как «б», а в византийскую — уже как «в». Какую же букву греки применяют при написании слова «славяне»? Бета! Итак, в древности грекам на севере повстречались неизвестные люди, которые сказали, что они «слабы» (с реки Лабы). В греческом произношении получилось «склабины». Это название было записано греческими буквами, включая букву «бета», которая в те времена звучала как «б». От них это же название перешло к арабам. С годами «б» у греков переходит в «в», и название этого народа греками читается и произносится как «склавины». Славяне все чаще появляются у границ империи, это различные славянские племена, для которых у греков уже есть общее название. Со временем это название было перенято самими славянами и прижилось.

Таким образом, предлагаемая версия, на мой взгляд, убедительно показывает причину того, почему арабы называли славян «сакалиБа» и «саклаБ», в отличие от ТВ, где этот вопрос вообще обходится стороной.

Давайте подведем некоторые итоги. В начале нашей эры в Центральной Европе произошел этнографический взрыв, давший начало движению германских племен. Причиной этого, вероятно, послужили кельты. Они первыми из индоевропейцев в своем поступательном движении на запад дошли до берегов Атлантики. Затем, по мере увеличения своей численности, были вынуждены двинуться в обратном направлении.

Но к востоку от них располагался ареал германцев, тоже уже с переизбыточным населением. Германский «котел» взорвался под давлением кельтов с запада. Куда должны были двинуться многочисленные германцы? Скорее всего, туда, где не было сильного этнического давления: т. е. на север (точнее, на северо-запад) и восток. Пройдя и ассимилируя кельтские племена, германцы достигли Дании и Скандинавии. В Скандинавии они оттеснили, частично ассимилировав, финно-угров, а через несколько столетий появились в Британии. В восточном направлении, захватив с собой ряд кельтских племен, германцы-готы, пройдя Дакию, остановились в Причерноморье, Крыму. Здесь их соседями оказались многочисленные, но плохо организованные скифо-сарматские и гунно-угорские племена.

Вторым демографическим взрывом нашей эры был славянский. Послужило ли этому какое-нибудь чужое племя или причиной оказалось наступившее похолодание, однозначно ответить нельзя. Славяне, как и германцы, двинулись по направлениям меньшего этнографического давления — к северу, до Балтики. Здесь жили кельты, отрезанные германским продвижением от основной массы своих племен. Но основными направлениями движения славян были все-таки два других: южный — на Балканы и восточный — к Днепру и Припяти. Но это уже история восточных славян.

ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ

•Кто же говорил по-славянски на Руси?•
•Как на Руси стали говорить по-славянски•И еще о славянах•



Если бы славяне не были так раздроблены и если бы между отдельными их племенами было менее несогласия, то ни один народ в мире не в состоянии был бы им противиться.
Ал-Масуди

КТО ЖЕ ГОВОРИЛ ПО-СЛАВЯНСКИ НА РУСИ?

Традиционная история давным-давно разобралась с этническим составом Древнерусского государства. К славянам она относит полян, северян, древлян, дреговичей, вятичей, радимичей, полочан, кривичей, словен ильменских, уличей, тиверцев и волынян. То, что все эти племена являются славянами, — это постулат, краеугольный камень, на котором стоит вся русская история. Но так ли это? Доказательная база традиционной истории в этом вопросе невелика, что не удивляет: зачем, мол, доказывать всем очевидное? Но, думаю, традиционным историкам, пребывающим в безнадежном благополучии, рано или поздно придется задуматься о несуразности той истории, которую они обслуживают и оберегают.

Ну а мы сейчас давайте рассмотрим этот вопрос и начнем с «Повести временных лет». Вот что в ней написано о восточных славянах: «…славяне пришли и сели по Днепру и назвались полянами, а другие — древлянами, потому что сели в лесах, а другие сели между Припятью и Двиною и назвались дреговичами, иные сели по Двине и назвались полочанами, по речке, впадающей в Двину, именуемой Полота, от нее и назвались полочане. Те же славяне, которые сели около озера Ильменя, назывались своим именем — славянами, и построили город, и назвали его Новгородом. А другие сели по Десне, и по Сейму, и по Суле, и назвались северянами. И так разошелся славянский народ».
Чуть дальше в «Повести...» утверждается: «Вот только кто говорит по-славянски на Руси: поляне, древляне, новгородцы, полочане, дреговичи, северяне, бужане, прозванные так потому, что сидели по Бугу, а затем ставшие называться волынянами».

Как видите, во втором списке к перечисленным племенам добавлены только бужане. А где же кривичи, вятичи, радимичи, уличи, тиверцы? Правда, в «Повести...» есть слова о том, что кривичи происходят от полочан, но что понимать под глаголом «происходят»? Мы до сих пор не смогли определить все значения тех или иных слов, которые встречаются в летописях. А раз так, то древнерусские тексты могут быть неправильно истолкованы.

Данное упоминание про кривичей может означать всего лишь то, что месторасположение кривичей находится за землями полочан. Сравните перевод с оригиналом. Под оригиналом следует понимать вариант летописи на древнеславянском языке, предложенный историками читателям. Настоящий же оригинал (точнее, его копия, дошедшая до наших дней) труднодоступен для обычного читателя, ибо представляет собой сложный набор букв древней кириллицы. Вот перевод: «…а другое на реке Полоте, где полочане. От этих последних произошли кривичи, сидящие в верховьях Волги…». А вот как звучит оригинал: «…а другое на Полоте, иже полочане. От них же кривичи, иже седять на верх Волги…». Как видите, академик Лихачев довольно неточно перевел оригинал «Повести временных лет», где вовсе не утверждается, что кривичи ПРОИСХОДЯТ от полочан, просто они расположены РЯДОМ с полочанами. Говоря по-другому, достаточно в строки «Повести...» добавить обстоятельство «в стороне», как получится: «…иже полочане. В стороне от них же кривичи». Кстати, такой перевод оригинала был бы точнее, чем предложенный Лихачевым. Почему Лихачев допустил такую грубую ошибку, добавив слово «происходят»? Потому, что традиционная история всегда считала и считает кривичей такими же славянами, как и полочане. Так и появилось в переводе неброское, но очень важное для традиционной истории дополнительное слово «происходят».

До сих пор абсолютно неверно трактуются слова летописца о славянах-словенах. Ошибочно считается, что под словом «словене» (это по оригиналу) речь идет только о новгородских словенах, но надо, на мой взгляд, понимать, что это славяне. Напомню, что транскрипция современных слов «славяне» и «словене» в оригинале «Повести...» одинакова: «словене».

То, что кривичи являются славянами, в «Повести...» вообще нигде НЕ УПОМИНАЕТСЯ. Наоборот: «Выступил в поход Олег, взяв с собою много воинов: варягов, чудь, словен, мерю, весь, кривичей, и пришел...». Вот еще: «Варяги из заморья взимали дань с чуди, и со словен, и с мери, и с кривичей». И еще: «Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь» и т. д. То есть во всех вышеприведенных цитатах кривичи четко отделяются от славян (словен).

В таком случае современный перевод «Повести...» должен звучать так: «Выступил в поход Олег, взяв с собою много воинов: варягов, чудь, славян, мерю, весь, кривичей, и пришел…», «Варяги из заморья взимали дань с чуди, и со славян, и с мери, и с кривичей», «Сказали руси чудь, славяне, кривичи и весь».

Сразу отмечу, что все эти выдержки рассказывают о событиях IX века. О событиях X века в «Повести...» читаем: «…взял же с собою множество варягов, и славян (!), и чуди, и кривичей, и мерю, и древлян, и радимичей, и полян, и северян, и вятичей, и хорватов, и дулебов, и тиверцев…». По этой фразе скажу только одно: она не вызывает доверия, так как слишком длинно перечисление племен. Вероятно, это позднейшая вставка — дополнение к пяти первоначально упомянутым племенам. Это подтверждают еще три выдержки из «Повести...», касающиеся событий X века. «Игорь же собрал воинов многих: варягов, русь, и полян, и словен, и кривичей, и тиверцев». Следует заранее предупредить читателей, что поляне также не славяне, но об этом чуть дальше. «Владимир же собрал много воинов — варягов, словен, чуди и кривичей». И наконец, последнее: «И стал набирать мужей лучших от славян(!), и от кривичей, и от чуди, и от вятичей…». Как видите, даже по современному переводу «Повести временных лет» выходит, что кривичи НЕ СЛАВЯНЕ, как, впрочем, и вятичи.

Татищев считал кривичей сарматами. Такой вывод он сделал на основе того, что «слово криве на сарматском языке значит верховье рек». А к сарматам Татищев относил и всех финно-угров, и литовцев. Кстати, литовцы называли Россию krewenzemla, или земля кривичей. Латыши называют русских кревами. Мы знаем, что, как правило, название народу дает он сам или его ближайшие соседи. Здесь как раз типичный второй вариант происхождения этого названия: кривичи действительно жили в верховьях рек: Волги, Днепра, Западной Двины и многих других.

Не отрицая определенного ираноязычного компонента среди кривичей, последние, на мой взгляд, определенно балты. Это подтверждает и археология. В ареале западного расселения кривичей (регион треугольника Смоленск — Полоцк — Псков) VII—IX века представлены культурой длинных курганов, в которых явно заметно балтское влияние. И еще одно: krive — это у древних литовцев верховный жрец Криве-Кривейто.

Про радимичей и вятичей в переводе сказано, что они происходят от рода ляхов. И опять же по оригиналу: «Поляном же живущим особе, якоже рекохом, сущим от рода словеньска, и нарекошася поляне, а деревляне от словен же, и нарекошася древляне; радимичи бо и вятичи от ляхов. Бяста бо 2 брата в лясех, Радим, а другий Вятко». То есть, поляне и древляне по «Повести...» — из РОДА славян, но вятичи и радимичи — просто, без упоминания рода, из «ляхов», которые вроде даже и не ляхи, а просто жители «лясех», что может означать просто жители ЛЕСОВ. Вятичи и радимичи по ТВ оказались польскими славянами из-за неправильно истолкованного слова, которое означало всего-навсего лес. Действительно, эти племена жили в лесах. К тому же, не слишком ли далеко от Польши забрались «польские» вятичи?

По одной из существующих версий название народа мордвы по своему происхождению… ираноязычное. Оказывается, в иранских языках есть слово martiya, переводимое как человек, мужчина. К этой основе добавился суффикс «ва», так и получилось: мордва. Если взглянуть на карту, то увидим, что соседями мордвы было племя вятичей, в случае признания вятичей ираноязычным племенем станет понятно, благодаря чему мордва получила такое название.

Татищев, а затем Миллер считали вятичей не славянами, а сарматами. «Имя их есть сарматское, и знаменует на сем языке людей грубых, беспокойных, каковы они и в самом деле были. Чуваши доныне именуются на мордовском языке ветке». Ряд историков название «вятич» связывают со словом «ант». Но анты не славяне, я считаю, а иранцы. Об этом мы поговорим в следующей главе.

Что же касается «славян» — уличей и тиверцев, то «Повесть...» ОДНОЗНАЧНО определяет их принадлежность к ираноязычным племенам: «…греки называли их «Великая Скифь». В оригинале последние два слова стояли без кавычек. Скифы же, как известно, ираноязычный народ. Хотелось бы узнать у наших историков, а куда же делись эти «славяне» — уличи и тиверцы, столь многочисленные и компактно проживающие?

Из всего вышесказанного вполне можно предполагать, что вятичи, радимичи, уличи и тиверцы, скорее всего, были ираноязычными племенами, а кривичи — балтским племенем.
Теперь настало время рассмотреть оставшиеся семь славянских племен на предмет принадлежности их к славянам. К древлянам, дреговичам, полочанам, волынянам и словенам новгородским претензий нет. Они славяне. Зато есть вопросы по полянам и северянам. На мой взгляд, это сарматские племена, естественно, не в чистом виде, с определенной славянской примесью у полян и значительным, возможно, даже преобладающим угорским компонентом у северян.

По мнению ряда современных ученых само название славянского племени «северяне» имеет иранское происхождение. Если же северяне происходят от славянского слова «север» (а в оригинале «Повести...» они так и названы — «север»), то на каком севере они находятся? Наоборот, это юго-восток от центра славянских поселений. Но, на мой взгляд, название племени северян может происходить от несколько раз упоминаемого у историков племени савиров. Иордан делил гуннов на две главные ветви: аулзягры (булгары) и савиры. Феофан Исповедник писал: «Гунны, называемые савирами, проникли…». Прокопий, характеризуя савир, также говорил, что они являются гуннским племенем.

О савирах известно то, что это племя оттеснило на запад угров и булгар. Последний раз савиров застают в районе Приазовья, где они воюют с римлянами и персами. Было это в 578 году. Больше о них нет упоминаний. И именно во второй половине VI века в этом же регионе на историческую сцену выходят авары. Сравните названия двух племен: савиры и авары. Почему никто из исследователей не признал их идентичность? А между тем это одно и то же племя, сравните без огласовок: СВР и ВР! На месте племени северян в XV—XVII веках хроники застают севрюков — особую группу населения. Схожесть названий и месторасположение дают основание признать их идентичность.

Об аварском каганате, центром которого стала Паннония, знают многие. Даже «Повесть временных лет» не прошла мимо обров, т. е. авар, рассказав, как они притесняли дулебов. Но вполне возможно, что власть авар распространялась не только на Паннонию и часть Западной Украины, но и намного восточнее, где тоже, вероятно, жили авары, известные нам под именем савиров. В 750-х годах происходит вторжение в Закавказье неких севордиков, которых арабы называют саварджи. В этих названиях явно видны те же савиры. Севордиков отожествляют с мадьярами, а мадьяры, как известно, угры. У Константина Багрянородного есть указание о том, что мадьяры в Леведии назывались саварти-асфалами — крепкими савартами. То есть опять идет отожествление савиров и мадьяр.

И еще о северянах. По археологическим данным, на территории этого племени расселялись пришельцы с востока, то есть однозначно этими пришельцами не могли быть славяне. И, наконец, если северяне были славянами, что помешало их быстрому растворению среди остальной массы населения Руси?

Хазарский царь Иосиф сообщал (в переводе Коковцова): «У этой реки расположены многочисленные народы… бур-т-с, бул-г-р, с-вар, арису, ц-р-мис, в-н-н-тит, с-в-р, с-л-виюн». Давайте восстановим эти названия полностью: буртасы, булгары, авары, русы, черемисы, вятичи, северяне (или савиры?), славяне. В этом списке упоминаются отдельно славяне, а среди других соседей Хазарии — те же вятичи и северяне. То есть получается, что и русы, и вятичи, и северяне не являлись славянами, что еще раз доказывает правильность приводимых здесь утверждений. В самом деле, никто не скажет, к примеру: «Россия страна славянская, но в ней живут еще и татары, башкиры, мордва, УКРАИНЦЫ И БЕЛОРУСЫ…».
В названии полян отчетливо видна основа — «поле», это жители полей. Половцы, кстати, и получили свое название от славян по месту их обитания (жители полей, степей). Но в районе Киева и его окрестностей были леса. Так почему же — поляне? Греческий историк Диодор Сицилийский, живший по ТВ в I веке до нашей эры (на самом деле, конечно же, — в более поздние времена), писал о сильном народе «палов» — потомков одной половины скифов. Уж не поляне ли это?

Следует также отметить, что районы южной Руси, примыкающие к Киеву, были практически не заселены. Князь Владимир с целью укрепления южных районов и самого Киева приказал строить там новые города и населял их поселенцами с северо-востока: славянами, кривичами, чудью, вятичами.

Между прочим, часть печенегов поступила на службу к киевским князьям, получив в качестве пастбищ земли Поросья. Но в таком случае, где же их коренные обитатели, землепашцы поляне-славяне, в существование которых так верят традиционные историки?

Почему же «Повесть временных лет» относит к славянам полян и северян? Здесь ответ весьма прост: поляне были племенем Киева — стольного города великих князей. Поляне просто ОБЯЗАНЫ были быть славянами. В этот же список были включены и соседи полян — северяне. Здесь причина, конечно, не в доброжелательном отношении летописцев и их заказчиков к своим соседям, просто они поняли, что если соседи полян не окажутся славянами, то потом могут возникнуть вопросы и по самим полянам.

А полян летописец любил. Вот что он пишет в «Повести...»: «Поляне имеют обычай отцов своих кроткий и тихий, стыдливы перед снохами своими и сестрами, матерями и родителями; перед свекровями и деверями великую стыдливость имеют… А древляне жили звериным обычаем, жили по-скотски: убивали друг друга, ели все нечистое, и браков у них не бывало… А радимичи, вятичи и северяне имели общий обычай: жили в лесу, как и все звери, ели все нечистое и срамословили при отцах и при снохах, и браков у них не бывало… Этого же обычая держались и кривичи…». Как видите, всем досталось на орехи, кроме полян, естественно.

На вполне резонный вопрос: почему же в число славян были включены и неславянские племена, и в то же время «Повесть...» дает длинный список других неславянских народов, говорящих «на своих языках», ответ может быть довольно прост. В список так называемых славянских племен вошли почти все племена, которые составили ядро будущей древнерусской народности и к XI веку (времени начала составления «Повести...») уже ославянились, имели князей-наместников, назначаемых правителями — Рюриковичами; племена же неславянские имели полную политическую автономию. Хотя дань платили и те и другие.

Таким образом, из двенадцати славянских племен, сообщаемых «Повестью...», славянами можно считать только племена древлян, дреговичей, полочан, волынян и словен новгородских.

КАК НА РУСИ СТАЛИ ГОВОРИТЬ ПО-СЛАВЯНСКИ

До сих пор считается, что восточные славяне, распространяясь из единого центра, находившегося в Поднепровье, были с самого начала схожи, как однояйцевые близнецы, с единым языком, без разделения на какие-либо диалекты. И лишь потом, в период феодальной раздробленности, единый язык разделился на три части, давшие нам русский, украинский и белорусский языки. Но если даже принять традиционную версию, что все двенадцать прарусских племен были славянами, даже тогда с такой версией трудно будет согласиться. Громадные расстояния, отсутствие дорог и средств сообщения и самое главное — наличие все-таки определенного количества инородного населения: финно-угров, тюрков, балтов, даже скандинавов — в различных регионах Руси привело бы еще в Х веке к разделению единого славянского языка на местные диалекты.
На мой взгляд, в эти времена имел место совсем другой процесс: объединение самых различных языков в общий единый язык рождающегося государства. Так уж получилось, что этим языком стал язык славян, но могли победить и финно-угры, и ираноязычные сарматы, и балты, а чуть позже и тюрки. Могло бы случиться и так, что на юге, скажем, говорили бы по-сарматски, на северо-востоке — по-финно-угорски, а на северо-западе — на одном из балтских языков и лишь на западе — по-славянски. В этом случае обязательно появилось бы несколько государств, единой державы, какой оказалась Российская империя, просто не сложилось бы и мировая история пошла бы совсем по другому пути…

Итак, ученые, сторонники традиционной версии истории, уверены, что в период феодальной раздробленности из-за разделения древнерусской народности политическими, экономическими и культурными барьерами произошло разделение единого языка на русский, украинский и белорусский. Однако давайте, обратим внимание на украинский язык. Считается, что ввиду того, что Украина оказалась отрезанной в течение четырех столетий от Руси, находясь во власти Орды, Литвы и Польши, здесь успела сложиться украинская нация. Но эту простую теорию ставит под сомнение город Чернигов. Дело в том, что регион Чернигова все-таки большую часть времени входил в состав Российского государства, а живут там, напомню, украинцы. Почему-то никто на такую странность внимания не обратил.

Зато у нас есть еще вековой давности утверждение Зеленина о том, что южнорусское население отличается от северных русских «значительно больше, чем от белорусов». Следовательно, в начале ХХ века у нас существовало деление восточного славянства не на три языковых народности, а на четыре: традиционые украинцы и белорусы и две группы русских: одни окающие, а другие акающие. Лев Троцкий даже собирался издавать, если не ошибаюсь, учебник тамбовского языка.
О том, что происходит с историей возникновения отдельных восточнославянских языков, наглядно показывает ситуация с украинским языком и, следовательно, происхождением украинской нации.

Некоторые украинские историки или добровольно, или выполняя политический заказ, утверждают, что украинский и русский народы сформировались обособленно еще в самом начале появления Киевской Руси, каждый на своей территории. Их вывод однозначно понятен: история Киевской Руси — это история украинская, а русские практически не имеют к ней никакого отношения. Отсюда близок вывод, к которому уже пришли власти Львова при молчаливом одобрении центральной украинской власти: русский язык вульгарен.
Однако как бы в противовес такому суждению существует теория Погодина, по которой именно русский народ создал Киевскую Русь, а затем полностью переселился на север и северо-восток. Освободившуюся территорию заняли другие славяне — пришельцы с Карпат.

Но, на мой взгляд, все еще более сложно. Прежде всего, давайте вспомним, кто заселял ключевую в этом вопросе землю — Черниговскую (напомню, что Чернигов большую часть времени входил в состав Российского государства, а живут там сейчас украинцы). Это были северяне, которые считаются по ТВ славянами, но в действительности были угорским племенем савиров с сильной сарматской примесью. Пришедшие в этот регион савиры (авары) смешались с автохтонным ираноязычным населением этого региона: скифами и сарматами. Да, здесь были и славяне, жившие рядом, но были и другие соседи — аланы, тоже ираноязычное племя.

На южнорусские земли постоянно накатывались волны степняков, многие из которых частями, а то и целыми племенами, как торки и берендеи, селились в южнорусских княжествах. А среди степняков были и тюрки, и угры. Впрочем, еще в Х веке население на юге было довольно редким, в отличие от северо-востока. Вот в «Повести временных лет» «…сказал Владимир: «Нехорошо, что мало городов около Киева». И стал ставить города по Десне, и по Остру, и по Трубежу, и по Суле, и по Стугне. И стал набирать мужей лучших от славян, и от кривичей, и от чуди, и от вятичей, и ими населил города». Заметьте, что ни от полян, ни от северян поселенцы не набирались, впрочем, и сами новые города строились как раз на землях полян и северян. От малочисленной (по ТВ, конечно) чуди тоже были поселенцы. Именно эти переселенцы с северо-востока и помогли сгладить, на мой взгляд, столь большое различие между языками жителей юга Руси. А на территории современной Украины в те времена, напомню, жили славянские, иранские, угорские, а чуть позже и тюркские племена.

А катализатором в громадном ассимиляционном процессе стало ПРАВОСЛАВИЕ. Религиозные обряды справлялись на славянском языке, на нем же писались книги и летописи. Формирующийся древнерусский язык обязательно должен был впитать в себя элементы письменного языка, который становился определенным эталоном при возникновении единой языковой общности. Если бы Владимир выбрал не греческую веру, а римскую или ислам, то религиозные службы шли бы на латыни или арабском языке. Нет, латынь или арабский на Руси не привились бы, но и славянский в борьбе с языками соседей не получил бы столь мощной поддержки в лице православной церкви. Какой бы тогда язык победил на Украине: славянский, угорский, иранский, тюркский? Скорее всего, на северо-западе — славянский, а на юге и востоке — иранский, но последнему пришлось бы вести трудную борьбу с угорцами и тюрками. Не было бы никакой великой, на пол-Европы, католической или исламской Руси-Московии, как прогнозировал в своей книге Бушков. А если что-то и создалось бы, то, поверьте, славянскому языку тогда было бы тяжко: остатки славян к нашему времени уже были бы просто ассимилированы. Так что славянофилы должны быть благодарны князю Владимиру за «правильно» выбранную веру.

Но если продолжить рассмотрение прогнозов этногенеза в стиле Бушкова, то, в первую очередь, любопытно спрогнозировать ситуацию, в которой наши ближайшие соседи — волжские булгары в начале Х века приняли бы не ислам, а православие. В этом случае они тоже вошли бы в единую русскую ассимиляционную сферу: булгары — близкородственное русам (об этом — в последующих главах) племя, да и славян в Волжской Булгарии было немало. Вполне вероятно, что Поволжье было бы ославянено. Впрочем, здесь возможен и такой вариант: появление значительного количества финно-угорских элементов в этом ассимиляционном котле привело бы к победе финно-угорских языков на территории Северо-Восточной Руси.

Следует еще заметить, что южнорусские племена — северяне, радимичи, вятичи, в которых преобладали ираноязычные и угорские компоненты, в свое время подпали под зависимость хазар, став их данниками. Это, естественно, повлияло на ослабление ассимиляционной энергии этих племен при формировании в будущем общерусской народности, где в итоге победил все-таки славянский язык.

О преобладании ираноязычных языков в Южной Руси говорит хотя бы тот факт, что в Киеве открыты могильники, которые нашими учеными приписываются ираноязычным аланам. А вот признание Б. Грекова: «Скифский период, хотя и НЕ СВЯЗАН непосредственно с историей восточных славян, однако СООБЩИЛ им ряд штрихов, наложил некоторый отпечаток на быт восточного славянства: похоронный обряд, скифо-сарматские ритуальные изображения, перешедшие в русскую народную вышивку, зооморфные и антроморфные фибулы, мотивы скифских терракот на глиняных русских игрушках и др.». Итак, «не связан», но «сообщил». Как же так? Впрочем, это логика академика Грекова…

А вот еще у него же: «…по обоим берегам Днепра расположены курганы скифов-пахарей, т. е. одной из наиболее культурных частей скифских племен. Тут позднее мы застаем славянские племена полян, уличей и северян. Скифские курганы отделены от славянских более чем целым тысячелетием, но тип скифских могил Киевщины и Полтавщины остается, в основном, ТЕМ ЖЕ». Перед нами еще одно явное, более чем убедительное свидетельство в пользу того, что целый ряд славянских по ТВ племен в действительности оказываются ираноязычными скифо-сарматами. Также еще следует учесть, что украинцы по особенностям говора тяготеют к иранцам. Так что, как видите, скифский период все-таки непосредственно связан с историей «восточных славян», которые на поверку оказываются потомками этих скифо-сарматов. Но речь здесь идет, естественно, только о тех «восточных славянах», которые располагались на юге изучаемого восточнославянского ареала. Другие же «восточные славяне» были как славянами, так и балтами, и финно-уграми.
А вот мнение В. В. Седова: «Количество иранских параллелей в языке, культуре и религии славян настолько значительно, что в научной литературе поставлен вопрос о славяно-иранском симбиозе, имевшем место в истории славянства. Очевидно, что историческое явление затронуло лишь часть славянского мира и часть иранских племен. В этот период, нужно допустить, славяне и иранцы жили на одной территории, смешивались между собой, и в результате ирано-язычное население оказалось ассимилированным».

Следует еще отметить, что бытует версия, что мы, русские, говорим на языке, у которого иранская языковая основа. То есть иранский язык так насытился славянскими словами, что стал славянским. Иначе говоря, ираноязычное население переняло славянские слова, сохранив свою первоначальную иранскую языковую основу. Точно так же, как болгары в своем тоже славянском языке сохранили собственную неславянскую грамматику. К примеру, у них нет падежей.

Князь Владимир определяет главных языческих богов страны: «…постави кумиры Перуна …и Хърса, Дажьбога и Стрибога и Симаргла и Мокошь». Между тем Хорс и Симаргл являются иранскими божествами, Мокошь, по утверждению Б. Грекова, — богиня финских племен, а к явно славянским можно отнести только Перуна, да и то не в полной мере, так как у балтских народов роль Перуна играл Перкунас. Поэтому-то Перуна можно также считать родовым богом и для балтских племен.

Кстати, по мнению ряда историков, у славян не существовало общей славянской религии, а у каждого племени были свои собственные племенные боги. Не говорит ли и это о том, что однородной славянской массы на территории будущей Киевской Руси не было? Об этом может также свидетельствовать и археология. По ее данным, различные типы украшений, найденные в могильниках, располагались строго внутри соответствующих племенных объединений, отмеченных в «Повести временных лет», и границы этих ареалов нигде не пересекались.

Хорс являлся центральным божеством в древнем ираноязычном Хорезме. Византийский автор XII века Иоанн Киннам сообщает о том, что среди венгров есть люди персидского вероисповедания, то есть поклоняющиеся Хорсу и другим иранским богам. Не от древних ли угорцев Хорс и Симаргл вошли в список главных языческих богов князя Владимира? По крайней мере, это объяснение выглядит явно убедительнее, чем предлагаемое некоторыми нашими историками. По их мнению, иранские боги были включены в число главных богов князем Владимиром с его желанием переманить к себе на службу хорезмийскую гвардию, которую в 70-х годах Х века привлекли к себе хазары.

Некоторые историки просто констатируют, что «очень рано к восточным славянам стали проникать… языческие религии иранских и финских народов» (Б. Греков), но как это можно представить без широких взаимных контактов с большими племенными массами иранцев и угров? Что, славяне так запросто решают поклоняться чужим богам? Речь идет не об одном-двух ренегатах, а о целых славянских племенах. Напомню, что традиционные историки вообще отказывают в существовании иранскому населению на территории будущей Киевской Руси в IX—X веках, хотя о значительном иранском влиянии на Древнерусское государство говорят многие, но объяснить это влияние не могут или не хотят. В лучшем случае говорят о том, что, вероятно, где-то в VIII—IX веках часть жителей Хорезма (а его центральный город — Хива) транзитом через Хазарию переселились на Русь. Кстати, не оттуда ли и название города Киева — Хиова, то есть Хива?

В X веке Киевская Русь проходит обряд крещения и принимает церковные книги на болгарском языке. В православной церкви, в отличие от католической, богослужение и соответственно церковные книги были на местном языке, но болгарский язык оказался настолько близок к языку Киевской Руси, что церковные книги решили, по крайней мере, на первых порах, оставить на болгарском языке.

Болгарский язык — язык славян, ассимилировавших пришлых булгар — угров. В Киевской Руси ассимиляционные процессы были еще в самом разгаре, но здесь также побеждал славянский язык. Принятие христианства на болгарском (славянском) языке этот процесс ускорило и закрепило.

Болгары относятся к южным славянам, но возьмите любую книжку на их языке и убедитесь, насколько этот язык близок русскому.

Поэтому об украинцах можно говорить как о народе, который вобрал в себя ДЕСЯТКИ разноплеменных групп населения. Может, потому и неудивительно, что среди украинцев в расовом отношении много ярко выраженных и брюнетов и блондинов.

В. Иванчук в одной из своих статей — компиляции работ исследователей «украинского вопроса», опубликованных в США, дает интереснейшие сведения. «Особое значение в украинизации имел Львов. Когда он стал центром одного из польских воеводств, то поляки ввели на его территории польский язык в качестве государственного. Коренное население его не приняло. И тогда в Львовских униатских центрах был разработан сленг из малоросского сельского диалекта, польского средневекового литературного языка, польского идиша и немецкого идиша. Загляните в украинско-русский словарь и обнаружите там немало немецких, польских, а то и английских слов… «Слово о полку Игореве» и прочие памятники киевского периода написаны на русском языке и уж никак не на украинском. И даже после того, как «украинизаторы» выбросили из русской азбуки три буквы и прибавили две новые, испортив малороссийское наречие польским и немецким влиянием, даже и в таком изуродованном виде он не перестал быть русским языком. …Очень скоро… польский граф Фаддей Чацкий предлагает новую теорию: украинский народ не имеет ничего общего со славянством; его предки — кочевники из орды укров. Нечего говорить, что никаких исторических данных об этой орде никому открыть не удалось.

Бисмарк одобрил слово «Украина» для внедрения в качестве средства расчленения России, сказав: «Нам нужно создать сильную Украину за счет передачи ей максимального количества русских земель».

А Никита Хрущев выполнил завет Бисмарка, передав Украине Крым.

Таким образом, можно ли из этого сделать вывод, что на основании современного украинского языка нельзя с достоверностью определить те или иные его древние корни, так как этот язык в определенной мере искусственен? В определенном смысле — да. Но в то же время, вне всякого сомнения, базой для формирования украинского языка было малороссийское казачество, которое, в свою очередь, уходит корнями в татарские орды. На это указывает историк XVII века автор «Скифской истории» Лызлов. Он отмечает, что воины Мамая «язык же с российским, и с полским, и с волоским смешан имели». Основу войска Мамая составляли татары — тюрки по языку. Но, как видите, про тюркские корни — ни слова. Для традиционной истории это, конечно, загадка.

На примере украинского языка видно, насколько сложным был процесс этногенеза восточнославянских народов. И говорить о монопольном славянском базисе при образовании украинской нации, как, впрочем, русской и белорусской, нельзя.

#2 Пользователь офлайн   АлександрСН 

  • Виконт
  • Перейти к галерее
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Раскрыть информацию
  • Группа: Виконт
  • Сообщений: 1 796
  • Регистрация: 29 Август 11
  • Пол:
    Мужчина
  • ГородКемерово
  • Награды90

Отправлено 21 Январь 2012 - 19:33

И ЕЩЕ О СЛАВЯНАХ

Какова же была роль славян в ассимиляционных процессах на территории Древнерусского государства? По Кожинову: «Ко времени прихода славян северную часть этой территории населяли финно-угорские племена, срединную — балтские, южную — тюркские и иранские». Здесь следует внести небольшие коррективы: финно-угры занимали север и северо-восток, а балты — северо-запад.

Кривичи были балтским, а не славянским племенем, но на традиционных картах размещения племен его ареал указан неточно. Как историки определяли границы расселения племен? Карамзин пишет, что, вероятно, «весь, чудь и западные кривичи принадлежали к Новгородской области», так как войско Владимира (поход против Ярополка), правившего в Новгороде, «состояло из сих народов». Но если признать, что Новгород — это Ярославль (а этому посвящена целая глава данной книги), то расположение племен окажется иным.
В то же время чуть выше говорилось, что регион, очерченный треугольником Смоленск — Полоцк — Псков, был представлен в VII—IX веках культурой длинных курганов, где заметно сильное балтское влияние. Данный факт может говорить, что до полочан автохтонным населением этого края были балтские племена. Впрочем, для такого вывода археология и не нужна: достаточно взглянуть на карту расселения древних балтов.

На школьных картах, где указан регион расселения словен ильменских, следовало бы вместо них указать кривичей. Именно они занимали обширнейшую территорию, границы которой доходили на западе до Чудского озера, а на севере до Ладожского озера. А подтвердят это, как ни странно, наши уважаемые официальные историки: раскопки Ладоги доказали, что это было «славянское поселение и именно кривичское». Если бы не борьба с норманистами, которые утверждали, что Ладога — это варяжское поселение, то об итогах раскопок умолчали бы или соотнесли бы их с ильменскими словенами. Но когда в руках оказывается аргумент против норманистов, то здесь уже нужно соблюдать научную точность. В итоге мы получили доказательство того, что в глубине, за якобы землями новгородских словен, жили кривичи. Взгляните на карту: как они могли оказаться в районе Ладоги? Ведь согласно ТВ между Ладогой и землями кривичей протянулся обширнейший ареал новгородских словен! Вывод однозначный: балтское племя кривичей охватывало широкий ареал земель с центром в районе озера Ильмень.

Славяне продвигались на новые земли целыми родами, что, с одной стороны, делало их устойчивыми к ассимиляции местными племенами, а с другой — давало сильный ассимиляционный заряд для ославянивания автохтонного населения. Говоря о быте славян, Нестор писал, что они живут родами, каждый род обособленно на своем месте. То есть славяне селились разъединенными, обособленными родами. Кстати, еще в советское время в нашей науке закрепилось мнение, что известные по летописям славянские племена были именно территориально-политическими объединениями, образованными путем дробления и смешивания различных племен.
Уже при первых Рюриковичах областное деление на княжества не совпадало с соответствующим племенным. Вот что об этом писал Ключевский: «Не было ни одной области, которая бы состояла только из одного и притом цельного племени; большинство областей составилось из разных племен или их частей; в иных областях к одному цельному племени примкнули разорванные части других племен». К этим словам историка следует добавить только то, что сами племена не были однородными и цельными.

В контексте вышесказанного следует привести интересные заметки путешественника XIX века Лапинского, оставившего нам сведения об адыгейцах: «По своему внутреннему устройству адиге распадаются на три племени; самое многочисленное — шапсуги, затем следуют абаздехи, самое малочисленное — убыхи… Убыхи составляют только одно колено. Каждое колено делится на известное число родов, а эти последние делятся на семьи; но и колена, и роды, и семьи одного племени живут смешанно, и в каждом округе представляются все колена и роды». Если компактно живущие адыги столь сильно перемешались, то что же происходило на бескрайних равнинах Восточной Европы во времена действительно Великого переселения народов? Здесь вывод однозначен: племена имели смешанный состав.

Проникающие на северо-восток славяне оказались более развитыми по сравнению с местными жителями. Граф Уваров, который занимался раскопками во Владимиро-Суздальском крае, в своем труде «Меряне и их быт по курганным раскопкам» пишет, что нашел в раскопанных могильниках следы двух племен: одного туземного, явно мерянского, и другого пришлого, более развитого. Это племя сохранило свои языческие обряды погребения до XI века.

Давайте рассмотрим, с кем же столкнулись славяне на северо-востоке. Меря, мурома, мещера — все это финно-угорские племена. В древности предки финно-угров жили в районе предгорий Алтая, по крайней мере, так утверждают археологи и языковеды. Под постоянным давлением тюрков финно-угры были вынуждены двигаться на северо-запад. То есть, как и славяне, финно-угры предпочли для местожительства регион Поволжья и Заволжья.

Раскопки у деревни Ананьино в пойме Камы показали, что здесь в VII—III веках до н. э. жили монголоиды с малой европеоидной примесью, которые впоследствии были частично ассимилированы пришедшими позднее марийскими племенами. В настоящее время принято считать, что некая монголоидная примесь, заметная сегодня у народов Поволжья, является результатом контактов с поздними степняками и в первую очередь с татаро-монголами. Но ананьинские находки должны заставить несколько по-иному взглянуть на это: монголоидная примесь может оказаться следами контактов с древним местным монголоидным населением. В таком случае это может означать и тот факт, что древние финно-угорские степняки могли быть чистыми европеоидами.

Изучая названия рек района Верхней и Средней Волги, лингвисты пришли к выводу, что в глубокой древности эти края занимали различные финно-угорские племена (в том числе близкие к удмуртам), не оставившие следов в истории. Меряне, марийцы и другие финно-угры, которых отмечают летописи, пришли уже позже. Но самое интересное другое: целый ряд географических названий на этой территории является ирано-язычным, среди них, к примеру, «арда» означает сторону, край; «шой» — землю, край (не отсюда ли название города в Ивановской области — Шуя?).

Широко известная фатьяновская культура, названная по могильнику у деревни Фатьяново близ Ярославля, была культурой второго тысячелетия до н. э. в основном скотоводов и лишь отчасти земледельцев. Считается, что фатьяновцы пришли с запада, с Днепра и Десны. Поэтому вполне реально предположить, что регион Верхней и Средней Волги был «облюбован» не только финно-уграми, пришедшими с востока и юго-востока, но и ираноязычными скотоводами, чей путь спустя полтора-два тысячелетия повторили славяне.
Итак, когда на этих землях появились славяне, что же произошло с аборигенами, если так можно выразиться? Славяне их вырезали? Или вытеснили куда-то? Опять же — мирно? Археологи до сих пор не могут найти следов какого-либо геноцида со стороны пришлых славян. Нет никаких сомнений, что на всей этой территории происходили ассимиляционные процессы. Но можно ли за два-три века ассимилировать БЕЗ ОСТАТКА такое количество племен и народов на огромной территории? Неужели дюжина ПРИШЛЫХ племенных славянских масс (это по ТВ) смогла одновременно уже к IX веку ассимилировать значительное количество столь разных племен, живших на громадной территории от Днестра и до Оки и Ладоги? И финно-угры, и балты, и иранцы жили довольно однородными и компактными массами. Ну должны же оказаться среди этих народов какие-либо племенные образования, которые смогли бы противостоять славянской ассимиляции, а то и САМИ БЫ АССИМИЛИРОВАЛИ ПРИШЛЫХ СЛАВЯН?

Хорошим примером здесь может оказаться история мерянского племени. ТВ не включила его в состав славян. Археологические раскопки показали, что до X века меря оставалась чистой в этническом плане, а разгар славянизации края пришелся на X и XI века. Однако практически на всей территории Киевской Руси, заселенной славянами, с самых древнейших ее времен, летописи (а они начали составляться с XI века), кроме племени голяди, не отмечают ни одного иного неславянского племени. Получается, что все остальные местные племена славяне ассимилировали в самые кратчайшие сроки. Но это нонсенс.

Таким образом, мы вновь подошли к тому, что доказывалось чуть выше: целый ряд племен, упоминаемых в «Повести временных лет» как славянские, в IX веке еще СЛАВЯНАМИ НЕ БЫЛИ. При таком выводе вопросов не возникает: перед нами на территории Русской равнины оказывается множество неславянских племен.

В своем продвижении славяне столкнулись с довольно заселенными землями, хотя традиционная история однозначно говорит о малонаселенном северо-востоке. Одной из причин версии слабого заселения северо-востока являлся, конечно, климат. Но во второй половине первого тысячелетия нашей эры климат на востоке Европы был совсем иным — теплым и сухим. Лишь с XIII века наступило его ухудшение. Как свидетельство в могильниках северо-востока Руси найдены зерна проса, которое здесь выращивалось. Просо — культура теплолюбивая.

Опять же, вспомните, как князь Владимир заселял жителями северных регионов пустынные земли на юге Киевской Руси. Получается, что плотность населения на севере была выше, чем на юге. Причины запустения южных регионов еще предстоит определить. По данным археологических раскопок, в VIII — начале X века районы Донского бассейна и левобережья Среднего Поднепровья были густо заселены, причем преобладал кочевой компонент. Между прочим, это ареал расселения славянских по ТВ племен полян и северян. Здесь найдены остатки нескольких сот поселений, культура которых сравнима с культурой Хазарии. Но самое интересное здесь то, что все найденные крепости были расположены на правых, западных, берегах рек. Отсюда два возможных варианта: или они имели наступательное значение в сторону запада, или созданы для обороны от восточной угрозы.
И еще одно замечание на эту тему. Итак, южный регион густо заселен различными народами, бывшие кочевники переходят к оседлому образу жизни. В Х веке здесь появляются печенеги, и все приходит в быстрое запустение. С чем это связано: с падением Хазарии? Что стало с жителями этого обширного региона? На эти вопросы еще предстоит ответить.
Значительный вклад в рассматриваемый вопрос может привнести антропология. Согласно ее данным жители Древнерусского государства были разделены на четыре основных антропологических типа. Для жителей юго-запада была характерна широколицая мезокрания, близкая по краниометрии славянам Моравии и южной Польши.

В районах локализации расселения полян, северян, вятичей был распространен узколицый антропологический тип строения черепа, характерный для ираноязычных скифо-сарматских племен.

Широколицая долихокрания была характерна для жителей территории Белоруссии. Этот же антропологический тип характерен и для балтских племен. Восточнее, в районе верховий Днепра и далее на восток, обнаруженные черепа свидетельствуют о смешанном составе населения этого региона: можно говорить о балтских, финно-угорских, сарматских компонентах.

Обнаруженные на северо-западе брахикранные узколицые типы наиболее близки к жителям северной Польши, однако, кто ее населял в древности: славяне, балты или даже древние германцы или кельты, еще предстоит определить.

Таким образом, все вышесказанное заставляет усомниться в значительном преобладании (согласно ТВ) пришлого славянского населения на территории Древней Руси: славяне составляли все-таки меньшинство. Но мы имеем факт: это меньшинство сумело в довольно короткие сроки ассимилировать значительное количество соседних племен.

В этой главе мы подняли вопросы, связанные с этническим составом Древнерусского государства. Для этого были рассмотрены различные летописные и иные письменные источники. И совсем вскользь учитывались археологические исследования. Но именно они должны подтвердить или опровергнуть выводы, сделанные в этой главе.

КТО БЫЛ ДО НАС?

•Анты, кто вы?•Культуры и племена Киевского региона•
•Культуры и племена северных регионов Руси.


АНТЫ, КТО ВЫ?

Эту главу мы начнем с рассмотрения проблемы антов. По устоявшемуся мнению, считается, что славяне в древности делились на два больших племенных объединения: склавинов и антов. Склавины жили к западу от Днестра, а к востоку от него — анты. Именно анты, по мнению многих ученых, и были предками большинства восточнославянских племен. Поэтому-то так важно разобраться в этом.

На широких просторах степей и лесостепей от Прута и далее на восток до левобережья Днепра в III—IV веках нашей эры существовала черняховская культура. Ее сменила в V—VII веках пеньковская культура, доходившая на востоке до района Дона. Ее жители занимались скотоводством и земледелием. Эти культуры отожествляются с антами, упоминаемыми историками VI—VII веков. Кто такие анты? С легкой руки готского историка Иордана анты считаются славянами. Это же подтверждает и Прокопий Кесарийский. Но в то же время ряд других источников отделяет антов от славян, что не позволяет безоговорочно принять традиционную версию об их славянском происхождении.

Ряд современных исследователей считают, что нет никаких оснований связывать черняховскую культуру с антами. Дело в том, что «славяне»-анты появились на исторической сцене тогда, когда черняховская культура уже исчезла. Таким образом, здесь мы видим серьезные противоречия внутри самой традиционной версии истории. Более внимательное изучение антской проблемы, но без давления догматов традиционной истории, дает возможность по-иному разрешить проблему происхождения антов.

Иордан располагал антов в районе между Днестром и Днепром и считал более сильными и развитыми, нежели склавины, т. к. у последних «вместо городов болота и леса». Византийцы «бесчисленные антские народы» уже помещают от Днестра до Дона. В самом конце IV века, по сообщению Иордана, произошла готско-антская война. Анты были разгромлены, а их вождь Боз с сыновьями и 70 старейшинами был распят. По византийским источникам, анты враждовали со склавинами (кстати, на мой взгляд, гораздо легче объяснить причину вражды чуждостью этих племен). Многие антские отряды служили в византийских войсках, но аварское вторжение в конце VI века нанесло удар по антам, от которого они так и не смогли оправиться.

Если историки считают антов, без сомнения, славянами (впрочем, к счастью, не все), то у археологов несколько иная точка зрения. Из историков, сторонников аланского происхождения антов, следует назвать Ольрика, Шмидта, Вернадского. Ольрик считал, что анты Божа были не славяне, а кавказские аланы (предки современных осетин), которые сами называли себя антами и имеют в своей осетинской традиции воспоминания о борьбе с племенем Gut. Г. В. Вернадский называл их асо-славянами и считал, что их правящий род был аланского происхождения. Он также объединял сообщения Аммиана Марцеллина о войне остготов с аланами с данными Иордана о войне остготов с антами.
Археологи, опираясь на исторические догматы, хотя и признают антов славянами, но с целым рядом оговорок. По их мнению, в формировании антов помимо славян принимал участие значительный ираноязычный компонент местных племен. При этом характерным примером являются результаты раскопок Пастырского городища Поднепровья, относимого к пеньковской культуре. По данным археологов, это поселение составляли отнюдь не славяне, а потомки кочевых сармато-аланских племен. Согласно антропологическим исследованиям население всего этого региона характеризовалось мезокранией при явной узколицести. Последнее подтверждает иранские корни антов.

Этноним «анты» по мнению лингвистов, имеет иранское происхождение. Ими приводятся близкородственные слова: antas и anteas — древнеиндийские «конец, край» и «находящийся на краю», att'iua — осетинское «задний, позади». Иранскими являются и названия племен хорватов и сербов. Считается, что эти племена пришли на Балканы из районов Северного Причерноморья. Правда, их считают за славян ввиду того, что анты — славяне. Но если анты — ираноязычные скифо-сарматы, то вполне естественно предположить, что и древние сербы с хорватами могут быть ирано-язычными племенами. В этих рассуждениях, как видите, проявляется «принцип домино»: если первичная предпосылка оказывается неверной, то это влечет глобальное изменение в смежных, взаимосвязанных с ней областях. В дальнейших рассуждениях вы еще увидите этот принцип в действии. Что касается возможности иранского происхождения хорватов и сербов, то этот вопрос, на мой взгляд, остается открытым. В настоящей книге также выдвигается гипотеза угорского (булгарского) происхождения этнонима «хорват».

На территории антов в последующие века согласно летописям располагались племена хорватов, тиверцев и уличей. Последних «Повесть временных лет» называет «Великая Скифь», то есть де-факто скифами, которые, как известно, были ираноязычны. Геродот отмечал, что по Днестру, Пруту и Сирету жили агатирсы, или агафирсы. Восточнее, на берегах Южного Буга, жили ализоны. А во времена Рюрика согласно «Повести...» точно на этих местах расположены племена тиверцев и уличей. Сравните этнонимы: агатирсы и тиверцы, ализоны и уличи. Они во многом идентичны. Днепр в древности назывался Тирас, и это название также имеет иранские корни, происходя из иранского turas — быстрый.

Из данного сравнения, кстати, возникает вопрос: когда же жил Геродот? Напомню, что согласно традиционной истории Геродот жил в V веке до нашей эры, а «Повесть...» говорит о славянах IX—X веков уже нашего времени. Между тем традиционная история утверждает, что состав племен, живших в Причерноморье, периодически менялся. Геродот оставил настолько интересные и подробные описания Восточной Европы, что сравниться с ним по качеству географических трудов смогли разве что географы спустя тысячелетие. А это уже века нашей эры. Последователи Геродота, жившие веками позже, попросту копировали его работы, по крайней мере, так утверждает традиционная история. В итоге на страницах их трудов оживали племена, описываемые Геродотом и которые по всем законам исторического развития давным-давно должны были исчезнуть. Но не могло ли быть все иначе: именно Геродот пользовался трудами якобы своих последователей — Помпония Мелы, Плиния Младшего и других, дорабатывая их. Вот почему его труды оказались более подробными и обстоятельными.

По утверждению Геродота, скифы любили мыться в паровых банях. Он сообщал, что «скифы, наслаждаясь парильней, вопят». Не напоминает ли это вам русские бани? А отсюда можно сделать два предположения: или обычай мыться в таких банях пришел на Русь от древних скифов, или, что не менее вероятно, Геродот, живя, скажем, в V, или VII, или еще в каком ином веке НАШЕЙ ЭРЫ, просто описывал под именем скифов племена Восточной Европы, например тех же славян. На такое предположение наводит и сопоставление идентичности названий племен агатирсов и ализонов у Геродота и тиверцев и уличей «Повести временных лет».

Есть еще один древний автор — Страбон, оставивший нам «Географию». В ней он, в частности, писал: «Все пространство… между Борисфеном и Истром занимают, во-первых, пустыня гетов, затем тирегеты, за ними язиги-сарматы, так называемые царские, и урги; …а самые северные, занимающие равнину между Танаисом и Борисфеном, называются роксоланами». Довольно интересно упоминание здесь неких «ургов». Не кажется ли вам, что речь шла об уграх? Но Страбон жил на рубеже старой и новой эр, а угорские племена по ТВ еще не дошли до района Причерноморья. Отсюда вывод: вполне возможно, что и Страбон жил в гораздо более поздние времена, чем считают историки. Как видите, в трудах «древних» авторов постоянно видны сообщения о более поздних событиях и эпохах.

Но вернемся к антам. Итак, не отрицая наличия у антов определенного славянского компонента, вполне можно предположить, что анты, скорее всего, скифо-сарматское племя. В. Абаев, ввиду того что фонетика не может заимствоваться у соседей, считал, что на основании сравнительного анализа диалектов данного региона с другими славянскими языками, в формировании украинского и южнорусского говоров должны были активно участвовать носители скифо-сарматских языков.

Для региона Северного Причерноморья одной из важных археологических категорий находок являются пальчатые фибулы (фибулами в древности застегивали одежду), которые называют фибулами антского типа. Эти фибулы помимо данного региона найдены в Подунавье и на Балканском полуострове, то есть там, где встречаются племена, в которых также можно заподозрить скифо-сарматов. Пожалуй, главной отличительной чертой захоронений славян является наличие в них различного вида височных колец — славянского женского украшения. Именно по височным кольцам, в первую очередь, отличают славянские захоронения. В антских же захоронениях данные височные кольца НЕ ОБНАРУЖЕНЫ.

Итак, как уже было отмечено, черняховская культура отожествляется с антами. В то же время известный историк и археолог М. Артамонов писал, что «черняховская культура возникла и исчезла ВМЕСТЕ С ГОТАМИ и обнимала разнородное население, входившее в состав Готского союза. Собственно готы составляли в нем, несомненно, меньшинство». Почему меньшинство? Потому что в изученных погребениях оказалось слишком мало находок, которые можно было бы отнести к готам. В основном это янтарные подвески. Но эти предметы были найдены и в сарматских погребениях. Почему же их соотнесли с готами? Только потому, что готы якобы вышли из Прибалтики? Не проще ли допустить, что янтарь был завезен в Причерноморье торговцами? Говорит ведь тот же Артамонов о находках в черняховских могильниках «различных привозных вещей».

Таким образом, согласно традиционной истории мы имеем весьма странную ситуацию. Черняховская культура — антская, но она возникла и исчезла вместе с готами, которые составляли явное меньшинство. При этом археология не может привести убедительные доказательства существования готов как племени на территории Причерноморья. У Иордана даже труд называется «Гетика». А геты согласно ТВ являлись фракийскими племенами и исчезли во времена Великого переселения народов. Поэтому готский вопрос, скорее всего, требует кардинальной переработки.

Черняховская культура существовала в III—IV веках, когда славяне еще не появились на исторической сцене. Но из археологических данных видно, что сами анты вряд ли являлись славянами. При согласии с этим выводом устраняются все противоречия отожествления антов с черняховской культурой. Итак, АНТЫ — ИРАНОЯЗЫЧНЫЕ ПЛЕМЕНА.

КУЛЬТУРЫ И ПЛЕМЕНА КИЕВСКОГО РЕГИОНА

Севернее пеньковской располагались поселения пражско-корчакской культуры (до V века — пшеворской). Именно эту культуру можно охарактеризовать как родину славян. На западе она доходила до Верхней Эльбы и Среднего Подунавья, а на востоке до V века — до района Волыни. Во время Великого славянского переселения во второй половине V и в VI веке ареал распространения данной культуры достиг правобережья Среднего Поднепровья, то есть будущий Киев располагался на самой границе этого региона. Количество переселившихся славян было столь велико, что местное автохтонное население быстро ассимилировалось.

На той части ареала этой культуры, которая вскоре будет отнесена к Киевской Руси, расположилось обширное племенное славянское объединение дулебов. До сих пор нет точного объяснения этому названию. Однако, на мой взгляд, в названии дулебов может быть видно название реки Лабы. Впрочем, возможно, это только совпадение, хотя ранние средневековые документы отмечают дулебов также и в Чехии, и в районе озера Балатон. Учитывая относительно небольшую территорию, занимаемую славянами к V веку, дулебы могли быть просто одним из этнонимов всей славянской общности, впоследствии вытесненному этнонимом «славяне».

К VIII веку дулебы как племенное объединение уже не существуют. На их территории летописи фиксируют четыре племенных объединения. Это волыняне, древляне, дреговичи и поляне.

Пожалуй, главной особенностью региона их расселения было наличие большого числа лесных чащ и болот. Естественные географические преграды изолировали расселяющееся славянское население друг от друга, что и послужило причиной разделения единого дулебского ареала на четыре племенных объединения.

Археологические исследования показывают, что наиболее многочисленными были племена волынян и древлян: именно через их земли и лежал главный путь движения славян на восток и северо-восток. Волыняне расселились в районе верховий рек Буга, Стыри и Горыни, древляне — в бассейне рек Тетерева и Ужа. Славяне этих племенных объединений численно превосходили местное автохтонное население, поэтому можно было с самого начала говорить об отнесении жителей этих регионов к славянам. Название племени волынян, как и самой Волыни, может намекать на возможное ираноязычное влияние. Алан некоторые источники называют valana, что идентично славянским волынянам. Что ж, до славян эти земли действительно занимали ираноязычные племена, и пришедшие сюда славяне, конечно, могли встретить и ассимилировать местных аланов, переняв от них племенное название.

Ареалом расселения дреговичей было среднее течение Припяти. Этот район был окружен со всех сторон болотами, и, несмотря на первоначально небольшую численность дреговичей, население данного района также можно отнести к славянам. Но постепенно численность дреговичей росла, в первую очередь за счет притока новых славянских поселенцев, дреговичи начинают активно заселять земли к северу от них, двигаясь по Днепру в сторону его верховья и вдоль его притоков, а также находя проходы через болота. К Х веку большая часть дреговичей уже располагалась к северу от Припяти, в основном в ареале, центром которого было междуречье Днепра и Березины. Здесь они столкнулись со значительным по численности балтским населением. Процесс ассимиляции последних проходил постепенно, по мере проникновения славянского компонента на их территорию. Поэтому в целом можно говорить о дреговичах как о славянском племени.

Гораздо сложнее обстоят дела по определению этнической принадлежности полян, занявших первоначально левобережье Днепра в районе будущего Киева. Здесь еще малочисленные славяне столкнулись с местным ираноязычным населением, в том числе с антами. По археологическим данным, в самом конце VII века в Среднее Поднепровье вторгаются большие массы нового населения (анты), которое активно смешивается с местными жителями, ассимилируя их и образуя так называемую волынцевскую культуру (впоследствии плавно перешедшую в роменскую). Считается, что такая быстрая аккультурация местного населения произошла из-за этноязыковой его близости с пришельцами. И вот здесь мы опять сталкиваемся с последствиями «принципа домино». Если анты — славяне, то и пришлое население, как и новая этническая общность, сформировавшаяся на общей базе, — славянское. Но если анты — ираноязычны, то выводы оказываются соответствующими этому. В нашем случае Днепр оказался естественной границей между славянской пражско-корчакской культурой и ираноязычной волынцевской. При этом произошло некоторое взаимное проникновение носителей этих культур на соседние берега Днепра. Это убедительно доказывают археологические данные.

Исходя из этого, говорить о полянах как о едином племенном объединении, не правомочно. Летописные поляне — не единое племя, а просто разноплеменные жители столичной Киевской области, говорящие на языках разных языковых групп. Процесс их объединения в единую общность начался только при первых Рюриковичах.

На территории волынцевской (роменской) культуры располагались ареалы летописных племен: северян, радимичей и вятичей. Наибольшее количество археологических находок приходится на ареал северян. Отдельные группы антов достигли Верхней Оки уже к концу IV века. В составе вятичей, без сомнения, были определенные финно-угорский и балтский компоненты. В IX—X веках племена этих культур, особенно на юго-востоке, вступили в серьезный контакт с кочевыми угорскими племенами. И естественно, нельзя снимать со счетов влияние славянских поселенцев, как спорами, пронизавшими Восточную Европу, хотя их в районе Оки было немного. Еще в XII веке на притоке Оки — Протве летопись упоминает балтское племя голяди.

В предыдущей главе был сделан вывод, что радимичи и вятичи были ираноязычными племенами, а северяне — угорцами с сильной сарматской (т. е. ираноязычной) примесью. Что на это ответит археология?

Волынцевскую культуру рассматривают как однотипную с именьковской, распространенной с конца IV до VII века в регионе Среднего Поволжья. Именьковская культура прекратила свое существование мирным путем: их поселения не были уничтожены, а просто покинуты. Причину этого, вероятно, следует искать в древних булгарах: именно в VII веке булгары, жившие где-то в районе Дона, разделились на несколько частей, одна из которых и переселилась на Среднюю Волгу. Археология считает, что именно именьковцы заложили волынцевскую культуру, давшую в итоге племена северян, радимичей и вятичей. Кто же такие именьковцы? Ошибочно считается, что они славяне (по ТВ получается, что славяне заселили Среднее Поволжье уже с конца IV века, но такой вывод историки, конечно, замалчивают). Причина этого опять же в антах: именно они и составляли основу этой культуры, переселившись в Поволжье в конце IV века.

Таким образом, оказалось, что интересующую нас волынцевскую культуру (а это, еще раз напомню, племена летописных северян, радимичей и вятичей) создали анты, проникнув на территорию этого ареала с двух сторон: с юга и с востока. Но опять вернемся к «принципу домино»: если анты не славяне, а ираноязычные скифо-сарматские племена, то это в корне меняет этническую картину этого обширного района и подтверждает выводы, сделанные в предыдущей главе.

КУЛЬТУРЫ И ПЛЕМЕНА
СЕВЕРНЫХ РЕГИОНОВ РУСИ


А теперь рассмотрим этническую историю северных регионов. В районе северо-востока Белоруссии и Смоленщины в начале V века образовалась тушемлинская культура, а севернее ее в это же время появилась культура псковских длинных курганов. Обе культуры образованы поселенцами с запада. На мой взгляд, есть все основания полагать, что появление этих больших масс населения на новых землях (а, следовательно, их обособление от почти единого славяно-балтского континуума) способствовало завершению процесса отделения балтов от славян. Свидетельством этому может быть и то, что славянам более близки были западные балты, а не восточные, которые своим переселением на новые земли и довершили процесс распада славяно-балтской общности.

Движение больших масс населения на восток было обусловлено проблемой перенаселения их коренных ареалов обитания. При этом в отличие от Великого переселения народов, произошедшего (по ТВ) во второй половине V века, которое напоминало как бы взрыв, затронувший практически все племена Средней Европы, в данном случае речь, скорее всего, идет о процессе выдавливания, пусть и интенсивном, более окраинных племен на новые территории.

Прежнее финно-угорское население частично ассимилировалось, а частично выдавливалось на север и на восток, что, в свою очередь, привело к усилению процесса образования у финно-угров племенных структур, названия которых дошли в летописях до наших дней.

По антропологическим данным, на юго-восток Литвы продвинулись ираноязычные ятвяги, точнее, почему-то только мужская часть этого племени. Раскопки показали, что пришельцами района запада Белоруссии были именно мужчины, которые, вступив в браки с местными женщинами, относительно быстро были ассимилированы.

Вторая волна переселенцев, уже славянская, появилась в этих регионах в конце V века и не была столь массовой, как первоначальная. О наличии славян в том или ином регионе свидетельствуют украшения — височные кольца, широко распространенные у славян и совсем не свойственные балтам и финно-уграм. Раскопки показывают широкое распространение височных колец на территории тушемлинской культуры и редкое для культуры псковских длинных курганов. Это дает основание полагать, что на территории тушемлинской культуры, соотносимой с летописным племенем полочан, в борьбе славянского и балтского этносов к концу первого тысячелетия победа могла достаться славянам.

Такой осторожный вывод обусловлен тем, что с начала VIII века на севере и востоке тушемлинской культуры получили распространение так называемые смоленско-полоцкие курганы, которые, без сомнения, следует отнести к балтскому населению, ославяненному примерно к концу XII века. И без того сложную этническую обстановку усилило появление в VIII веке в данном регионе славянских поселенцев из Дунайского региона.

Название племени полочан летопись дает от реки Полоты. Это единственное из всех племен, соотносимое с названием топонима. Также название племени соотносится и с названием племенного центра — Полоцка. Поэтому, исходя из всего вышесказанного, вполне можно предположить, что полочане не племенное образование, а жители определенного региона. Само население было смешанного этнического состава, который постоянно изменялся в зависимости от новых волн поселенцев: то славян, то балтов. Ассимиляционные процессы шли весьма медленно, и в регионе существовало двуязычие. Само «племя» полочан, традиционно располагаемое на небольшой территории северо-востока Белоруссии, без сомнения, следует распространить и далее на восток, в смоленские земли, где ошибочно располагают уже кривичей.

Кривичи, без сомнения, балтское племя. Количество найденных височных колец на территории культуры псковских длинных курганов весьма незначительно, что в данном случае не означает, что славян в этом ареале было мало. Дело в том, что, по данным топонимики, в этом регионе много общего с районом Висленского бассейна Польши, а это дает возможность утверждать, что славянский поток шел именно оттуда. Часть славянских переселенцев не были носителями височных колец. Это объяснимо тем, что на прародине они граничили с балтами, и при расколе славяно-балтской общности им «достался» славянский язык, но без свойственных славянам височных украшений. Кстати, лингвисты отмечают близость современных псковских говоров польскому языку.

В районе Ильменя по ТВ жили новгородские словене. Именно с ними отожествляют культуру новгородских сопок, возникшую в VIII веке. Однако никаких следов миграции славян в этот регион в VII—VIII веках не обнаружено. Предположение, что славяне мигрировали в данный регион в V веке и далее незаметно жили отдельными островками более двухсот лет, а затем вдруг объединились и создали племенное образование, соотносимое с культурой новгородских сопок, абсурдно. На мой взгляд, территорию так называемых новгородских словен занимали кривичи — балтское племя, сильно смешанное с финно-уграми.

Даже с географических позиций новгородские словене никак не вписываются в ильменский регион: слишком тесно. Вот что пишет Карамзин про Новгород: «В IX веке область его, окруженная на юг кривичами, а на запад, север и восток разными финскими племенами, едва ли составляла и половину нынешней губернии Новгородской». Повторю, слишком тесно для славянского ВЕЛИКОГО Новгорода!

На мой взгляд, новгородские словене жили в районе настоящего, реального, Новгорода, а именно Ярославля, а также в районе соседних с ним городов Ростова и Переяславля. Детально определить этногенезисные процессы в Верхневолжском регионе сегодня невозможно ввиду практического отсутствия здесь археологических работ. Археологи работали очень мало, так как по традиционной истории этот регион в начальный период становления древнерусской государственности считался окраинным и отсталым. Ярославль по ТВ считается основанным только в 1010 году. Однако даже немногие археологические материалы говорят о резком увеличении населения данного региона со второй половины первого тысячелетия.

Есть все основания полагать, что в конце V—VI веке в район Верхней Волги мигрировало большое количество славян. В отдельных его регионах славяне составляли большинство населения. В частности, речь может идти о плодородных почвах Волго-Клязьминского междуречья, где в современных говорах его жителей нет заметного количества финно-угорских лексических заимствований. Здесь начал складываться определенный славяно-мерянский симбиоз (а культура получила название мерянской).

В конце первого тысячелетия в данном регионе появляются новые пришельцы, принесшие курганный обряд захоронений. Считается, что это славяне из Ильменского и Полоцко-Смоленского регионов. Однако изучение останков в этих курганах показало, что пришельцы, по данным антропологии, не имеют ничего общего с современным населением Верхневолжского региона. Антропологические различия оказались весьма существенными. В то же время славянские переселенцы V—VI веков как раз и оказались (вместе с мерянами) предками современных жителей. Кто же оставил нам эти курганы? Я считаю, что это древние русы, приплывшие по Волге с ее низовий. Именно им как раз и был присущ курганный обряд захоронений, столь известный нам от древних авторов.

Интересные данные дали захоронения Тимеревского некрополя, что близ Ярославля. При исследовании погребений конца IX — начала XI века оказалось, что более половины останков принадлежат финно-уграм, более одной пятой — славянам. А вот четверть всех погребений принадлежала пришлому населению. Считается, что это были скандинавы. Однако есть не меньше оснований предполагать, что это были древние русы — угорское племя (о том, что русы были уграми, читайте в последующих главах).

На протяжении многих веков на территории этого обширного региона происходили сложные ассимиляционные процессы. В некоторых местах победа досталась финно-уграм (пример — Среднее Поволжье), в других районах победили славяне. Распространение славянского языка началось, вероятно, с территории вокруг Ростова, основанного славянами и активно ассимилировавшими местное мерянское население. Оттуда славянский язык стал распространяться по междуречью Волги и Клязьмы.

Следует отметить, что междуречье Волги и Оки является довольно удобным районом для земледелия, отдельные участки почв здесь весьма плодородны. И историки, и археологи отмечают, что славяно-русские древности IX века известны только на весьма узком 120-километровом отрезке от впадения Которосли в Волгу (где сейчас расположен Ярославль) до Плещеева озера, в древности носившего название Клещино (где сейчас расположен Переславль-Залесский). Город Ростов Великий расположен как раз посередине этого участка земли.

Данные археологии убедительно показывают, что в XI—XIII веках жители Ростово-Суздальской земли активно осваивали территории, принадлежащие Смоленску и Новгороду Ильменскому, чем помогли в завершении славянизации этих регионов.

Кстати, об этом свидетельствует и лингвистика: многие отмечают большую близость новгородского говора белорусскому языку, в становлении которого значительную роль сыграли балты. Если бы не славянская волна из Северо-Восточной Руси, кто знает, может быть, жители Новгородской области были бы сейчас белорусами.

Таким образом, как вы видите, большая славянская волна миграции V века привела к появлению на значительной территории Восточной Европы новых славянских земель. На востоке граница более или менее компактного расселения славян проходила по Днепру, на севере — у берега Западной Двины в районе Полоцка. На северо-востоке среди преобладавшего ираноязычного, балтского и финно-угорского населения встречались островки славянских поселений: от единичных населенных пунктов до относительно обширного района междуречья Волги и Клязьмы. Правда, в этом случае нельзя говорить о преобладании славян: они жили чересполосно с мерянами.

Если говорить в целом об этнических процессах, то на неславянских землях первоначально шел процесс ассимиляции славян местным населением, и, возможно, к началу второго тысячелетия славяне практически полностью растворились бы в местной среде. Однако на рубеже VII и VIII веков на восточноевропейских землях появилась вторая волна миграции славян. Это были дунайские славяне. Толчком к их массовому переселению на восток и северо-восток мог послужить захват булгарами земель в Подунавье в 680 году. Но в этом случае возникает вопрос, почему славяне покинули также и территорию Румынии? Этот вопрос может объяснить гипотеза, рассматривающая тему арабских завоеваний, начавшихся с середины VII века. Ее мы рассмотрим в одной из последующих глав. Новая волна поселенцев в отличие от первой, возможно, не была столь массовой и не смогла переломить ассимиляционные процессы, но на определенный период их задержала.

Вторая волна миграции продолжалась около двух-трех веков и представляла собой волны славянских переселенцев из различных районов Подунавья. Вполне возможно предположить, что в конце IX — начале X века ими были и славяне из Паннонии, изгнанные венграми. Но если в Болгарии победил все же славянский язык, то в Паннонии победителями оказались угорцы. Это можно объяснить тем, что славян к моменту прихода венгров в Паннонии оставалось немного, многие из них покинули ее намного раньше — во времена Аварского каганата. Области Паннонии в IX веке назывались аварской пустыней.

На территории современной Румынии победил румынский язык: значительные славянские массы, населявшие этот регион, также покинули его к началу VIII века. Да, тяжело для славянского мира досталась славянизация русских земель. Если бы не вторая волна миграции, то вполне вероятно, что в современных Венгрии и Румынии говорили бы сейчас на славянских языках, но в России — нет!

Если продолжить эти рассуждения дальше, то могло оказаться, что кривичи и голядь сохранили бы свои балтские языки, а большая балтская общность смогла бы упорнее сопротивляться немцам, на карте Европы сохранились бы и пруссы, частично уничтоженные, частично ассимилированные немецкими рыцарями. Сейчас балтские народы занимали бы громадную территорию: от Вислы и до Ладоги, от Балтики и до Москвы. Могли сохраниться до наших дней финно-угорские меря, мурома, мещера, весь. А вот на территории к востоку от Днепра ситуация была бы более запутанной: ираноязычным племенам пришлось бы вступить в серьезную борьбу за этническое выживание с кочевыми угорскими и тюркскими племенами, и кому досталась бы победа, сказать вообще трудно…

ВАРЯГИ

•И пришел Рюрик?•Кто вы, варяги?•
•Путь «из варяг в греки»•Торговля и русы•


И ПРИШЕЛ РЮРИК?

История начала Древней Руси традиционно основывается на призвании Рюрика с братьями. Вот что говорится об этом в «Повести временных лет»: «859. Варяги из заморья взимали дань с чуди, и со словен, и с мери, и с кривичей… 862. Изгнали варяг за море, и не дали им дани, и начали сами собой владеть, и не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать друг с другом. И сказали себе: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву». И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готландцы, — вот так и эти. Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами». И избрались трое братьев со своими родами, и взяли с собой всю русь, и пришли, и сел старший, Рюрик, в Новгороде, а другой, Синеус, — на Белоозере, а третий, Трувор, — в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля».

Почти никто из историков не спорит о правдивости этих строк. Наоборот, признавая их достоверность, уже в течение столетий в исторической среде бушуют страсти о том, кого признать за этих варягов: скандинавов или своих братьев-славян. А между тем целый ряд историков (Гумилев и Рыбаков!) признает, что вроде как не было никаких Рюриковых братьев. Судите сами: Синеус это sine use, что означает «своими родичами», а Трувор — tru war значит «верная дружина»; в итоге получается, что пришел Рюрик со своими родичами и верной дружиной: Рюрик сине хус тру вар. Почему-то никто из историков не идет дальше, хотя сам вывод напрашивается: вся эта вставка — подделка, а следовательно, не было никакого Рюрика и его призвания на княжение.

Тем не менее все историки — и признающие существование братьев Рюрика, и не верящие в них, — считают и Рюрика и его призвание на княжение правдой.

Единственным их аргументом может быть только то, что якобы древний летописец-переводчик просто неправильно перевел правдивые (по их мнению) известия о призвании на Русь Рюрика со своим родом и верной дружиной. Но этот аргумент, на мой взгляд, не выдерживает никакой критики: выходит Рюрик сел в Новгороде, его родичи (Синеус) в далеком Белоозере, а всю свою верную дружину (Трувора) Рюрик отправил за двести верст в Изборск! Но это же просто глупо, согласитесь.

Кстати, чуть дальше в «Повести...» читаем: «Через два года умерли Синеус и брат его Трувор». Выходит, что через два года умерли все родичи Рюрика и вся его верная дружина? Это даже не глупо, а просто смешно.

Может быть, из-за таких вот «страшных» для отечественной истории доводов подавляющее большинство историков не поддерживают «революционные» выводы своих отдельных патриархов (Рыбакова, Гумилева), потому что, отказав в существовании Синеусу и Трувору, рано или поздно придется признать, что не было ни Рюрика, ни призвания варягов на Русь.

Ни в одной из скандинавских летописей (и не только скандинавских, вообще нигде, кроме наших летописей!) нет ни слова о призвании Рюрика и его братьев. Об этом событии нет даже намека ни в одной из скандинавских саг, а уж такое событие в них не осталось бы незамеченным. Между тем имена мифических братьев Рюрика появились, как мы видим, именно из-за неправильного перевода со скандинавского. Конечно, есть определенная вероятность того, что оригинальный скандинавский текст про призвание Рюрика мог быть утерян, утеряны и ссылки на это событие в других европейских, византийских и иных каких-либо документах (поверить в это, конечно, трудно). Но здесь все же иное: во второй половине IX века по целому ряду западноевропейских источников проходит некий Рорик Ютландский, которого сторонники норманнской теории идентифицируют с русским Рюриком.
Поэтому авторы летописных строк (только вот какого века?) использовали какие-то документы о деятельности на ЗАПАДЕ этого Рорика с родственниками и верной дружиной, а выбор на нем был остановлен неслучайно. Дело в том, что в русской истории дважды встречались князья с таким именем. Имя явно родовое, хотя бы потому, что один из этих Рюриков был крещен христианским именем Василий. Напомню по еще первой своей книге, что у князей был обычай иметь два имени: родовое и христианское. Первый из этих двух Рюриков был правнуком Ярослава Мудрого и родился в середине XI века. В честь кого он получил это имя? Это пока остается загадкой. Но как бы то ни было, древние «авторы» истории, встретив в зарубежных источниках имя Рорик — весьма близкое родовому княжескому имени Рюрик, решили этим воспользоваться. Случайно или нет, но Рорик оказался скандинавом. Может, благодаря вот этой случайности и объявили основателей первой русской династии скандинавами? Ни «Повесть временных лет», ни скандинавские саги, ни европейские и иные хроники не дают никаких достаточных оснований утверждать, что варяги в русских летописях — это скандинавы.

Чудь, словене, меря и кривичи выгоняют (явно не мирно) варягов, которые брали с них дань. В таком случае очень странно, что вскоре они же вновь призывают своих врагов — варягов на княжение.

Еще два важных вопроса. Почему в летописи при правке истории было допущено такое бросающееся в глаза противоречие? Каким образом смогли договориться чудь, словене, кривичи и весь, жившие на обширных территориях, по столь наиважному вопросу? В коммунальной квартире порой не могут сговориться по бытовым проблемам, а здесь такой сложный вопрос. А тем временем это явное противоречие дало возможность некоторым традиционным историкам объявить о существовании некой межплеменной конфедерации, что не лезет уже ни в какие рамки.

Некоторые историки все же считают, что позднейшие редакторы летописей включили легенду о призвании варягов вместо какого-то другого исконного текста. Почему-то даже называют автора этой вставки — безымянного летописца князя Мстислава — сына Владимира Мономаха. Но все-таки, почему был допущен такой явный промах? Можно только догадываться, что в первоначальном варианте в районе Новгорода (еще вопрос: где был этот Новгород?) было какое-то столкновение между местными жителями и какими-то пришельцами.

Согласно летописи варяги пришли со стороны Балтийского моря в 862 году, и уже вскоре Рюрик и его братья княжили на значительной территории Руси. Как они смогли за кратчайший срок овладеть такой большой территорией, утвердиться на ней и обложить всех жителей данью, тем более что дорог как таковых не было, как, впрочем, и карт? Уверен, что ни один из историков не сможет дать аргументированный ответ на этот простой вопрос.

Согласно «Повести...» Рюрик был призван на Русь в 862 году, уже после этого его люди Аскольд и Дир, закрепившись в Киеве, совершили поход на греков. А между тем, по византийским источникам, этот поход состоялся в 860 году. Не мог в таком случае Рюрик прибыть на Русь после этого похода.
Как видите, уже по первоначальному эпизоду русской истории возникает много вопросов. Одним из ключей в их решении должно быть разрешение варяжской проблемы: кем же были эти пришельцы — варягами-скандинавами или нет? Если они не скандинавы, то кто?

КТО ВЫ, ВАРЯГИ?

Под 912 годом «Повесть...» сообщает о посылке князем Олегом посольства для заключения договора с греками и называет имена послов князя-варяга Олега. Имена этих послов-варягов должны помочь нам найти ответ на вопрос, кто такие варяги и откуда они?

Для начала приведу слова русского (но из немцев) историка Иоганна Эверса: «По причине великих разногласий не решено еще, как они назывались собственно: ибо кто знает, какое чтение правильнее: Калар или Карла, Фарлафа или Вархова, Велмудр или Велмид, Вуефаст или Ибуехат? Если бы скандинавское происхождение русов было доказано другими доказательствами, то следовало бы признать правильнейшими те, кои звучат наияснее по-скандинавски».

Давайте будем решать эту проблему по «рецепту» Эверса. Посмотрим на имена тех, кто заключал договор с русской стороны: 1. Карлы. 2. Ингелот или Инегелд. 3. Фарлов или Фарлаф. 4.Веремид или Веремуд. 5. Рулав. 6. Гуды. 7. Руалд. 8. Карн. 9. Флелав или Фрелав. 10. Рюар или Руар. 11. Стемид. 12. Актутруян или Актеву (Акту) и Труан. 13. Лидулфост или Лидул и Фост.

Историки утверждают, что это имена скандинавские, что-де подтверждает норманнскую теорию призвания Рюрика. Сторонники славянской версии пытаются доказать славянское происхождение этих имен, но их доказательства явно надуманны. Например, Карлы они производят от слова карлик.

Главной трудностью в определении истинного происхождения этих имен является то, что мы не знаем источника происхождения оригинала, с которого писалась эта часть летописи. Насколько это важно, судите сами. Ярицлейв, по-вашему, какое имя? Скандинавское? А вот и нет. Так в скандинавских сагах называли Ярослава Мудрого. В нашем случае о договоре русов с греками не упоминается ни в одном из уцелевших византийских источников. Поэтому древнерусский летописец мог переписать текст договора как с греческого текста, так и с германского, или с древнерусского, или болгарского оригинала. Если, к примеру, оригинал был немецким, то имена в нем должны были иметь немецкую транскрипцию. А о том, насколько серьезно маленькая правка может изменять имена, свидетельствует такой пример. Многим известен воевода Ярослава Мудрого по имени Блуд. Кто сомневается в том, что это славянское имя? Но мало кто знает, что в ряде летописей он назван «именем Буды», а это уже имя степного происхождения.

В книге Иордана «Гетика» упоминается имя гуннского вождя Баламбера, которое практически идентично германскому Валамер. Все это оказалось настолько серьезной проблемой для историков, что некоторые из них даже объявили этот фрагмент выдумкой, так как в IV веке, в котором жил гуннский вождь, было немыслимо заимствование гуннами германских имен. В ответ на это другие историки, в частности Э. Томпсон, довольно убедительно показали, что трудные для передачи на других языках гуннские имена приобретали вид имен того языка, на котором они транскрибировались. Наш случай аналогичен.

Поэтому трудно решаемую задачу по определению происхождения Олеговых «варягов» все же можно попытаться решить. Имя Акту (для сравнения правильное имя Батыя — Бату!) или Гуды явно степного (тюркского или угорского) происхождения. Но как же Карлы (или Карл) — явно немецкое имя? Да, действительно, Карл — имя немецкое, но Карлы уже нет. Оказывается, у половецкого хана Кобяка было отчество Карлыевич. Надеюсь, никто из наших историков не возьмется утверждать, что отец у хана Кобяка немец по имени Карл? Кстати, в договоре Игоря с греками (945 год) это имя пишется уже как Кары.

Или возьмем имя Рюар. По внешним признакам оно немецкое или французское. Но если в Воскресенской летописи оно звучит как Рюар, то по Густынской летописи — Руря. А это уже близко к печенежскому имени Куря.

Теперь еще раз прочтите вышеперечисленные 13—15 имен из договора Олега 912 года и сравните их с чисто венгерскими именами: Сальмуц, Арпад, Кузан, Кархан, Салтан. Я думаю, что эти пять венгерских имен не «испортили» бы первую группу имен.

И еще: в договоре Игоря с греками есть имя Турберн, что близко к степному Турбек. В том же договоре читаем: «Мутур, посол Утин». По Иордану одним из гуннских вождей был Уто.

В этом же документе упоминаются несколько людей по имени Тудор. А в середине XII века это имя носил вождь из степного племени берендеев. Что же, он тоже был скандинавом? Некоторые из этих имен (Искусеви, Каницар, Апубь-ксар) признаются эстонскими. А эстонцы — финно-угры.

Впрочем, имена Сфандра, Прастен, Фрутан, также упоминаемые в договоре Игоря с греками, близки к иранским: Исфендиар, Ростем, Феридун.

В византийских источниках Новгород называется Немогард. Если бы мы не знали, что это славянский Новгород, то норманисты, без сомнения, назвали бы его скандинавским. Так и многие имена, упоминаемые у греков, сильно искажены.

Имена Олег и Игорь (Хельги и Ингвар) не встречаются в скандинавских сагах, точно так же ни одно из широко распространенных имен из этих саг не присутствует в русских летописях.

Та же «Повесть временных лет» проводит разграничение между варягами и Русью. Так, в 1018 году Ярослав пошел на Болеслава, «совокупив русь, и варягы и словене», то есть варяги, как и славяне, не являлись русью.

Очень интересно рассмотреть византийские источники, писавшие о варягах и о руси, потому что при этом к минимуму сводится чья-либо заинтересованность в определенной подгонке фактов, ставящих знак равенства между этими двумя этническими понятиями. Что мы видим в этих источниках? Византийские авторы всегда говорят отдельно о варягах и руси, никогда не смешивая эти два понятия.

По времени упоминания руси встречаются раньше, чем варяги, что и должно быть, если русь населяла районы Северного Причерноморья, а варяги — наемные воины из Скандинавии, а также Западной Европы. Варяги на византийской службе составляли сухопутные войска, а русы в основном морские.

Откуда же взялась первоначальная идея о русах как варягах-скандинавах? Вероятно, первоисточником стал кремонский епископ Лиутпранд, который во второй половине Х века дважды побывал в Византии и столько же раз упоминал о русах. Лиутпранд пишет: «На СЕВЕРЕ от Константинополя ЖИВУТ угры, печенеги, хазары, русы, которых мы иначе называем нордманами, и булгары, ближайшие соседи». В другом сочинении он пишет: «Это есть северный народ, который греки по наружному качеству называют русами, а мы по положению их страны нордманами». Итак, что же подразумевал епископ под понятием нордманы, которое дословно переводится как «северные люди»?

Дело в том, что Лиутпранд почерпнул свои сведения о русах от византийцев, а византийцы считали и угров, и печенегов, и хазар, и русов северными народами, «гипербореями». Действительно, русы по географическому положению располагались к северу от Византии.

Возможно, так с легкой руки Лиутпранда русов в наших летописях причислили к нордманам, то есть в дословном переводе — к северным людям. Но мы-то, что очень важно, видим русов в этом списке в соседстве с народами Причерноморья и Волги.

Одним из главных доказательств норманнской теории считаются Бертинские анналы (немецкие летописи). В 839 году к императору франков Людовику I прибыло посольство из Византии и с ним несколько русов. «Тщательно расследовав цели их прибытия, император узнал, что они из народа шведов» (свеонов — sueonum). Итак, действительно ли русы — это варяги-шведы? Давайте попробуем решить эту проблему.

Некоторые противники норманнской теории пытались доказать, что русичей не признали за шведов, а только заподозрили в них это происхождение. К сожалению, такое доказательство явно слабое. Ключом к проблеме текста Бертинских анналов может стать тот факт, что эти летописи изданы по спискам примерно XV века, следовательно, первоначальный текст мог быть испорчен. По этим летописям русь названа по имени шведов=свеонов — sueonum, но, вероятно, здесь стояло другое слово, например, производное от Суоми — Suomi, т. е. финны, которые, как и угры, относятся к финно-угорским народам. Если это так, то русы на поверку оказались финнами, что прекрасно подтверждает теорию угорского происхождения русов, а именно эта теория будет чуть дальше обоснована. Противники норманской теории прошли мимо такого решения проблемы Бертинских анналов по причине того, что они были сторонниками славянской теории происхождения варягов-руси, но никак не угорской.

Есть еще несколько решений данной проблемы. В ряде скандинавских саг говорится о стране по названию Великая Свитьод, которая расположена в районе Дона. Великую Свитьод принято переводить как Великая Швеция, в противоположность самой Швеции — Малой Свитьод. Свитьод — Suidiod. Еще одну версию можно обосновать исходя из того, что греки называли славян суовенами. Да что там греки! Ряд польских историков трактует слова английского хрониста начала XII века Флоренция Вустерского о шведском короле «rex Suanorum» как «rex Sclavorum», то есть «король славян». Наконец, франки (к императору которых прибыло посольство из Византии) могли и ошибиться в данном этнографическом вопросе. Что можно спрашивать с императора франков, если даже византийский историк Лев Диакон, живший полтора столетия спустя, относил древлян к германскому племени! Как видите, перед вами оказались четыре новых решения проблемы Бертинских анналов, и все они имеют право на существование.

Наконец, простым решением (уже пятым) этой проблемы может оказаться тот факт, что по-гречески слово «рос» означало норманнов, а по-арабски слово «рус» означало норманнов в Испании и Франции. Эта информация взята из «Этимологического словаря русского языка» Фасмера.

А отсюда вполне следует, что к императору Людовику I действительны прибыли шведы — норманны (а вовсе не русы), которых в Греции называли общим именем «рос».
И еще одно замечание по этому вопросу. Если все-таки принять точку зрения историков-норманнистов, то встает резонный вопрос: почему же эти псевдорусы — шведы назвались чужим для себя именем русов, а не своим родным? Это все равно, что приехавшему в командировку на Украину русскому назваться кацапом, а украинцу в Москве — хохлом. Между тем искаженно трактуемые Бертинские анналы позволяют сделать такой «блестящий» вывод: «Таким образом, находившиеся среди восточных славян шведы уже в 830-х годах считали себя принадлежащими к народу Рос, а не шведами» (Кожинов).

Наряду с Бертинскими анналами сторонники норманской теории происхождения русов призывают в свидетели византийского императора Константина Багрянородного, написавшего о семи Днепровских порогах, сообщив их славянские и русские названия. Но, к сожалению, эти названия оказались сильно искаженными. Вот как звучали они по-славянски: Островунипраг, Напрези, Вулнипраг, Неясыт, Веруцы, Есупи, Геландри. Первым пяти порогам Константин Багрянородный сообщает соответствующие звучания с языка русов: Улворси, Струвун, Варуфорос, Айфар, Леанти. Сторонники норманской теории считают их скандинавскими.

Для этих целей они привлекли различные германские языки (а норманны говорили на языке, входящем в германскую языковую группу), выискивая в них мало-мальски похожие звучания. Так, Айфар, по их мнению, близок к голландскому oievar, произносимому как ujefar, что значит… аист, потому, что на этом пороге, МОЖЕТ БЫТЬ, водились пеликаны и аисты. Бред какой-то! Что касается славянского названия этого порога — Неясыть, то сейчас он называется Ненасытец, и, как видите, к пеликанам это славянское слово никакого отношения не имеет, хотя так считают некоторые сторонники норманнской теории.

А может быть, эти названия не скандинавского, а угорского происхождения? Давайте обратимся к венгерскому языку. Оказывается, у венгров есть слово forras, что значит водяной вал. В отличие от версии с аистом здесь попадание в десятку! Из пяти русских названий три оканчиваются практически одинаково: Улворси, Варуфорос и Айфар, то есть -ворси, -форос, -фар. То есть водяной вал. Небольшие буквенные различия вполне объяснимы сильной искаженностью текста. Днепр, кстати, у степняков, угров и печенегов назывался Варух. Гунны называли Днепр Вар, по Иордану: «…на своем языке гунны называют его Вар». А гуннов даже традиционная история считает племенем с угорскими корнями.
Таким образом, порог Варуфорос может дословно переводиться как ДНЕПРОВСКИЙ ВОДЯНОЙ ВАЛ. Но почему же наши историки так слепы? Все просто: гунны, хоть и имеют, по их мнению, угорские корни, они все-таки тюрки. Если бы их признали за угорцев, то, глядишь, и названия порогов можно было бы объяснить из угорского. А отсюда пришлось бы признать, что и варяги-русы вовсе не скандинавы, а те же угры. И пошел гулять «принцип домино»! Теперь вы видите, насколько опасно что-либо менять в устоявшейся нашей традиционной истории?!

Впрочем, есть еще два объяснения названию этого порога. В венгерском языке (а это угорский язык) слово «вар» означает город, место. То есть Варуфорос может означать и район больших водяных валов. Еще одно значение слова «вар» — ущелье, узкий проход. В этом случае название Варуфорос есть сочетание слов «ущелье плюс водяной вал». А я напомню читателям, что речь идет о днепровских порогах.

Итак, названия порогов, звучащие на языке русов, вполне можно объяснить исходя из угорских языков, при этом доказательства в пользу угорской теории довольно убедительны. Но тем временем сторонники традиционной истории по-прежнему будут считать, что, к примеру, в середине X века росы все еще говорили по-скандинавски, так как Днепровские пороги еще носили скандинавские названия, а в IX веке, не успел Рюрик утвердиться на севере, в районе Новгорода, как, оказывается, русские=норманнские купцы давно уже наладили торговлю с южными и восточными странами. Почему? Да потому, что у арабского историка Хордадбега (IX век) отмечено, что византийцы и греки взимали десятину (пошлину) с русских купцов.

С упрямством, защищая свою любимую теорию, которая разваливается на глазах, стоит лишь только поглубже копнуть ее, норманисты старательно обходят затруднительные для них вопросы, которых со временем становится все больше и больше. Ответьте хотя бы на один: почему в русском языке не более десятка слов, которые можно с натяжкой отнести к германским (скандинавским)?

Данные топонимики также свидетельствуют о малом влиянии скандинавов на территории Руси. Фасмер и Рыдзевская установили, что топонимов скандинавского происхождения — всего около пяти названий на 10 тысяч квадратных километров, что в тридцать раз меньше, чем, скажем, в Англии.

Считается, что присутствие скандинавов в русской дружине намного заметней, чем хазар, но обозначения вождей — «каган», «бояре» относятся к хазарам. То есть скандинавы не оставили в лексиконе таких следов.

Некоторую ясность при рассмотрении данной проблемы может дать религия. При заключении мирного договора в 907 году Олег и его дружина клялись отнюдь не скандинавскими богами, а Перуном и Волосом: «…и клялись те своим оружием и Перуном, своим богом, и Волосом, богом скота». Считается, что Перуном клялась княжеская дружина (то есть варяги), а Волосом — остальные: словене, жители севера, где был распространен культ Волоса. Но все, конечно, не так. Славянским богом Перуном должны клясться славяне, а Волохом те же русы. О скандинавах, как видите, нет даже и речи.

Против норманнской теории говорит тот факт, что захватить власть на обширных славянских землях за короткий период норманны могли только лишь при условии их массового переселения из Скандинавии. Но об этом нет ни слова ни в византийских, ни в немецких, ни в скандинавских и иных источниках. Тем более в те времена Швеция, откуда, как считают норманисты, пришли варяги, была еще малочисленной.

Норманны начали свои походы в IX веке, в то время как русы были уже известны авторам VI века Иордану и Захарию Ритору. А на Руси скандинавы появились только к концу X века. Косвенное тому подтверждение и их саги. В скандинавских сагах не найти известий о пребывании скандинавов на Руси ранее этого срока.

Как видите, доказательств против норманнской теории достаточно, впрочем, у ее сторонников остается еще один «козырь» — знаменитый в древности путь «из варяг в греки», шедший из Балтийского моря в Черное. По мнению историков, этот путь активно функционировал и пролегал через Новгород-Ильменский и Киев.

#3 Пользователь офлайн   АлександрСН 

  • Виконт
  • Перейти к галерее
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Раскрыть информацию
  • Группа: Виконт
  • Сообщений: 1 796
  • Регистрация: 29 Август 11
  • Пол:
    Мужчина
  • ГородКемерово
  • Награды90

Отправлено 21 Январь 2012 - 19:41

ПУТЬ «ИЗ ВАРЯГ В ГРЕКИ»

Летописи говорят о знаменитом пути «из варяг в греки» через Днепровские пороги. А как скандинавы, да и не только они, возвращались обратно? Если даже вниз через пороги караваны проходили с трудом, то как они плыли вверх через бурлящие потоки?

Зато путь через Дон и Волгу в обе стороны был вполне доступен. Сказки о том, что варяги волоком тащили свои ладьи по многокилометровому бездорожью, на удивление живы до сих пор. Гораздо проще было перевезти на повозках товар с одной реки до другой, а там перегрузить на корабли. Для этого не нужно было каждый раз строить заново ладьи. А нужно было иметь место, где они содержались бы по принципу конных ямов с их перекладными лошадьми.

По последним новейшим исследованиям наконец-то выясняется, что главным торговым путем с севера Европы в южные края был путь именно по Волге (а не по Днепру), существовавший как минимум с IX века.

Вот вам пример. Согласно запискам священника Виноградова яхту, которую подарил Александр I Аракчееву, тащили мимо Волховских порогов 500 человек(!), используя смазанные салом бревна. В день проходили только 60 саженей (130 метров).

Иловайский, явный сторонник днепровско-ладожского пути, признает, что из-за Волховских порогов, которые встречаются уже в нескольких верстах от Ладоги, «товарное сообщение Ладоги с Новгородом совершалось обозами по санному пути». Вот вам и путь «из варяг в греки»…

Кстати, тот же Иловайский удивительно правильно подмечает: «Любопытно, что в эту эпоху мы не видим со стороны Северной Руси стремления какой-либо твердыней закрепить за собой этот конец Великого водного пути и стать прочной ногою на самом устье Невы; хотя там и собирались дани с окрестных ей чудских народцев». А в самом деле, почему не построили ни новгородцы, ни варяги крепости на Неве, на таком важном стратегическом месте? Очень просто: знаменитого, многократно описанного в книгах и трактатах пути «из варяг в греки» не существовало.

Если чуть внимательнее присмотреться к картам, то окажется, что этот путь во многом искусственен, надуман. Убедитесь сами. Нам говорят, что из Днепра системой волоков варяги попадали в Ловать, по ней спускались в Новгород, далее следовали Ладога, Ладожское озеро, река Нева и, наконец, Балтийское море. Но почему-то нигде я не встретил упоминания, что система волоков пересекала Двину, ту самую, которая под названием Даугава впадает в то же Балтийское море. На этом пути и волоков меньше, и путь короче. А пересекать Двину в районе Витебска варяги были просто обязаны: другого пути нет. Двина здесь уже полноводна, совсем несравнима с верховьями Ловати. Так, существовал ли в «промышленных размерах» путь «из варяг в греки»?

Обратите внимание: расстояние от Смоленска до Витебска, стоящего на судоходной Западной Двине, около 120 километров. (Правда, путь волока можно сократить до 20 километров, но в этом случае Смоленск остается в стороне.) А от Витебска до истоков (отнюдь не судоходных!) Ловати — более 50 километров. Причем весь путь волока должен проходить по сильно пересеченной Валдайской возвышенности. Даже если «варяги» тащили волоком свои корабли по 120-километровому пути от Смоленска до Витебска, зачем им нужно было продолжать мучительный волок до судоходной точки Ловати (еще 60—70 километров), тем более что впереди их еще ждали пороги Волхова? Можно было после Витебска спокойно доплыть Западной Двиной до Балтики! И в этом случае Великий Новгород на озере Ильмень оказывается фантомом. Что и было в действительности.

Говоря об этом, конечно же, нельзя полностью ставить крест на традиционном пути «из варяг в греки», отдельные искатели приключений или торговцы им пользовались, но не более, как в единичных случаях. Поэтому не удивляет тот факт, что Киев не фигурирует ни в одной рунической надписи, да и в сагах он известен мало. Саги, как правило, называют столицей Руси Новгород. Альтернативная версия истории считает Новгородом волжский Ярославль. Большая часть торговли из Балтики шла через Ладогу на Волгу. На волжский путь скандинавы могли попадать и через Белое море, огибая Скандинавию. Этот путь широко практиковался в XVI и XVII веках. Но скандинавов в Белое море мог вести и более короткий путь, чем через Норвежское и Баренцево моря. Однако о возможности существования такого пути ничего не говорится. Этот путь — через систему рек и озер Финляндии. Сегодня волок в этом регионе составлял бы всего 1—2 километра, а в те времена при более влажном климате, скорее всего, путь был полностью водным. То есть из Балтийского моря в Белое можно было пройти по воде без остановок.

ТОРГОВЛЯ И РУСЫ

Русы, в первую очередь, нам известны как торговцы. Именно они оставили наиболее заметный след в торговых путях между севером и югом, которые пронизывали Русскую равнину. Поэтому давайте сейчас затронем варяжскую проблему с точки зрения торговых отношений в древности. Помощником и в то же время нашим оппонентом будет работа английского историка Джонатана Шепарда, изложенная им в книге «Начало Руси: 750—1200», написанной в соавторстве с Саймоном Франклином. Добросовестность автора в подборе и изложении материала явилась причиной, по которой она мною была выбрана: в этом труде нет «воды», столь свойственной книгам наших маститых историков. Правда, следует отметить, что прекрасная логика английского историка временами ему изменяет и его рассуждения оказываются в плену фантазий. К примеру, по данным археологии, во второй половине IX века в поселении Старая Ладога случился большой пожар. Шепард выстраивает странную цепочку: пожар возник, вероятно, вследствие поджога, а отсюда уже «можно думать, что у русов случился какой-то переворот». Такие выводы простительны для популярного чтива историков-романистов, но никак не для серьезного научного труда.

Шепард — убежденный норманист, и именно это является его слабым местом: в подтверждение фактов скандинавского происхождения русов он, в отличие от других историков-норманистов, не ограничивается главным «забойным» доказательством Бертинских анналов, о которых уже говорилось. Напомню, что в русах якобы узнали шведов. Шепард идет дальше и рассматривает тот факт из этих анналов, где правитель русов назывался каганом — chaganus.

Для сторонников норманнской теории этот вопрос довольно болезненный. Каган — это восточный титул правителей, в частности Хазарии, но никак не пригодный для Швеции. Поэтому Шепард склоняется к выводу, что речь идет о скандинавском политическом образовании, появившемся в первой половине IX века на территории будущей Киевской Руси. Для локализации этого образования историк выбирает три возможных места: Старую Ладогу, Рюриково Городище и район около Ярославля.

Из трех поселений самым близким к Скандинавии была Старая Ладога. Основателями ее были скандинавы, об этом свидетельствуют археологические исследования, и здесь я спорить не буду. Но вот что интересно: в поселении в течение первых 150 лет не было крепостных сооружений и практически отсутствовали воины, так как находки оружия здесь крайне редки. Странного в этом, пожалуй, тоже нет: Старая Ладога была расположена в малонаселенном районе обитания финно-угорских племен, а первые балты только начали появляться здесь с юго-запада. То есть в этом регионе было довольно спокойно.

Но отсюда следует вывод, что богатое торговое поселение в течение VIII — IX веков было обделено вниманием скандинавских разбойников, терроризировавших в эти годы Западную Европу. Раз не было стен, то не было и опасных врагов. Встает вопрос: ПОЧЕМУ? Шепард отмечает, что количество скандинавов, отправляющихся на восток в поисках серебра, главным чеканщиком которого был Багдад, было крайне незначительно и «сведения о том, где они приобретали значительную часть, или даже все свое серебро, не были широко распространены». Действительно, при таком варианте кажется убедительной спокойная жизнь поселенцев Старой Ладоги. С этим я полностью согласен. Но такой вариант абсолютно не предусматривает наличие больших скандинавских поселений в Рюриковом Городище близ Новгорода и в Тимереве близ Ярославля, значительную часть которых, по мнению Шепарда, составляли варяжские воины. Он утверждает, что викингов было столь много, «что хаган стремился избавиться от наплыва вооруженных искателей наживы, прибывающих с запада» тем, что в 860 году направил громадное скандинавское войско на Византию, найдя «выход для их энергии и амбиций».

Вот здесь-то Шепард оказался в собственной ловушке. Почему богатое и беззащитное поселение в Старой Ладоге в течение двух веков не было разграблено скандинавами — искателями наживы? По Шепарду в Скандинавии об этом поселении мало кто знал. Но если про Старую Ладогу в Скандинавии почти не знали, то у нее не могло быть физических возможностей образовать большие военизированные скандинавские поселения в глубинке будущих русских земель, так как вооруженные скандинавы согласно ТВ не могли миновать Старой Ладоги. Если Старая Ладога в Скандинавии была не известна, через нее не мог идти широкий поток скандинавских воинов, двигавшихся далее — в Городище и в Тимерево. А вот если через Ладогу проходил бы значительный поток скандинавов, воинов и торговцев, то поселение обязательно было бы известно далеко в округе и в самой Швеции, но при этом быть хорошо укрепленным и иметь значительное число вооруженных защитников. А вот это археологические исследования как раз и отвергают. Как видите, Шепард зашел в логический тупик.

А мы зададимся вопросом: что же за скандинавское политическое образование было на территории Русской равнины, правитель которого назывался каганом — chaganus? Старая Ладога без крепостных сооружений не могла быть центром такого образования. А Рюриково Городище и Тимерево не могли иметь значительного количества скандинавов. В таком случае, может быть, это было НЕ СКАНДИНАВСКОЕ образование?

В своих рассуждениях, опираясь на норманнскую версию, Шепард безосновательно назначает центр этого объединения русов — Рюриково Городище. Пожалуй, единственным разумным доводом в его системе рассуждений является указание «Повести временных лет» на город Новгород как резиденцию Рюрика. Но значительная часть предлагаемой мною читателю книги как раз и развенчивает миф о Новгороде-Ильменском как первой столице Киевской Руси, да и существование Рюрика как реального исторического персонажа настоящей русской истории оказывается под большим сомнением. Наконец, Шепард сам признается, что «точно не известны ни происхождение этого объединения, ни территория владений этого chaganus».

В Новгороде до сих пор не могут раскопать что-либо датируемое ранее первой половины X века, сейчас считается, что этот город возник, по данным археологии, не ранее второй половины X века. Недалеко от Новгорода, там, где из Ильменя вытекает река Волхов, в IX веке было основано поселение, современное название которого возникло в начале XIX века под влиянием летописной легенды о Рюрике, а первоначально называвшееся просто Городищем.

Любопытно, но ряд традиционных историков, утверждая, что Новгород основан в X веке, дабы это не бросило тень на правдивость и подлинность «Повести временных лет», вынуждены оправдывать неоднократное упоминание Новгорода в IX веке тем, что «его название в приведенном отрывке было, скорее всего, интерполировано летописцем в свидетельство, почерпнутое им из фольклорного источника» (по Н. Котляру).

Другие историки и вовсе вынуждены признавать, что «окончательная редакция летописи сложилась в 12-м столетии, когда Новгород стал процветающим городом, а Городище превратилось в резиденцию князей, приглашаемых новгородской общиной для исполнения функций на основе договорных отношений. И надо было показать приглашенным князьям, что Новгород — город древнейший, заложен основателем их династии, стало быть, мнение общины Новгорода надо уважать» (Е. Арсюхин, Н. Андрианова). Как видите, объяснение весьма натянуто и неубедительно.

Усиленно подгоняя под норманнскую теорию различные археологические находки, английский историк неожиданно признает, что «существует очень мало археологических данных, указывающих на существование до конца IX в. скандинавских поселений в глубь территории от Старой Ладоги… Даже в отношении таких центров, как Городище, очень немного данных, доказывающих существование там поселения ранее последних десятилетий IX в.».

Теперь давайте рассмотрим сам принцип торговых связей. Главным направлением торговли на Русской равнине была линия Юг — Север. Из богатого Багдада поступали серебряные дирхемы, а из северных лесов — ценный мех. Мех был нужен и скандинавским торговцам, которые поставляли жителям севера изделия из стекла и янтаря. Именно эти изделия характерны для поселения в Старой Ладоге. В VIII веке, после окончания арабо-хазарских войн, развернулась активная торговля между хазарами и мусульманским миром. Но кто конкретно вел эту торговлю, до сих пор остается неясным. Хазары вели в основном кочевой образ жизни, а выдвижение на эту роль народа буртасов, живших на Волге, ничем не подкреплено.

Для разрешения этой проблемы следует найти правильный подход и определиться в главном — кто был более всех заинтересован в развитии торговых связей и получении товаров: арабы или жители Севера? Решив эту проблему, можно будет искать и интересующих нас русов, главных купцов на территории Русской равнины.

Жители Севера, охотники, жили первобытнообщинным строем. На исторических примерах времен покорения Сибири или Америки мы видим, что в торговых операциях они всегда выступали ведомым звеном. Богатый, с большим количеством знати мусульманский мир был именно тем инициатором, который и привел механизм торговли в действие. Имея большую потребность в пушнине и зная, что она добывается на Севере, в то же время имея излишки серебра, Багдад подтвердил вечный принцип — «спрос рождает предложение».
К сожалению, Шепард допускает большую оплошность в определении процесса торговли, он считает, что «главная роль в этом процессе принадлежала охотникам и установщикам капканов, которые были осведомлены о спросе на меха и о породах пушного зверя, водившихся в их краях». Но не предложение рождает спрос, как считал Шепард, а спрос рождает предложение. Как следствие этой ошибки, им оказался неверно выбран первоначальный торговый эпицентр (северо-западный регион) и отсюда неправильно определены главные участники торговли.

Могли ими стать скандинавы? Вряд ли, они слишком далеко находились от эпицентра «спроса». Что может поведать археология? По мнению Шепарда, «есть свидетельства, явно указывающие на существование торгового пути от мусульманских стран Кавказа по направлению к степям севернее Азовского моря». Какие же пути выбирали торговцы-русы? Можно назвать три главных направления их движения. Во-первых, это расположенный в Крыму Херсон, который принадлежал Византии. Во-вторых, это речная система Дона, используя которую, можно было проникать в глубь Русской равнины. И, наконец, Волжский путь, на который опять же можно было попасть, двигаясь вверх по Дону. Если принять за эпицентр торговли Багдадский халифат, то все эти пути имели одно общее начало — из района Кубани — Тамани, а жившее здесь население вполне могло «приобщиться» к торговле. Пока это только голословное утверждение, но доказательства будут рассмотрены в следующей главе.

Здесь также следует привести слова французского историка Мюссе, справедливо считающегося специалистом по скандинавам. Он пишет: «Медлительность, с которой в Скандинавию проникали деньги, также вызывает скептические размышления: если бы викинги были прирожденными торговцами, то скоро осознали бы их удобство и не переплавляли бы их систематически на слитки, кольца и украшения». Интересный вывод. И еще от него же: «Археология до сих пор не может зафиксировать никаких точных следов деятельности шведов вдоль Средней и Нижней Волги, несмотря на то, что сведения о ней во множестве встречаются в византийской, мусульманской и русской историографии». Значит, в различных источниках говорится не о скандинавах, с легкой руки историков зачисленных в русы.

На основании каких свидетельств утверждается наличие большого количества скандинавов в Рюриковом Городище и в поселках близ Ярославля? При раскопках этих поселений в могилах были найдены фибулы — застежки и шейные гривны скандинавского типа. Также признаком скандинавских жителей считаются находки франкских мечей и различных инструментов. Да, это признак скандинавского населения, но признак еще не может быть утвердительным фактом, потому что находки каких-либо предметов не всегда правильно соответствуют тому или иному племени, тем более что раскопки показали и много такого, что не вписывается в норманнскую теорию. Но об этом чуть ниже. В нашем конкретном случая речь идет о богатых поселениях, чье население имело серебро, которое могло быть потрачено на закупку украшений для своих женщин и оружия для мужчин. Тем более что и оружие, и другие предметы, относимые к европейским, могли также приобретаться для дальнейшей торговли.

Также нельзя отрицать возможности дублирования местным населением отдельных европейских предметов по первоначальным экземплярам-шаблонам. Прецеденты тому есть. Тот же Шепард пишет об искусных английских подделках золотых арабских динаров. Поэтому нельзя согласиться с мнением английского историка, что «наличие оружия, укреплений и само стратегическое положение Городища и поселений в районе Ярославля указывает на то, что в них находилась своего рода вооруженная элита, состоящая в основном, если не исключительно, из скандинавов».

Какие еще известны древние поселения на Русской равнине?

Самый крупный древнерусский курганный некрополь (4000 курганов) с остатками поселения расположен в 13 километрах от Смоленска — в Гнездове. При этом в самом Смоленске известны лишь единичные находки X века (или даже второй половины XI века, из-за чего ряд историков считают за древний Смоленск само Гнездово), как и в Новгороде, в отличие от рядом находящегося Городища. Под Ярославлем — Тимерево, у Ростова — Сарское городище, под Черниговом — маленькая Шестовица. Все эти древние городища характеризуются явной военной специализацией их жителей и ремесленным производством вооружения. Хотя здесь найдено много монет и различных предметов с Востока и Европы, тем не менее, обряды погребения и предметы ремесла, вооружения имеют СТЕПНУЮ направленность и характеризуют их жителей как степняков.

Об этом среди прочего свидетельствует обряд погребения: для Скандинавии характерно размещение коня у ног погребенного, а в могильниках этих городищ кони помещены в основном сбоку, как и бытовало у степняков (венгров, печенегов, хазар). При этом оружие складывалось в груду, что тоже было не свойственно скандинавам в отличие, скажем, от хазарских погребений. В курганах часто обнаруживали складные весы и различные весовые гирьки, а это уже признак купцов. Древние русы как раз и были воинами-купцами.
Наконец, в этих дружинных могильниках не оказалось ни одной близкой к скандинавским краниологической серии (замеры черепа), т. е. погребенные здесь люди были явно не скандинавы.

В киевских и черниговских некрополях имеется много погребений так называемого камерного типа. Но такие погребения не свойственны для Скандинавии. Камерные погребения найдены в основном в торговом поселении Бирке, что на востоке Швеции, притом они составляют лишь 10% от общего числа. Не естественнее ли предположить, что эти 10% принадлежат торговцам-русам, поселившимся на берегах Балтики? Тем более что в киевских и черниговских камерных захоронениях практически не встречаются предметы скандинавского типа. Зато там много нательных крестов и восковых свеч. Скандинавия в Х веке была еще языческой в отличие от крымских русов. Но такой простой вывод, что это захоронения торговцев — русов (и явно не скандинавов!), естественно, не приемлем для сторонников норманнской теории.

Любопытно, что, несмотря на то, что погребения с конем были свойственны и тюркам, и угорцам, и балтам, и скандинавам, почему-то последние при раскопках курганов на территории Руси получают постоянный приоритет перед всеми остальными: настолько над всеми нашими историками довлеет варяжская теория! Если находят шейные гривны с топоровидными привесками — это свидетельство скандинавской могилы, но если обнаружено, скажем, блюдо с изображением иранского божества Сэнмувра или поясные бляшки восточного происхождения, то это — предметы импорта.

Но в тех случаях, когда историки все же соглашаются с тем, что эти погребения характерны, прежде всего, для степных народов, т. е. не скандинавов, почему-то берется за основу хазарское влияние на них. Вот, к примеру, Вознесенский могильник около Днепра: найденные здесь вещи оказались аналогичны болгарским соответствующего периода, что заставило археологов признать этот могильник погребением «протоболгарского вождя».

Еще один интересный факт. В районе Чернигова был раскопан большой курган, получивший название Черная Могила. Это один из самых интересных курганов. Его высота составляет 11 метров, а диаметр основания 40 метров. Курган датируется второй половиной X века. В нем обнаружены тела трех покойников: двух воинов — взрослого и юноши, оба в доспехах, и женщины. Кто были эти воины? Наиболее интересной находкой, без сомнения, признаются питьевые рога, изготовленные, как считается, венгерским мастером, но… естественно, по заказу «норманнского князя». Кстати, сильное мадьярское (а мадьяры — угры) влияние в черниговских, а также киевских и соседних с ними курганах постоянно подчеркивается археологами, что опять же заставляет задуматься об угорском происхождении древних русов.

Наконец, еще одно, пусть незначительное, обстоятельство против норманнской теории происхождения русов. Здесь уже говорилось о трех главных торговых направлениях. Они свидетельствуют о южной локализации торгового эпицентра. Значительное участие в торговых операциях скандинавов было бы возможно, если бы в действительности существовал знаменитый для традиционной истории путь по Днепру — «из варяг в греки». Но клады IX века — серебряные дирхемы — найдены на широкой полосе, протянувшейся по Волге, Оке и далее вплоть до Ладоги. А на Днепре их не обнаружено. Вот вам и путь «из варяг в греки».

Монеты X века, найденные в Киеве, — в основном арабские, а с XI века вместо них появляются германские и английские. «Закономерность в этой смене восточных монет западными и западных — слитками, — пишет А. Арциховский, — строгая, но непонятная». Конечно, для наших традиционных историков здесь все непонятно: скандинавы, на мой взгляд, реально появились в Киеве только с XI века (конечно, были и исключения, отдельные их группы проникали на Русь и раньше), именно с этого периода стал функционировать западный, днепровский, путь, а вместе с ним в Киеве появились западноевропейские монеты.

Но вернемся к Шепарду. Неправильно сделанные им выводы о скандинавской гегемонии в торговле на территории Русской равнины привели и к неверной локализации русов. Могли ли ими оказаться «финно-угры или какая-то отдельная их ветвь, вроде мери, поскольку они занимались торговлей, и места, где они подвизались, были в пределах досягаемости для представителей мусульманского мира»? На этот вопрос у Шепарда есть только однозначный ответ: «Такая точка, как Старая Ладога, заслуживает самого серьезного внимания, а находки украшений скандинавского типа в Сарском городище показывают, что скандинавские торговцы проникали глубоко в лесные районы». Доказательство Шепарда неубедительно, а сам его вывод неверен.

Наконец, еще одно, явно притянутое, доказательство английского историка. По его мнению, ввиду того, что нет никаких свидетельств о военных операциях финно-угров, то знаменитый «набег, потрясший патриарха Фотия в 860 г.», могли совершить скандинавы. Больше некому! А как же, к примеру, знаменитые вторжения в Византию кутургуров в 551, 559, 574 годах? Кутургуры — угорское племя, проживавшее в… районе Азовского моря! Рассматривая это вторжение, Шепард недоумевает: как же корабли викингов попали в Черное море, так как «невозможно было избежать значительного количества волоков, по какой бы реке ни двигались корабли — по Дону, Волге или Днепру». Ссылка «Повести временных лет» на то, что этот поход начался из Киева, по мнению английского историка, — анахронизм, данный вариант он отвергает. При этом Шепард также, ссылаясь на сообщение Ибн Хордадбега, где «отчетливо не говорится, что русы путешествовали до Черного моря по воде», недоумевает: где же мог быть исходный пункт набега? На мой взгляд, локализация центра русов в районе Кубани без труда решила бы все эти проблемы, но об этом уже в следующей главе.

Как видите, факторов против скандинавской теории происхождения русов набирается довольно много, причем сейчас были высказаны, конечно, далеко не все. Но кто же были эти русы? Наконец, настало время для разрешения и этого вопроса.

РУСЬ И РУСЫ

•Где начало Руси?•Русы на Волге•Русь — угорское племя•
•Немного лингвистики•Фантазии академика Рыбакова•



Способность приспосабливаться как характерная черта русов… Ни на одном этапе исторического развития мы не видим, чтобы русы следовали какому-либо общему плану или действовали по раз и навсегда установленным правилам. Они искали и использовали удобные случаи, выдумывали на ходу, рассматривали возможность альтернативных действий. Они приспосабливали и преобразовывали свои обычаи и для того, чтобы достичь своих целей, и для того, чтобы справиться с последствиями того, чего они достигли.
С. Франклин, Д. Шепард.
Начало Руси: 750—1200


ГДЕ НАЧАЛО РУСИ?

О древних русах до наших дней дошло довольно много упоминаний: не только «Повесть временных лет», но и многочисленные арабские, византийские и иные авторы частенько упоминали о русах.

Вот что сообщает о них «Повесть...»: «И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готландцы, — вот так и эти». Из этих строк следует практически однозначный вывод, что русы и варяги — это одно и то же, ну а такая скандинавская компания говорит явно о северном происхождении русов.

Но не спешите с выводами. Здесь, прежде всего, получается, что варяги-русь уже никак не шведы и не норвежцы, в чем нас постоянно хотят убедить многочисленные сторонники норманнской теории. А для точного поиска этих пришельцев вначале посмотрим, как звучат эти строки в оригинале «Повести...». «И идоша за море къ варягом, к руси. Сице бо ся зваху тьи варязи русь, яко се друзии зъвутся свие, друзии же урмане, анъгляне, друзии гъте, тако и си».

Прежде всего, следует отметить, что в переводе академика Лихачева готы стали готландцами. Почему Лихачев допустил такой грубый промах? Уверен, что не сознательно, а в силу каких-то иных причин. Готландцы — это однозначно жители острова Готланд у берегов Швеции, в то время как готы, по всем известным древним источникам, жили в районе Северного Причерноморья и в Крыму, но никак не в районе Скандинавии. Видите, как много изменилось от одного неправильно переведенного слова?

В силу открывающихся обстоятельств на проблему определения местонахождения русов стоит внимательно изучить и остальных соседей готов. Урмане, или урмяне. На язык так и просятся армяне, но никак не норманны. А на замечание, что Армения довольно далека от Причерноморья, отвечу, что в Крыму всегда жило довольно много армян. Есть даже гипотеза, что еще в давние времена в район устья Дона переселились ваны — жители Урарту. Урарту, напомню, располагалось в районе Армянского нагорья. Район Армении, кстати, упоминает Псковская летопись, говоря про Александра Невского: «И нача имя слыти великого князя Александра по всем странам от… и до гор Араратскых».

Остаются свеи, якобы шведы, и англяне, которые уж точно англичане? Но от Англии до Восточной Швеции ЯВНО ДАЛЬШЕ, чем от Армении до Крыма. И хотя для традиционной версии англы явно не вписываются географически, но по ним вопросов почему-то не возникает.

Прежде чем найти тех, кто скрывается под именами свеев и англян, нужно уяснить, что «Повесть временных лет» — поздняя, неоднократно переделанная летопись. Переделанная по определенному заказу, но на основе какой-то подлинной летописи. Здесь могли полностью обновить текст или слегка его подправить в нужном смысле, изменив всего пару букв. Настоящий текст «Повести...» мог быть таким (конечно же, в переводе на современный русский язык): «…как другие назывались северяне (или савиры), а иные армяне и алане, а еще иные — готы». А это уже совсем другая история! Причем все эти четыре народа жили по соседству: готы в Северном Причерноморье и в Крыму, армяне опять же в Крыму и других причерноморских городах, аланы («англяне») кочевали в Северном Причерноморье и на Северном Кавказе, а северяне («свеи») были на север от них, на Левобережье Днепра. Если признать в северянах угорское племя авар, смешанных с ирано-сарматским компонентом, то ареал их обитания вполне мог приближаться к Причерноморским степям.
В предыдущей главе было приведено достаточное количество аргументов против утвердившейся в нашей истории гипотезы о скандинавском происхождении русов. Нам осталось только выяснить их месторасположение. Я уже выдвинул предположение о том, что русы были соседями народов Причерноморья, предположение, которое требует серьезных доказательств. Что ж, давайте обратимся к древним авторам и выясним, где все-таки обитали русы: на берегах Балтийского моря, как утверждают сторонники традиционной истории, или на противоположном конце Русской равнины, у берегов Черного моря?

Начнем с арабов и других восточных авторов. Их географы постоянно помещают русов между Хазарией и Румом (то есть Византией). Хазария располагалась в нижнем течении Волги и в междуречье Дона и Волги. Византия — это не только современная территория Турции, но и Крым.

По арабским источникам IX и X веков, русь — многочисленный народ по соседству с булгарами, хазарами и печенегами. При этом арабские авторы не смешивают славян и русь, то есть считают их разными народами. Правда, Ибн-Хордадбег, автор IX века, пишет о русских купцах: «…они же суть племя из славян». Но эту фразу можно толковать как то, что данные русские купцы жили в славянской земле.

А вот другой арабский автор, Масуди, определяет месторасположение русов у берегов Черного и Азовского морей, отмечая, что море Нейтас — это русское море, на одном из берегов которого они и живут, и никто, кроме русов, по нему не плавает. Это свидетельствует о том, что, по крайней мере, восточное побережье Азовского моря полностью принадлежало русам.

Ибн-Хаукаль пишет (в переводе Калининой): «Русы — народ варваров, живущий в стороне булгар, между ними и славянами по реке Итиль».

У автора XI века Махмуда ал-Кашгари в его «Словаре тюркских языков», составленным на основе более ранних источников, на карте русы помещены к северо-западу от Каспия, к северу от них расположены славяне, а еще севернее — варанги. В сопроводительном тексте отмечено, что русы имеют соседями печенегов. Как же «выкручивается» из этого традиционная история в лице самого академика Грекова? Как всегда, беспринципно: «…считаю возможным расшифровать сообщение ал-Кашгара так: за печенегами к северу лежит Киевская Русь (русы), за ней к северу следует Новгородская земля (словене), и, наконец, еще севернее — варяги». Как видите, далековато русы оказались от Каспия.
Худуд ал-Алам в своем рассказе о славянах пишет, что к востоку от них живут некоторые из русов, что является неплохим свидетельством того, что часть русов оказалась в районе Поволжья. Описывая страну русов, он отмечает, что к востоку расположены печенеги, на западе славяне, а на юге течет река Рута.

Араб Табари (конец IX—начало X века) говорит о руси, которая воевала на Кавказе с арабами еще в VII веке. Бал'ами, говоря о событиях VII века, сообщает, что за Дербентом, пройдя русов и джурханов, находится целое царство с множеством городов. А некий сирийский источник знал в Восточной Европе народ Hros еще в VI веке. В слове Hros однозначно видны русы (росы): Hros=ros.

Ибн-Даста и Мукадеси сообщают, что русы, числом до ста тысяч, обитают на острове, окруженном ОЗЕРОМ, покрытом лесами и болотами, нездоровом и сыром. Между тем термин «остров» (джазира по-арабски) может означать и полуостров, чем и является Тамань. Впрочем, в житии св. Никона полуостров Тамань назван Тмутараканским островом. Азовское море в те времена называлось Меотийским ОЗЕРОМ. Характеристике, данной этому острову, прекрасно соответствует низменная северо-восточная часть Кубанской дельты, расположенной между Черной протокой — северным рукавом Кубани и Курчанским лиманом. Эта местность болотиста, «нездорова» и имеет непроходимую почву, но в древности была населена народом, занимающимся судоходством, а доступ к этому месту был весьма легок. Кстати, Черная протока шире и глубже самой Кубани.

Истахри также упоминал «остров Русия». Марвази сообщал, что русы живут на острове (или полуострове?) в море, а около этого острова еще и маленькое море. Ибн Русте так и писал, что русы живут на маленьком море.

Ибн-Фадлан писал о привозе различных вещей в Хазарию из Руси, Булгара и Куябы.

В «Каталоге» Ибрагима Ибн-Йакуба говорится: «Он был послан к правителю русов одним из кавказских владетелей», что в какой-то мере показывает географическое расположение русов.

А вот что писал персидский историк Фахр ад-Дин Мубаракшах Марварруди: «У хазар также есть письмо, которое заимствовано ими у ветви румийцев, которая находится вблизи них, и они называют этих румийцев русами». Это взято из книги В. Бартольда «О письменности у хазар». Румийцы — это византийцы. Самой ближней к Хазарии румийской территорией был Крым.

В другом персидском источнике — хронике «Письмовник» упомянут Георгий Лаша, названный царем царей Абхаза, Шака, Алана и Руса. То есть опять же русы фигурируют в одной тесной компании, которая локализуется на Северном Кавказе.

Возможно, читатель уже устал от такого количества подробностей, но нужно набраться терпения, так как все эти факты все больше и больше локализуют русов в районе Тамани. А поэтому продолжу.

Согласно арабскому географу ад-Димашки русы получили свое имя от города Руси, находящегося на северном берегу Черного моря (т. е. Тмутаракань вполне подходит). Далее он пишет, что на этом море есть семь островов (вероятно, острова дельты Кубани), где обитают русы.

Ал-Идриси тоже говорит о городе Русе: «От города Матехры до города Руси 27 миль; последний лежит на большой реке, вытекающей из горы Кукайя». А вот еще у него (из книги Коноваловой): «От Бутара до устья Русской реки 20 миль. От устья Русской реки до Матрахи 20 миль». Здесь Бутар — Феодосия, а Матрахи (или в другой транскрипции Матехра) — Тмутаракань (Таматарха).

Гаркави перевел текст неизвестного древнего автора: «Руси живут по реке Кира, текущей в море Гурган». Прежде всего, Гурган — это Каспийское море, здесь все понятно, и все с этим согласны. Но почему-то историки упрямо не хотят признать в Кире реку Куру, текущую с Кавказских гор в Каспийское море. Для этого они ссылаются на ряд других переводов, в которых эта река названа Кивой и в слове Кива они видят город Киев. Разве Днепр, на котором стоит Киев, течет в Каспийское море? А между прочим, с тех же Кавказских гор стекает еще одна река — Кубань. Тот же ал-Идриси пишет о реке Русийу, которую идентифицируют с рекой Кубанью. Именно в устье Кубани и следует помещать по предлагаемой альтернативной версии центр расселения древних русов, их историческую прародину.

Как видите, арабские географы все как один опровергают бытующую несколько столетий норманнскую теорию. Но что арабы! Сведений в пользу альтернативной версии месторасположении русов достаточно и в европейских источниках.

Впервые этноним -рос- назван в «церковной истории» Псевдо-Захарии — сирийском документе VI века. Хенрик Ловмяньский считал, что этот факт попал к Псевдо-Захарии из армянского документа, где этноним -рос- следует помещать среди кавказских народов.

В «Житии Георгия Амастридского», рассказывающем о событиях IX века, утверждается, что росы живут в районе Тавриды.

Константин Багрянородный сообщал расстояния от печенегов до других народов: Болгария — полдня, Угрия — 4 дня, Росия — 1 день, Мордва — 10 дней, Хазария и Узия — 5 дней, Алания — 6 дней. Упоминаемая здесь Болгария — это та пятая часть булгарского племени, которая осталась на своих родовых кочевьях в Причерноморье после ухода большей части племени в Европу и на Среднюю Волгу. Если приглядеться на эту таблицу расстояний, то окажется, что она довольно точна. Кроме Росии. Для традиционных историков это, конечно, Киевская Русь. Но неужели так близко от нее кочевали враждебные печенеги? Не сходится. Зато удачно складывается для тмутараканской руси.

Лев Диакон писал о желании греков, чтобы Святослав, «получив обещанную Никифором награду по случаю похода против мисян, возвратился в свои области к Киммерийскому Боспору». Через несколько страниц он же говорит о Киммерийском Боспоре как об отечестве русов. Также Диакон, вспоминая войну с князем Игорем, отметил, что Игорь после поражения бежал в Боспор Киммерийский. А Боспор Киммерийский — это Керченский пролив.

«Баварский географ» (конец IX века) отмечает русов (ruzzi) как соседей хазар. Что же говорят о русах хазары? Вот отрывок из еврейско-хазарской переписки X века. Пишет хазарский царь Иосиф (в переводе Коковцева) о своих многочисленных подданных, расположенных в районе Причерноморья и к северу от него: «Я живу у входа в реку и не пускаю руссов, прибывающих на кораблях, проникать к ним». Столица Хазарии располагалась в нижнем течении Волги. Следовательно, речь шла о Волжском водном пути, либо о каких-то соседних водных маршрутах. Но однозначно не о пути по Днепру, как на этом настаивает традиционная история. Расположение центра русов как в районе Тмутаракани, так и в районе Верхней Волги вполне соответствует описанию царя Иосифа.

Никоновская летопись и Степенная книга, ничего не говоря о северном происхождении Аскольда и Дира, пишут о нападении Аскольда на Константинополь: «С ними же бяху ради нарицаемии Руси, иже и Кумани, живяху в Евксинопонте».

Даже Соловьев, сторонник норманнской теории, признает, что «название русь было гораздо более распространено на юге, чем на севере, и что, по всем вероятностям, русь на берегах Черного моря была известна прежде половины IX века, прежде прибытия Рюрика с братьями».

Впрочем, даже «Повесть временных лет» сообщает, что варяги сидят к востоку от Варяжского моря — «до пределов Симовых». Симу же по той же «Повести...» достался Ближний Восток, Персия и т. д. Татищев считал русов сарматами, которых славяне покорили и переняли их имя, «которое на их сарматском языке значит чермный». А неизвестный автор «Слова о полку Игореве» считает родиной русов Северное Причерноморье и Подонье.

В одной из латинских надписей времен императора Адриана есть упоминание роксоланского князя Распарасана. Роксолане жили в районе Азовского моря, и имя их князя, обратите внимание, начинается на -рас-. Правление Адриана приходится на начало II века, явно вымышленный период истории, но император Адриан по теории Носовского и Фоменко накладывается на более позднего императора Гонория, правившего в начале V века, а это уже период расцвета гуннского нашествия, когда русы (росы) могли выйти на историческую сцену.

По многим известным источникам, русы — хорошие воины, постоянно нападающие на окрестные и дальние страны, есть даже упоминание об их высадке на берегах Испании. Впрочем, так только считает традиционная история, в реальности русы, конечно же, ни в какую Испанию не попадали. Эта ошибка ведет свое начало от Ибн-Хаукаля. Вот что он пишет (в переводе Калининой): «Булгар город небольшой... и опустошили его русы и пришли в Хазаран, Самандар и Итиль в году 358 (по мусульманскому летоисчислению, или 968—969 год в современном летоисчислении. — А. Максимов) и отправились тотчас же после к стране Рум и Андалус и разделились на две группы». Рум, конечно же, Византия, но Андалус — не испанская Андалузия, как ошибочно считают историки. Почему? Читаем далее у того же Ибн-Хаукаля строки о печенегах, которые «выходили раньше к Андалусу, затем к Барза'а», где последний город определенно — северокавказский Бердаа. Поэтому-то, господа историки, Андалус следует искать не в Испании, а в районе Черного моря, на его южных или восточных берегах.

Можно более точно локализовать и название Рум. У того же М. Артамонова есть ссылка, что Рум — это византийская территория Закавказья. Что ж, как видите, и Рум, и Андалус оказываются очень близки географически. Выводы просты, но не для наших уважаемых историков.

Здесь еще интересно и то, как историки объясняют появление Андалузии в трудах Ибн-Хаукаля. Оказывается, он ошибочно сопоставил набег русов с одновременным набегом датских норманнов на Испанию. Подумайте, откуда Ибн-Хаукалю знать о набеге каких-то там данов на далекую Испанию?

Ряд историков древности упоминает об аорсах и сираках, которые обитали в I веке нашей эры между Кавказом и Доном, и были то союзниками, то врагами римлян. Настоящая история началась, конечно, позднее, а ссылки на события этого века — не что иное, как дубликаты более поздних эпох в выдуманной традиционной истории. Поэтому аорсы (без огласовок — РС) якобы I века, живущие в районе Тамани, не кто иные как росы (без огласовок тоже РС) второй половины первого тысячелетия, также живущие на этой же территории. Сираки — те же аорсы-росы, но при прочтении этого слова наоборот, справа налево, как это принято у ряда восточных народов.

Прежде чем перейти к более поздним источникам, следует немного остановиться на библейском материале. Читатели, вероятно, уже догадываются, что речь пойдет об известном, но непонятном упоминании слова «Рош» в Библии. «Обрати лицо твое к Гогу в земле Магог, князю Роша, Мешеха и Фувала». Вариантов прочтения этой фразы много, каждый исследователь предлагает свои гипотезы, в числе которых под именем Рош подразумеваются русские, точнее, будущие русские, народ рос. С этим предположением следует согласиться. Но что же означают другие названия и имена? Вариантов много. Носовский и Фоменко считают, что под словом «Мешех» имеется в виду Мосох, по имени которого была названа Москва. Фувал, по их мнению, это сибирский Тобол. Но не слишком ли это далеко от библейских мест?

А между тем Мешех может оказаться Меотидой, землями примыкающими с востока к Азовскому морю (Метх=Мешех), а Фувал не что иное как Колхида, которая упоминается в Книге Бытия под названием Хавила (без огласовок соответственно ФВЛ и ХВЛ). Таким образом, при этом варианте все замыкается в районе восточного побережья Азовского и Черного морей, включая район Кубани.

В позапрошлом веке в стене синагоги недалеко от Дербента была обнаружена пергаментная рукопись. В ней, в частности, говорилось, что некий Авраам «находился в царстве братьев наших, благочестивых прозелитов хазар… в то время, когда послы князя Рош Мешех из города Циоб пришли к государю нашему хазарскому царю Давиду разведать о делах религии». Циоб — это Киев, а действие рассказа приходится на княжение князя Владимира до крещения Руси. Если данный документ не подделка (а такое предположение имеет право на существование, так как рукопись нашел небезызвестный А. Фиркович, который любил баловаться подделками), то князь Владимир назван князем русов с Меотиды (Тамани).
Но у меня есть и второй вариант прочтения таинственной библейской фразы. Дело в том, что древнееврейское слово «машиах» означает помазанник, т. е. мессия. Машиах и Мешех это вообще идентичные слова, без огласовок — МШХ, а библейские тексты записаны без гласных букв. В таком случае речь идет о Роше (или народе росов?), помазаннике Фувала. В этом случае дело осталось за малым: выяснить, что может означать Фувал по-древнееврейски.

А вот более близкие для нас сообщения о русах периода княжения первых наших князей.

Византиец Лев Диакон сообщает, что Игорь после своего поражения вернулся не в Киев, а в Боспор Киммерийский, то есть на Тамань. Тот же Диакон, рассказывая о Святославе, пишет, что он поднял на войну с болгарами «все молодое поколение ТАВРОВ». Описывая военные действия, он опять называет воинов Святослава таврами. Вообще, довольно интересно проанализировать упоминание этим автором Боспора Киммерийского. «Частое повторение выражения «Киммерийский Боспор» там, где речь идет о родине русских, наводит на мысль, что этот пролив казался Льву Диакону прямой дорогой, ведшей в Россию, — пролив, которого русские, возвращаясь восвояси, миновать не могли», — писал Ф. Вестберг.

Вот текст договора Игоря с греками: «И о Корсунской (Корсунь — древнерусское название Херсонеса. — А. Максимов) стране. Да не имеет права князь русский воевать в тех странах, во всех городах той земли, и та страна да не покоряется вам, но когда попросит у нас воинов князь русский, чтобы воевать, — дам ему, сколько ему будет нужно». Обратите внимание на последнюю строчку — это обещание византийского императора давать при необходимости воинов для русских князей. Но обещание идет в той части договора, где говорится о Крыме, следовательно, русские были соседями крымских греков.

Какая помощь греков могла быть? Пожалуй, только морским флотом. Если это так, то земли врагов Игоря прилегали к Черному или Азовскому морям.

Этот же договор обязывал Игоря не допускать к нападению на Корсунскую страну черных болгар, которые жили на Нижней Кубани и в восточной Тавриде. Если Игорь жил в Киеве, как это утверждает традиционная история, то помешать нападению черных болгар на Корсунь он не мог просто физически. Зато Тмутаракань, как база Игоря, подходит для этого идеально.

В договоре Святослава с Цимисхием князь обязуется не нападать на район Корсуни. Как видите, русские князья облюбовали район Корсуни, наконец, Владимир ее захватывает.
Договоры 913 и 944 годов убеждают, что район Черного моря — это постоянный и давний ареал для руси.

Кстати, если бы Тамань не была исконной землей русов и не имела бы постоянного населения — русов, а просто была бы киевской колонией, как предлагают нам историки, то как смогли древнерусские князья на ПРОТЯЖЕНИИ ПОКОЛЕНИЙ удерживать такое далекое владение, окруженное враждебными печенегами, половцами, ясами, касогами?

И еще. Английский историк-норманнист Д. Шепард в книге «Начало Руси», рассказывая о нападении вождя русов Х-л-гу на хазарскую крепость С-м-к-р, пишет, что «русы были выбиты из крепости грозным хазарским командующим, который продолжал наступать и одолел H-L-G-W, очевидно, уже на ТЕРРИТОРИИ последнего». Где же была территория Х-л-гу? По ТВ это могло быть киевским Поднепровьем, а по АВ, без сомнения, Тамань, которая в отличие от Киева находилась вблизи от хазарской крепости. Но Шепард историк честный, поэтому он признается, что «сомнительно, чтобы хазары были достаточно сильны для нападения на русов непосредственно в Среднем Поднепровье». Итак, остается только Тамань?
В течение X века русы совершали большие походы в район Каспия. Но о них ничего не говорят наши летописи, а мы об этом знаем от арабских авторов.

Давайте посмотрим на традиционные исторические карты.

Поход 913 года. Нет его на картах. Почему? Известно, что русы поднялись вверх по Дону, затем каким-то образом перешли в Волгу; спустились в Каспийское море. Долго грабили местных жителей в районе Азербайджана, затем по договору отдали половину добычи хазарам и собрались снова переходить на Дон. И вот здесь, на суше, хазарские мусульмане напали на русов, перебив большую их часть, остальные русы отошли вверх по Волге и были уничтожены уже в Булгарии. Ответьте на вопрос: если бы русы свои корабли во время нападения мусульман перетаскивали волоком, то на чем же они, русы, поплыли в Булгарию? Корабли-то по ТВ уже были на волоке! Нет, я считаю, что добычу перенесли на повозки, а корабли оставались на Волге, и на них остатки разгромленного войска русов бежали вверх по течению. Это еще раз подтверждает, что не было никаких волоков.
Но, впрочем, речь не об этом. Если все больше и больше историков вынуждены признавать, что главным торговым путем был путь волжский, а не днепровский — «из варяг в греки», почему русы, если они скандинавы, пошли на Каспий через Дон? Этот путь, даже при первоначальном движении через Днепр, был бы весьма труден. Путь вниз по Волге для скандинавов был естественен. Но они пошли через Дон. Почему нет маршрута этого известного похода на наших картах, другие, менее известные, отмечены, а вот этого нет? Да потому, что пришлось бы маршрут прокладывать в систему Дона и далее ЧЕРЕЗ ТМУТАРАКАНЬ. А это повлекло бы за собой много вопросов, столь нежелательных и опасных для наших историков. Один из них звучал бы так: «А не была ли Тмутаракань русским городом, отправным местом военной экспедиции?» Отмечу, что Тмутаракань была захвачена и присоединена к Руси только в 967 году, это, естественно, по традиционной версии.

В данном походе, как утверждает сирийский автор XIII века Бар Гебрей, вместе с русами принимали участие славяне, аланы и лезгины. Персидский поэт Низами в «Искандер-намэ» писал, что русы пришли из страны алан и герков. Не правда ли, интересную компанию подобрали «скандинавы»? По сведениям Масуди, только погибших «на берегу Хазарской реки, было около 30 тысяч». Сколько из них было русов? Думаю, что много. Но откуда столько скандинавов в столь далеких для них краях?

На наших традиционных картах поход Игоря 943—944 годов начинается с… устья Волги. Ответьте, откуда все-таки он начался?

Зато историки отвели душу на походе Святослава в 966—967 годах. Якобы он начат в Киеве, далее по Оке до Булгара, вниз по Волге до Каспия, далее до района Терека и по северокавказским степям завершен в… Тмутаракани. Иначе было нельзя: как тогда объяснить образование Тмутараканского княжества?

Но если признать, что Тмутаракань — исконная земля русов, то все нелепости на картах и в самой истории исчезают: именно из Тмутаракани шли все походы русов. Вопрос только в том, кто возглавлял эти походы?

Почему-то наши историки старательно замалчивают сообщение Ибн-Мискавейха об этом походе (354, или 965 год по современному летоисчислению), согласно которому на Хазарию обрушились тюрки или, в другом переводе, турки. Между прочим, турками частенько называли венгров.

А на страницах этой книги как раз доказывается, что русы являлись уграми, близкородственным племенем венграм. Разве что Бартольд предположил связать этих тюрок и русов.
По летописи в 941 году Игорь пошел на греков. Вернувшись из похода, он «начал собирать множество воинов», чтобы снова идти на Византию. В 944 году состоялся второй византийский поход Игоря. Поэтому Игорю просто физически невозможно было в 943—944 годах сходить в большой поход в район Азербайджана. Если арабские авторы не напутали с годом похода, то его возглавлял какой-то другой русский князь.

Также не мог Святослав в 967 году взять Тмутаракань. В это время он был на Дунае. Здесь мы видим весьма топорную работу наших отечественных историков. На картах поход Святослава на Дунай отмечен 970 годом. Но это был уже ВТОРОЙ, более известный его поход. Вероятно, наши историки посчитали, что никто не будет (кроме них самих, естественно) вчитываться в «Повесть временных лет»: «В год 6475 (т. е. 967) пошел Святослав на Дунай на болгар. И бились обе стороны, и одолел Святослав болгар, и взял городов их 80 по Дунаю, и сел княжить в Переславце, беря дань с греков». Не ходил Святослав в этом году, граждане ученые-историки, на Волгу, на Кавказ и не брал Тмутаракани! Древнерусская история, это вам не докторские диссертации сочинять на тему, что делал Ильич в шалаше.

Походы русов в район Каспия продолжались и в дальнейшем. В 987 году эмир Дербента призывает русов на помощь в борьбе с местной знатью. Русы появляются на 18 судах, но терпят поражение и уходят на юг. Тем не менее уже через два года эмир Дербента обзаводится русской дружиной. В 1030 году русы появляются на 38 судах у Ширвана, побеждают местного шаха и поднимаются по Куре, где берут город Байлакан. Через два года русы вновь появляются в Ширване. На следующий год наступает очередь Дербента.

Любопытно, но нападения русов в тридцатых годах второго тысячелетия историки связывают с Тмутараканской Русью, а до этого, отказывая Тмутаракани в русской принадлежности, относят нападения русов на Закавказье походам из далекого Киева.

В 1016 году большое совместное войско византийцев и русов выступило против Хазарии. Об этом сообщает византийский хронист Кедрен. Он писал о византийском флоте и целой армии русов. Но кто были эти русы? В 1015 году в Киеве умер князь Владимир, и на Руси началась междоусобица. Кто из претендентов на киевский престол смог бы оторвать от себя такие большие военные силы? Да никто. Разве что им мог быть тмутараканский князь Мстислав почему-то слишком поздно вступивший в схватку за отцовское наследство. Да и Тмутаракань была близко от хазарских земель. На мой взгляд, поход 1016 года действительно был, и русов возглавлял князь Мстислав.

Отказываясь считать Тмутаракань исконно русским поселением, историки никак не могут объяснить нападение русов на Ширван и захват Шемахи в 1185 году. Тмутаракань русы к этому времени давно уже потеряли, приписать этот поход Киеву было бы явной глупостью, поэтому-то и молчат историки. Но альтернативная версия это прекрасно объясняет: Шемаху захватывают так называемые будущие монголы, вольница: русы, аланы, различные «солдаты удачи» во главе с сыном Боголюбского русским князем Юрием, будущим Чингисханом. 1185 год — год чжурчженьского пленения Тэмучина и год свадьбы Юрия и царицы Тамары.

Как видите, все изложенные в этой главе сведения указывают на Таманский полуостров как место, откуда вышли русы, давшие нашей стране и народу свое имя и принявшие самое активное участие в образовании и становлении нашего государства.

РУСЫ НА ВОЛГЕ

Что представляли собой русы как народ? Если внимательно изучить договоры 913 и 944 годов Руси с Византией, то видно, что русь — народ оседлый, давно живущий на своих землях. Среди русичей явно выделяется торговое сословие, активно торгующее, в том числе через море, не только с ближайшими соседями, но и с далекими странами. Вместе с торговцами рядом шли и хорошие воины. Ряд летописцев отмечают, что главным товаром у руси являются рабы, а их можно было захватить в военных экспедициях.

Основным направлением военно-торговых экспедиций русов была территория Русской равнины, в первую очередь земли вдоль Волги — главного торгового пути в те времена. Наиболее привлекательным регионом для обустройства торговых колоний для них была верхневолжская территория — место, откуда можно было вывозить меха и металл.
«Они нападают на славян, — пишет Ибн-Даста в переводе Новосельцева, — подъезжают к ним на кораблях, высаживаются, забирают их в плен, везут в Хазаран и Булкар и там продают. Они не имеют пашен, а питаются лишь тем, что привозят из земли славян... Единственное их занятие — торговля соболями, белками и прочими мехами… Они высокого роста, статные и смелые при нападениях».

Объектом торговли для русских купцов были и звериные шкуры, мед, которыми выплачивали дань руси окрестные и дальние племена.

Масуди говорит и о раздробленности русов, отмечая, что этот великий народ не подчиняется ни царю, ни законам и разделен на множество независимых племен, но, по словам Ибн-Дасты, русы по отношению к внешним врагам выступают единодушно.

Далее Ибн-Даста пишет о русах: глава их живет в середине земли славян, не имеет иной пищи, кроме как кобылье молоко (а это пища кочевников), живет же глава русов в городе, который называется Джарваб. В этом городе каждый месяц в течение трех дней проходятся большие торги.

По свидетельству Ибн-Фадлана, русы рыжеволосы, их цари живут в высоких замках (следовательно, предпочитают возвышенности), где вместе с ними постоянно находятся несколько сот воинов.

Согласно ал-Истахри и Ибн-Хаукалю русы состояли из трех групп. Первая, ближайшая к Булгару (столица Волжской Булгарии, был расположен ниже слияния Волги и Камы), с центром, называемым Куйаба, который был по размерам больше Булгара. Вторая, самая отдаленная, называлась ас-Славийа, и третья — ал-Арсанийа с центром в городе Арса. В Арсу чужеземцев не допускали. Купцы этого города СПУСКАЛИСЬ по воде, привозя черные соболя и олово, торговали с хазарами, Византией и Волжской Булгарией.

Здесь однозначно речь идет о регионе материковой Руси, но никак не о руси Тамани. Следует отметить, что Ибн-Хаукаль закончил свою работу в 70-е годы Х века. Историки считают Куйабу Киевом, Славийю Новгородом, а с Арсой вопрос у них до сих пор не определен.

Да, Киев (Киява) по созвучию идентичен Куйабе, но разве Киев ближе всех к Булгару? Схожесть названий и величина города (больше Булгара!) могут дать основание принять Куйабу за Киев, но опять же согласно восточным источникам в Куябе «выделывают разнообразные меха и ценные мечи». Ну, мечи еще можно, но меха в Киеве откуда? Надеюсь, арабы не имели в виду котов средней пушистости? Да, могли быть белки, бобры, но не в таком количестве: как-никак вокруг лесостепь. Везти невыделанные меха за сотни верст? Исключено, их надо выделывать на месте: на севере и северо-востоке, но никак не в Киеве.

Поэтому под Куйабой я могу предположить город Ярославль, точнее, его тимеревское поселение, где не так давно обнаружены остатки большого городища, специализировавшегося на металлургии. Почему Куйаба? На ум приходит: «КУЙ железо пока горячо». Опять же слова: коваль (кстати, у арабов нет буквы -о-, вместо нее чаще используется звук -у-), кузнец, кузница. Что-то в этом есть, не правда ли?

Любопытно возникновение названия поселения Тимерево. Бытует мнение, что оно тюркского происхождения и появилось уже во времена монголо-татар. Тамер, темир по-тюркски — железо. Но ко времени Батыевого нашествия месторождение давным-давно было выработано, так что тюрки вряд ли имеют какое-либо отношение к этому названию. А вот у иранцев мастера, связанные с металлом, назывались «тимерчи». Поэтому, скорее всего, следует предположить, что название поселения иранского корня. Металл и меха менялись на багдадское и среднеазиатское серебро.

И одними из торговцев были купцы из Ирана и Средней Азии, которых вытеснили русы.

В хазарско-еврейской переписке Х века говорится о Куябе (в переводе Коковцева): «В самом начале границы страны славян находится город по имени Куяб. Путь в их страну идет по степям, по землям бездорожным через ручьи и дремучие леса». Киев, как и Ярославль, находится в самом начале земель славян, но к Киеву, в отличие от Ярославля, путь все же лежит не через дремучие леса.

Гобино ссылается на книгу Гумбольта «Центральная Азия», в которой тот упоминает некую страну Хатака, по его мнению, отожествимую с районом Южного Урала. В ней «много сокровищ, охраняемых гномами по имени «гуйакас», в которых можно узнать финнов, рудокопов маленького роста. Ту же функцию они выполняют в скандинавских преданиях». Корень их названия, по мнению Гобино, — «гуй». Не навеяны ли эти предания тимеревскими железорудными разработками? В Тимерево основу населения составляли финно-угры при определенном славянском компоненте, отсюда и могло пойти название города — Куйаба, а его жителей — «гуйакас»?

Что касается Славийи, то здесь есть другой вариант, также отличный от традиционного: город Переславль-Залесский. Арса же не что иное, как Ростов Великий (город в Ярославской области, не путайте с Ростовом-на-Дону). Сравните сами, без огласовок: РС и РСТ. Кстати, рядом с Ростовом есть известное Сарское городище. Уберите первую букву этого названия и получите Арское городище. При такой географической привязке трех центров руси действительно Славийя будет самой отдаленной.

И еще, обратите внимание: с кем торгуют купцы из Арсы? Из трех стран — две расположены в Поволжье (Хазария и Волжская Булгария). Кстати, выше говорилось, что купцы этого города торговали без посредников, спускаясь по воде. Из города Ростова можно попасть на Волгу, спустившись по реке Которосль, впадающей в Волгу в самом центре Ярославля.
А вот другой перевод Ибн-Хаукаля. По нему три группы русов называются: Гунаб, Арта и Дшелабе (по АВ это Ярославль, Ростов и Переяславль). Последняя группа обитает выше жителей Арты. «Но для торговли никто не ездит далее Булгарской столицы, никто не ездит до Арты». Итак, здесь однозначно дается знать, что Арта находится выше Булгара по Волге. А ДшеЛАБЕ это Славийя. По-арабски славяне назывались сакЛАБАМИ.

Наконец, о трех группах русов писал ал-Идриси. Эти группы жили в городах: Кукийана, Салав и Арса, которая расположена на горе. Арса находится между Салавом и Кукийаной. От Кукийаны до Арсы четыре перехода, а от Арсы до Салава — четыре дня пути. То, что путь из Кукийаны в Салав лежит через Арсу, можно подтвердить в другом месте текста того же ал-Идриси: он пишет, что от Салава до города Кукийана из земли Булгар восемь переходов, что стыкуется при математическом подсчете слагаемых: 4 дня пути плюс 4 перехода как раз и дают примерно 8 переходов. Еще в одном разделе этот же автор при описании Поволжья пишет, что к северу от булгарского города Сабун находится гора Кукайа. Как видите, здесь не случайно подчеркивается, что речь идет о географии районов Верхней и Средней Волги. Опять же описание трех групп русов ал-Идриси дал в разделе, описывающем Причерноморье и Поволжье, а здесь нечего и делать Киеву с Новгородом Ильменским. Традиционные историки прекрасно понимают, что тут явная нестыковка с их версией и, стараясь это затушевать, придумывают различные несостоятельные версии в защиту их традиционных догм.

Расстояние между Переславлем-Залесским и Ярославлем 120 километров, что при скорости в 15 километров в день (караваны-то были гружеными) дает исходные 8 переходов. Ростов лежит как раз посередине между Переславлем и Ярославлем. Причем из Ростова в Ярославль есть и прямой водный путь по реке Которосль. И еще у ал-Идриси сказано, что Салав стоит на вершине горы (Арса также стояла на горе). Здесь я могу напомнить читателям об известных Горках Переславских.

Наконец, что очень интересно, ал-Идриси сообщает, что город Кукийана является городом тюрок, которых называют Руса. Сразу отмечу, что здесь сказался не совсем точный перевод с арабского. Ведь первоначальное арабское слово можно перевести и как «тюрок», и как «турок», а это все-таки для историков разные понятия. Турками в древности называли венгров, а они угры. Следовательно, можно говорить о том, что ал-Идриси говорил, что русы были уграми.

Итак, по АВ все сходится к тому, что древние русы облюбовали регион современной Ярославской области. Но только ли здесь, среди славян и мерян, они стали селиться? Да, этот регион был очень выгоден для купцов-русов: тимеревский металл, пушнина. Но, возможно, были и другие места, которые должны были их заинтересовать? Хотя летописи крайне скупы, но одно упоминание об этом все же сохранилось. Вот что сообщают летописи о походе русских князей в 1222 году на мордву: «Победи Пургаса Пурешев сын с половцы, и изби мордву всю и русь Пургасову, и Пургас утече вмале». Речь идет о сражении в районе современного Нижнего Новгорода. Следовательно, есть основания предполагать, что удобный в торговом отношении район впадения Оки в Волгу также заинтересовал древних русов, которые там и обосновались. Потомки этой части древних русов дожили до XIII века, когда вместе с мордовскими племенами выступили против русского войска.

Араб аль-Марвази и перс Мухаммад Ауфи, рассказывая об обычаях русов, сообщают, что по принятому у них порядку наследования все имущество получали дочери. Следовательно, роль женщин у русов была велика. Вспомните, какой властью и уважением пользовалась княгиня Ольга, а в договоре Игоря с греками названы по порядку следующие по важности лица у русов: Игорь, Святослав, Ольга, племянник Игоря — тоже Игорь, Володислав, Предслава, далее безымянная жена некоего Улеба. В семерке первых лиц — три женщины!

#4 Пользователь офлайн   АлександрСН 

  • Виконт
  • Перейти к галерее
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Раскрыть информацию
  • Группа: Виконт
  • Сообщений: 1 796
  • Регистрация: 29 Август 11
  • Пол:
    Мужчина
  • ГородКемерово
  • Награды90

Отправлено 21 Январь 2012 - 19:58

РУСЬ — УГОРСКОЕ ПЛЕМЯ

В «Повести временных лет» в рассказе о захвате Олегом Киева говорится, что Олег остановился в районе Угорской горы, прикинувшись купцом, идущим от Олега и Игоря, а Новгородская первая летопись уточняет — «подугорским гостем». Но чтобы Олег мог прикинуться угорским купцом, он сам должен быть угорцем. В таком случае уточнение Новгородской первой летописи ПОКАЗЫВАЕТ, что Олег и его спутники были УГОРСКОГО происхождения. Кстати, Олег сообщает Аскольду и Диру: «Придите к нам, к РОДИЧАМ своим». Итак, Олег прикидывается угорским купцом, который является родичем по племени Аскольду и Диру. То есть получается, что и Олег, и Аскольд, и Дир — угорцы.

В 860 году развернулись военные действия между греками и хазарами. Последние осаждают Херсонес и согласно «Житию святого Кирилла» натравливают на греков угров, которых принято считать за венгров (принято только потому, что других угров в этом регионе согласно ТВ не было!). Но именно в этом году, по сведениям уже византийских авторов, на греков напали русы. Так, может, эти «венгры»-угры и есть русы?

Оказывается, некоторые российские историки, в частности Юргенич, объясняли многие имена русских князей и их дружинников, основываясь на венгерском языке, который относится к группе угорских языков. Даже такой яростный сторонник славянского происхождения руси, как Иловайский, признает, что названия Днепровских порогов можно объяснить из венгерского языка. Кстати, в начале IX века двое знатнейших византийцев носили имя ИнгеРОС. Не могло ли это обозначать их принадлежность к народу росов? Что же такое -инге-? Здесь следует обратиться к венграм, которые называют свою страну Хунгари. В обоих словах близкие корни: -инге- и -хунга-.

В «Хронике» ангулемского монаха Адемара Шабаннского начала XI века сказано: «Святой же Бруно обратил к вере область Венгрию другую, которая зовется Русью».

Хильдесхаймские анналы, упоминая 1031 год, сообщают о гибели наследника венгерского престола герцоге Имре, который носил титул dux Ruizorum, то есть русский герцог.
Как мы поняли, древние русы были прекрасными торговцами. Родственники русов — булгары (по АВ русы и булгары — близкородственные племена), обосновавшиеся в Болгарии, превратили ее в развитую торговую страну. Князь Святослав говорит, что туда «сходятся вся благая» из соседних стран. Торговлей занимались и венгры, наладив в Х веке обмен товаров между Западом и Востоком. Такая информация нарушает сложившийся стереотип венгров как диких и агрессивных кочевников, но об этом пишет Константин Багрянородный. А сами венгры — угорское племя, родственное русам и булгарам, об этом свидетельствуют выводы данной книги. Кстати, у венгров, авар, хазар, булгар и русов правители носили титул кагана.

Иордан писал о племени гунугуров, которое было известно тем, что торговало горностаевыми шкурками, а это меха. Историки предполагают, что гунугуры — это оногоры, местом расположения которых были донские степи, что прекрасно вписывается в предполагаемый нами регион русов, а сами жители этого региона, как видите из Иордана, оказывается, были известны торговлей мехами.

Раскопки на Среднем Поднепровье отмечают странные для традиционной истории «венгерские черты» в древних захоронениях, в основном X века. Выше уже говорилось о питьевых рогах, которые якобы были изготовлены по заказу норманнского правителя. Так считают ученые в угоду норманнской теории. Но как объяснить наличие в захоронениях оружия, уздечек, сбруи и других предметов венгерского типа? Даже орнаменты на рукоятках и клинках мечей — венгерские. Венгры прошли мимо Киева в сторону Паннонии еще в IX веке. А находки, повторю, X века. Ответ, что «очень может быть, что в то время ими уже пользовались и не венгры» (по Шепарду), весьма неубедителен. Традиционная история и здесь зашла в тупик. Но если русы — угры, родственные венграм, тупик исчезает. Тем более, что нельзя отвергать и того, что часть киевских русов могли быть прямыми потомками венгров, которых увели в Паннонию Альмош или его сын Арпад.

Иордан писал про гуннов, что в пустыне за Меотийским болотом (Азовское море) возникла «гнусная, жалкая, почти нелюдская порода с языком, едва похожим на человеческий говор». Описание Иордана весьма похоже на те, что описывали родину русов в районе Тамани. А в скандинавской саге об Орваре Одде говорится, что по дороге в Иерусалим(!) Одд был отнесен бурей в Хуналанд (т. е. страну гуннов), столицей которой был город Кэнугард. Кэнугард — это Киев. Итак, Киев был столицей страны гуннов.

Ибн-Мискавейх и Ибн-ал Асир писали, что в 965 году на Хазарию напали турки, под которыми следует понимать воинов Святослава. Отсюда напрашивается вывод, что русов отожествили с турками, в те времена турками называли угров.

Многим памятна особая прическа князя Святослава — бритая голова с пучком волос на темени. Так вот, согласно утверждению Прокопия, такую прическу носили массагеты и гунны, то есть племена из районов Причерноморья и Прикаспия. Иловайский пишет о некоем католическом миссионере из Венгрии, посетившем Тмутараканский край перед нашествием Батыя. Согласно свидетельству этого миссионера «мужчины бреют всю голову, а бороды отращивают с некоторым щегольством; только знатные люди в знак своего благородства оставляют немного волос над левым ухом».

А вот что пишет Худуд ал-Алам (в переводе Новосельцева): «Они шьют шапки из шерсти с хвостом, свисающим с затылка». Не правда ли, что это удивительно похоже на прическу Святослава? Автор, естественно, русов не видел и неверно перевел чужие наблюдения, спутав шапку с прической.

А епископ Лиутпранд и вовсе говорит о такой прическе: «…остриженный по угорскому обычаю». Действительно, это было распространено у венгров.

И этот «хвост» на бритой голове всегда сочетался с выбритым безбородым лицом, что характерно было и для болгарских князей. В «Именниках болгарских ханов» протоболгарские ханы названы «князьями с остриженными головами».

Во времена Святослава греки называли скифами и болгар, и русов. Вот характеристика болгар, данная Львом Диаконом: «Ужасное бедствие постигло ромеев, если они, победители всех неприятелей, должны теперь платить дань, как невольники, бедному и гнусному народу скифскому». Тот же Диакон передает слова князя Святослава: «Если же ромеи не захотят заплатить… иначе пусть и не надеются на заключение мира с тавроскифами». Здесь уточнено месторасположение русов — район Таврии.

На Руси получила широкое распространение система уделов, в то время как у германских народов развились феодализм с майоратом. Система уделов существовала и у угров, и у турок.

Епископ Адальберт назвал княгиню Ольгу царицей ругов, народа, «западная часть которого погибла в Норике и Италии в V веке, а восточная удержалась в Восточной Европе до X века, оставив в наследство славянам династию и название державы». Ругов традиционная история относит к германским племенам. В V веке руги зафиксированы в Паннонии, откуда они двинулись в Италию. Но именно в то же самое время в этих местах стала оседать часть уцелевших после гибели Аттилы гуннов. Другая их часть ушла на восток в Причерноморье. Вполне естественно предположить, что руги и есть одно из названий (или племен) гуннов.

Однако если посмотреть более пристально на информацию епископа Адальберта и сравнить ее с историей движения протоболгар в Европу, то нетрудно заметить удивительные совпадения. Историк первой половины IX века Феофан писал о разделении булгар на 5 племен и называл их вождя Кубрата вождем булгар и катрагов. После смерти Кубрата три племени ушли на запад: в Паннонию, Италию и современную Болгарию. Считается, что первые два булгарских племени погибли именно в Норике и Италии, точь-в-точь как у Адальберта с его ругами. А название племени катрагов идентично ругам. Достаточно к слову «руги» прибавить приставку -кат- и получим слово «катруги». Таким образом, княгиня Ольга оказывается царицей катрагов, угорского племени, близкородственного булгарам. Где жили катраги? Феофан приводит слова Никифора, что «около Меотийского озера по реке Кофине была расположена издревле известная Великая Болгария и жили так называемые котраги одноплеменные с ними».

В письме хазарского царя Иосифа рассказывается о появлении его предков в Хазарии. Здесь пришельцы сразились с сильным и многочисленным племенем в-н-нт-р'ов, которое они заставили бежать на запад. Хазары преследовали его до берегов Дуная, где они и остановились. Несомненно, речь идет о булгарах Аспаруха.

У Артамонова можно прочесть, что «В-н-нт-р'ы царя Иосифа — это еврейская транскрипция того же имени, которое у армян передавалось как огхондор или вананд, у греков — гуннугундуры или оногоры… В одном случае чтение в-н-нт-р получилось на еврейской почве от первоначального W-n-g-dur или W-n-g-d-r, во втором случае — из первоначального W-n-gur». Что мы здесь видим? Здесь так и сквозит имя венгров. Но булгары по ТВ не угры, как венгры. То есть у них мало общего. Но это у традиционных историков, считающих булгар тюрками. По альтернативной версии и венгры, и булгары, и древние русы (они же кутургуры или утургуры, катраги, руги) — все они близкородственные угорские племена.

Из истории мы знаем о существовании двух Болгарий — Дунайской и Волжской. В русских летописях иногда даже путают эти Болгарии. Но была и третья Болгария, не столь известная. Масуди в своем труде «Золотые луга» пишет, что город Бургар лежит на берегу Азовского моря. Болгары воюют с греками, славянами, хазарами и турками. Дунайская Болгария воевать с хазарами не могла, точно так же как Волжская с греками, — слишком велики расстояния. А вот если речь идет о Болгарии Азовской, то противоречий уже нет.
Волжские булгары на протяжении многих веков оставались кочевниками, ведя соответствующий образ жизни. Но при этом у них была хорошо развита торговля. Общепризнанный факт, что главными торговцами на территории Русской равнины были русы. Английский историк Шепард допускает, что число волжских булгар «могло возрастать в связи с тем, что из степей периодически к ним переселялись новые и новые соотечественники». Этими соотечественниками булгар, на мой взгляд, вполне могли быть русы. Рассматривая вопрос в поисках некоего chaganus русов, Шепард проходит мимо того факта, что во главе булгар стоял хаган (каган). То есть упоминание о кагане русов в Бертинских анналах вполне можно соотнести с булгарским каганом.

В именниках болгарских ханов есть хан Ирник. Этого хана называли хуном (т. е. гунном) Ернахом. Самое любопытное то, что Ирник жил 108 лет, то есть столько же, сколько, по сведениям готского историка VI века Иордана, жил Ерманарих, знаменитый готский царь IV века. Готы основали сильную империю, простиравшуюся «от Тавриды и Черного моря до Балтийского». Ерманарих в числе многих народов победил и венедов, которые, по мнению Иордана, были общего племени со славянами.

Венедами, вероятно, назывались летто-литовские племена Прибалтики и соседние с ними славянские племена, получившие это имя от кельтов-венетов, живших в низовьях Вислы. В IV веке еще шел процесс выделения летто-литовских племен из единой общности со славянами. Достаточно сказать, что из всей массы индоевропейских народов наиболее близки к славянам летто-литовцы: литовцы и латыши.

В конце IV века согласно историческим сведениям с востока на готскую державу обрушились гунны, престарелый Ерманарих предпочел плену смерть. Восточные готы покорились гуннам, а западные ушли в Византию. В середине V века гунны под предводительством Аттилы захватили пол-Европы.

Если болгарский Ирник (Ернах) это готский Ерманарих, то как смог гот оказаться в списке первых болгарских ханов? Вероятно, булгары IV века были полностью подчинены готской державе, а готский царь считался и их ханом? Или сведения о Ерманарихе, как и многое другое по ТВ, выдумка, а о готах вообще нужен отдельный разговор.
Некоторые болгарские именники указывают, что первыми болгарскими ханами были хан Ирник и хан Авитохол. А Авитохол отожествляется не с кем иным, как с Аттилой.

НЕМНОГО ЛИНГВИСТИКИ

Вот что пишет Данилевский, цитируя при этом Хабургаева и Шахматова: «Уже давно было отмечено, что словообразовательная структура этнонима «русь» тождественна структуре собирательных этнонимов, заканчивающихся на смягченный конечный согласный: корсь, либь, чудь, весь, пермь, ямь, сумь и др. Однако все эти названия связаны с неславянскими народами, что как будто доказывает изначально неславянское происхождение руси. Действительно, в «Повести временных лет» подобные собирательные этнические термины «являются славянской передачей самоназваний» и «не выходят за пределы лесной зоны»… «Форма Русь… так относится к Ruotsi, как древнерусское Сумь… к финскому Suomi. Мне кажется, что элементарные методологические соображения не позволяют отделить современное финское Ruotsi от имени Русь». Следовательно, можно сделать вывод, что в основе летописного «Русь» должен лежать финно-угорский корень».

Но здесь вступает в ход козырная карта сторонников норманнской теории: дело в том, что финское Ruotsi означает «шведы», а Ruotsalainen — «Швеция». Шведский язык, напомню, относится к германской группе языков. Но на это есть ряд замечаний: если одни финно-угры назвали своих воинственных соседей словом «руотси», почему же не может быть у других финно-угров схожего названия? И, во-вторых, что же означает это слово? А между тем многие отмечают его близость слову Rodhsin — «гребцы». Вспомните, что русы считались отличными мореплавателями. В-третьих, термины «русь», «варяг» не встречаются в каких-либо скандинавских источниках. И, наконец, в-четвертых, форма слова «русь» с окончанием на мягкий знак у нас на Руси применялась к балтским и финно-угорским племенам, но отнюдь не к скандинавам.

Итак, историки-норманисты ставят на одну доску древнерусское слово «русь» и современное финское ruotsi, т. е. шведы. Пример, казалось бы, убедительный. Но за многие годы норманисты так и не смогли найти их некий древнескандинавский прототип. Мало того, в последнее время появились предложения вообще отказаться от поиска такого прототипа ввиду практической бесперспективности этой работы.

Карамзин, основываясь на сообщениях Константина Багрянородного о сборе Игорем и его дружиной дани с окрестных земель, применяет русский термин «гира», без огласовок — ГР. В ряде древних источников Россия называлась Гиркией, что опять же дает безогласовочный корень ГР, свойственный именно угорцам.

Если русь — угорское племя, растворившееся в общей массе племен, живших на территории Киевской Руси, оставило ли оно свои корни в русском языке? Оказывается, да. В нашем языке множество слов восточного происхождения, появившихся еще до так называемого монгольского нашествия. Эти слова как тюркского, так и угорского корней. Тем более, многие отмечают родственность между тюркскими и угорскими языками, а в более древние времена разница между ними была, конечно, еще меньше. Действительно, тюркские и угорские языки относятся к разным языковым семьям, но ряд ученых-лингвистов все же объединяет их в одну общую языковую семью. До сих пор нет единого мнения, к кому из них, тюркам или угорцам, отнести гуннов, авар, хазар, булгар. Мне думается, что все они — угры. О родственности русов и хазар говорит Моджмал ат-Таварих, приводя легенду, согласно которой русы и хазары были от одной матери.

Давайте посмотрим на дошедшие до нас имена гуннов и булгар. Вот гуннские имена IV и V веков: Валамир (или Велемир), Мундюх, Донат, Харатон, Руа, Оиварсий, Блед, Денгизих, Еллах, Ирник, Атакам, Мама, Верих, Едикон, Исла, Онегизий, Скота, Эскама, Крека, Васих, Курсих, Уто, Искальма.

Здесь Руа близок Олегову Руару, Блед — Ярополкову Блуду, Уто упоминается в договоре Игоря, Атакам близок племяннику Игоря Акуну.

В VI веке среди гуннов встречаем имена: Заберган, Сандилк, Катульф, Хорсомант, Вулгуду, Ольдоганд, Регнар. Здесь Вулгуду близок Олегову послу Гуды. А князем утургуров в это же время был Сандилх.

Вот для сравнения перечень булгарских имен: Куврат, Батбай, Котраг, Алтицей, Кубер, Аспарух, Тербель, Умар, Токт, Чериг, Кардам, Крум, Пресиям, Алм, Талиб, Мумин, Боил, Чигат, Мармес, Книн, Алогоботур, Таркан, Елемаг, Била, Боксу и т. д. Как видите, имена созвучные, во многом однотипные. Обратите внимание: у камских булгар было имя Алм или Альм. А Альмош был вождем венгров.

Кирилл, один из солунских братьев (он и Мефодий были родом из Солуни, ныне Салоники), авторов кириллицы, в середине IX века был приглашен в район Крыма, где проповедовал христианство. Здесь, услышав русскую речь, он вскоре стал «чести и сказати», то есть быстро научился читать и объясняться по-русски, так как этот язык был ему немного понятен. Кстати, здесь опять русы географически отмечаются рядом с Таманью.

О чем говорит этот факт? Язык русов не был славянским, так как языки Болгарии и Киевской Руси очень и очень близки, а Кирилл не сразу стал понимать язык русов. Но этот факт прекрасно вписывается в предлагаемую здесь версию происхождения русов: в середине IX века в Дунайской Болгарии еще говорили на булгарском языке (об этом также свидетельствуют и имена болгарских царей IX века), а языки русов и булгар близкородственны.

Насколько близкородственны? Согласно Ибн-Русте и Гардизи булгары делились на три разряда: «…один отдел зовется берсула, другой — эсегел и третий — болгар». В других переводах это б.р.сула, ас.к.л. и булгары. Берсула это однозначно племя барсилов из других древних источников. Основываясь на схожести названий, вполне возможно отожествить именно барсилов с древними русами. Здесь уже говорилось, что Ибн-Даста и Мукадеси сообщали, что русы обитали на острове, окруженном озером. А вот в «Армянской географии» говорится, что в дельте Волги «находится остров, на котором укрывается народ баслов». Сам остров называется Черным, т. к. он кажется черным от множества баслов и их стадов. Баслы в данном случае это барсилы. Как видите, два разных источника говорят о некоем народе, живущем на большом острове. Но в одном случае это русы, а в другом — барсилы. Но эти названия идентичны. Проверьте сами, добавив к слову русы приставку -ба-. Что получим? Барусы.

Получается, что булгары состояли из собственно булгар, русов и неких ас.к.л. Кем могли быть последние? Может быть, славяне? По крайней мере, арабы называли славян ас-сакалиба, что практически идентично названию одного из трех разрядов булгар. Как известно, славянские поселения доходили и до Средней Волги. Правда, это могло быть некое кочевое племя, обитавшее к востоку от Волги. Могли ли быть славяне кочевниками? Этот вариант нигде не поднимался. Но резонный вопрос: самые восточные из славянских родов, зашедших в такую даль от своей прародины, вполне могли и должны были использовать для передвижения лошадей. Какая-то часть из них могла перейти на кочевой образ жизни.
Лев Диакон писал, что во время болгарского похода Святослава Варда Склир заслал лазутчиков «в скифском платье» в лагерь русов. Эти лазутчики знали «оба языка». Почему-то историки считают, что речь идет о «болгарском и русском языках». Прежде всего, вопрос: о каком русском языке здесь речь? Дело в том, что еще в те времена жители Руси делились на различные племена, и те же варяги не были славянами. Поэтому говорить о сложившемся русском языке еще преждевременно. Лагерь Святослава состоял из русов, (то есть собственно русов, среди которых также были и славяне), болгар, печенегов и венгров. Так какие же «оба языка» знали лазутчики? Ответ: славянский и угорский. На первом говорили болгары и пришедшие со Святославом славяне — жители Руси. На угорском — русы, венгры, печенеги и, возможно, некоторые болгары. Даже сейчас, по прошествию тысячелетия, русский и болгарский языки удивительно похожи, что же тогда говорить о различиях в языках между славянами Балкан и Руси и, соответственно, внутри различных угорских племен в те времена?

Арабские источники называют русов ар-рус. Это название арабы однозначно не могли заимствовать от тюрок, в языке которых звук -р- в начале слова не допускается. Не были этими источниками и византийцы, иначе бы арабы назвали русов ар-рас, так как -о- ближе к -а-, но не к -у-.

У арабов же существует лишь три гласные буквы: -а-, -и-, -у-. Вероятно, это были купцы: русы или сами арабы.

По византийским документам русы назывались у греков словом «рос». Правда, иногда встречается этноним с огласовкой -у-, но в тех случаях, когда первоисточник является русским. Однако при этом следует заметить, что чередование -о-/-у- свойственно греческому языку византийского периода.

Мало того, корни -рос- и -рус- не родственны, так как гласные -о- и -у- восходят к различным индоевропейским гласным. А вот гласной -у- близка гласная -ы-. Сравните: РУСИЧИ и РЫСИЧИ, РУСЬ и РЫСЬ.

Имя «рось» может быть связано с названием рек. Действительно, в Восточной Европе много рек с корнем -рос- или -рус-. Даже Волга раньше называлась Ра.

Но, на мой взгляд, скорее всего, слово «русь» («рось») произошло из готского языка: hrothis, hros, где -о- произносится как русское -о- и -у-. Следовательно, в слове слышатся два корня: -рус- и -рос-. Отсюда легко могли образоваться слова и Русь, и Рось. Hrothis у гота Ульфилы означает: победоносный, славный. Готы жили в Причерноморье, Крыму, т. е. были соседями угорским племенам кутургуров и утургуров. В истории часты примеры, когда народы получали свои названия от соседей. Я думаю, что именно готам мы обязаны тому, что называемся русскими.

Но почему на Руси привилось слово «русь», а не «рос»? Лингвисты, изучая большой объем материала по славяно-греческим заимствованиям, определили, что славянское -у- часто переходит в греческое -о-. То есть вполне возможно, что греческое -о- лишь мутация первоначального -у-.

ФАНТАЗИИ АКАДЕМИКА РЫБАКОВА

Говоря о русах, нельзя обойти вниманием еще одну гипотезу их этнической принадлежности. Дело в том, что ее выдвинул патриарх отечественной исторической науки академик Рыбаков, человек, несомненно, одаренный: Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской, двух Государственных премий и т. д. и т. п. Вот что он нафантазировал: «Древности V—VII вв., обнаруженные по р. Роси, несколько севернее ее (до Киева) и южнее ее (до начала луговой степи), следует связать с конкретным славянским племенем — русами, или росами. Распространение имени росов-русов на соседнее антское племя северян произошло, очевидно, в VI в. в связи с совместной борьбой против авар и Византии, когда анты Посемья, верховьев Сулы, Псла, Ворсклы и Донца вошли в союз с могущественными и богатыми росами-русами Среднего Поднепровья».

Эти фантазии так и напоминают незатейливую теорию происхождения украинского народа от племени укров. Дело в том, что в районе Поросья славян как доминантной массы не было даже во времена князя Владимира, и этого мнения придерживалось большинство историков, а найденные остатки поселений археологи связывали с хазарской культурой. Но все это было отвергнуто: кто же пойдет против мнения обремененного наградами академика?

Стараясь всеми правдами и неправдами привязать название реки Рось к выдуманному им славянскому племени русь, Рыбаков утверждает, что «древнейшей формой самоназвания русских было, очевидно, -рос-… Смена -о- на -у- могла произойти позднее, когда в Приднепровье появилось много выходцев из северных славянских племен, для которых более характерно -у- — -рус-. Смену -о- на -у- мы видим и в названиях соседних народов: булгары и болгары».

Итак, оказывается, славянское племя росов после смешения с северными славянами стало называться русами. С проблемой, над которой бились столетиями, наш академик управился быстро. Вот только он запамятовал, что булгары не славянское племя. При чем здесь это? А дело в том, что (цитирую по Хабургаеву): «Известные попытки связать Русь с названием реки Рось лингвистически НЕСОСТОЯТЕЛЬНЫ — для славянских диалектов рассматриваемого времени чередование о/у и даже ъ/у НЕВЕРОЯТНЫ». То есть слово «русь» для славянских языков не могло быть производным от корня -рос-. Для греков византийского периода это возможно, но не для славян, а Рыбаков это связывает именно со славянами, а такое невозможно. Что касается чередования ъ/у, то дело здесь в том, что река Рось в начальные времена называлась Ръсь, это выведено лингвистами на основании текста «Повести временных лет». И, как видите, это тоже никак не связано с русью.

Защищая свою сомнительную версию, академик Рыбаков готов даже признать факт фальсификации «Повести временных лет» со стороны редакторов «летописи, проводившими тенденцию отожествления Руси и варягов». То есть, по его мнению, ради норманнской теории кто-то переделал ВСЕ русские летописи, уничтожив все первоисточники? Поверьте, не стоит это выеденного норманнского яйца. А академик цепляется за спасительную фразу из «Повести...»: «Поляне, яже ныне зовомая русь», считая ее чудом сохранившимся островком первоначальной летописи. Да, были поляне, а стали русь, но были и древляне, и вятичи, и кривичи, и все они стали называться русью, все они сложились в единую древнерусскую народность, приняв славянский язык и название «русь». За подтверждение фальсификации летописей спасибо, но фантазировать не надо бы.

А Рыбаков фантазировать умел. Одним росчерком пера он превратил Аскольда и Дира в славянского князя с реки Оскол именем… Осколдыр! Или, к примеру, вот его «открытие» по легендарному Кию: «Легендарный Кий приобретает реальные черты крупной исторической фигуры. Это — славянский князь Среднего Поднепровья, родоначальник династии киевских князей; он известен самому императору Византии, который пригласил Кия в Константинополь и оказал ему «великую честь». Речь шла, очевидно, о размещении войск Кия на дунайской границе империи, где поляне построили укрепление, но затем оставили его и во главе со своим князем возвратились на Днепр».

Откуда у Рыбакова информация, что Кий был приглашен императором, а войска Кия были размещены «на дунайской границе империи»? Отвечу: высосана из пальца. Бедных Носовского и Фоменко пинают все кому не лень, но Рыбакова — ни в коем случае. Авторитет!

Как видите, гипотеза Рыбакова о славянском происхождении русов, мягко говоря, несостоятельна. Мы же с вами в этой главе получили ряд свидетельств в пользу того, что русы, жившие в районе Тамани, были угорцами по своему происхождению. Но есть ли какие-то сведения о «первых шагах» племени русов? Потому, как их начало — это начало Руси.

НАЧАЛО РУСИ

•Наши предки — гунны?•Булгары после раскола•
•Судьба Тмутаракани•


НАШИ ПРЕДКИ — ГУННЫ?

Надеюсь, читатели, я убедил вас в том, что родиной русов является Тамань. Зададимся вопросом: можно ли проникнуть дальше в глубь истории, выяснить, откуда русы взялись и проследить их исторические корни? Как ни странно, но такое возможно: эту задачу блестяще выполнил историк Д. И. Иловайский. Единственным его заблуждением являлось то, что он считал древних русов болгарами-славянами, а не уграми. Тем не менее приведу обширный отрывок из его сочинения, так как любой пересказ будет слабее оригинала.

Иловайский, используя труды Прокопия, сам ссылается на последнего: «За Танаисом, между Понтом и Меотидой (речь идет о Доне, Черном и Азовском морях. — А. Максимов), обитают «утургуры, когда-то называемые иначе киммериане»; далее к северу живут «бесчисленные племена антов»; а там, где открывается пролив Киммерийский (Керченский пролив. — А. Максимов), находятся готы, «по прозванию тетракситы».

Некогда великий народ гуннов, или кимериан, повиновался одному царю; но по смерти его два сына, Утугур и Кутугур, разделили между собой народ: и по их именам одна часть назвалась утургурами, а другая кутургурами. Киммериане, или гунны, обитали по ту сторону Меотиды; а по сю сторону жили готские народы, «которые некогда скифами назывались». После того как некоторые из этих народов удалились, именно вандалы в Африку, а визиготы в Испанию, однажды — «если только молва справедлива» — несколько киммерийских юношей, гоняясь за ланью, перебрались через Меотиду и таким образом открыли брод. Киммериане воспользовались этим открытием; они тотчас вооружились, перешли на другой берег, напали на готов и многих побили; остальные спаслись бегством. Последние ушли за Дунай и получили от римского императора жилища во Фракии; часть их вступила в римскую службу под именем федератов; а другая часть потом под начальством Теодориха двинулась в Италию.

Места, где прежде обитали готы, теперь заняты были кутургурами. Хотя они ежегодно получают большие дары от императора, однако не перестают переходить Истр (т. е. Дунай. — А. Максимов) и делать набеги на римские провинции, в качестве то союзников, то неприятелей. Между тем утургуры воротились на берега Меотиды; здесь они вступили в борьбу с оставшимися в том краю готами тетракситами. Наконец по обоюдному согласию оба народа разместились на противоположных берегах пролива (речь идет о Керченском проливе. — А. Максимов), соединяющего Меотиду с Понтом, причем утургуры заняли свои прежние жилища...

Из слов Прокопия о поселении варваров, преимущественно гуннов, между Боспором и Херсоном ясно, что не все утургуры перешли обратно на Кубань, но что значительная часть их обитала в восточных краях Таврии, и здесь-то она действительно находилась в тесном соседстве с готами тетракситами. Это соображение подтверждается тем же Прокопием. Он говорит, что тетракситы и утургуры, заключив мир, жили потом в дружбе и союзе друг с другом; но в ином месте сообщает данное, не совсем подтверждающее искренность этой дружбы, по крайней мере со стороны готов. А именно: в двадцать первом году Юстинианова царствования тетракситы, бывшие христианами, прислали к императору четырех послов с просьбою назначить им епископа на место недавно умершего. Опасаясь гуннов утургуров, послы на торжественном приеме объявили только одну эту причину посольства; а потом в тайных переговорах они объяснили, какую пользу может получить империя, если постарается питать раздоры между соседними варварами…

Юстиниан платил ежегодную дань соседним с империей кутургурам; но так как этой данью не удерживался от нападений народ, находившийся под властью многих и редко согласных между собой князей, то император старался частыми подарками приобрести дружбу утургуров. Последние по своей отдаленности были почти безопасны для византийских провинций на Балканском полуострове; но они могли быть полезными союзниками против своих родичей.

В 551 году 12000 кутургуров, предводимые князем Хиниалом, с помощью паннонских гепидов переправились за Дунай и начали производить свои обычные грабежи и разорения. Тогда Юстиниан отправил послов к князьям утургуров. Посольство упрекало варваров в том, что они, предаваясь праздности, позволяют другим разорять своих союзников римлян. Оно ловко затронуло жадность варваров, указав на кутургуров, которые не довольствуются ежегодною денежною данью, а еще грабят римские провинции; причем по своему высокомерию не думают делиться добычею с утургурами; так что последним нет никакой пользы от этой добычи. Подобные коварные внушения сопровождались, конечно, большими дарами и обещанием еще больших.

Утургуры поддались на эти речи, собрали дружину и присоединили к ней еще 2000 своих соседей готов тетракситов. Под предводительством князя Сандилха они напали на жилища кутургуров, разгромили их и увели с собой множество их жен и детей. Этим погромом воспользовались тысячи римских пленников, находившихся в рабстве у кутургуров, и бежали в отечество, никем не преследуемые. Между тем сами же римляне поспешили известить Хиниала о бедствии, постигшем его страну. Это известие также подкреплено было порядочною суммою золота. Тогда кутургуры поспешили заключить мир с римлянами и без всякого полона отправились на защиту собственного отечества.

В мирный договор включено и такое условие: те кутургуры, которые будут не в силах отстоять родную землю, возвратятся в римские пределы, император даст им землю во Фракии с обязательством защищать ее от вторжения варваров. В силу этого условия действительно часть кутургуров, побежденная утургурами, со своими женами и детьми удалилась к римлянам и получила землю во Фракии. В числе ее предводителей был Синнио, тот самый, который сражался под знаменами Велизария против вандалов как один из начальников наемных гунно-славянских отрядов. Слух о таком обороте дела привел Сандилха в сильное негодование: мстя за обиду римлян, он выгнал собственных родичей из их страны; а они после того нашли себе убежище в римской земле…

Почти то же самое, только еще больших размеров, повторилось спустя лет семь или восемь, о чем повествует продолжатель Прокопия Агафий. Это было знаменитое нашествие кутургуров на Византийскую империю под начальством их князя Забергана в 559 г. Полчища их разделились: одна часть пошла на Грецию, другая на Херсон Фракийский, а сам Заберган с 7000 отборной конницы подступил к Константинополю. Чтобы спасти столицу, император вызвал из уединения престарелого Велизария, и последний с горстью наскоро собранного войска действовал так удачно, что Заберган был принужден отступить. Отряд, посланный на Грецию, воротился, будучи не в состоянии прорваться сквозь Фермопилы. Те, которые осаждали фракийский Херсонес, также не успели им овладеть. Из подробностей последней осады обратим внимание на одно обстоятельство. Потерпев неудачу с сухого пути, варвары довольно искусно устроили лодки из тростника, и на этом легком флоте попытались сделать нападение с моря. Начальник греческого гарнизона Герман вовремя принял свои меры, и попытка неприятелей осталась без успеха…

Когда все отряды собрались, Заберган повел их назад; но он это сделал не прежде, как получил от римлян значительный выкуп и заставил их выкупить также пленников, угрожая в противном случае избиением последних. Юстиниан насколько можно старался удовлетворить алчности варваров, лишь бы побудить их к удалению из своих пределов. А между тем он отправил послание к князю утургуров Сандилу. В этом послании император опять укорял его в лености и беспечности, с которыми тот допускает грабить римлян и брать у них золото, назначавшееся для союзников; он грозил на будущее время прекратить обычную плату утургурам, а отдать ее кутургурам и заключить с ними союз как с народом более отважным и сильным. Подобные укоризны и угрозы как нельзя лучше достигли своей цели. Сандил немедленно собрал войско, разорил жилища кутургуров, а потом подстерег последних, возвращавшихся из-за Дуная с огромною добычею, разбил их и отнял у них добычу.

Агафий прибавляет, что эта ловкая политика Юстиниана воздвигла между варварами такие междоусобные войны, которые довели их почти до взаимного истребления. Хотя известие об истреблении слишком преувеличено, однако жестокие междоусобия двух главных болгарских народов принесли обычный плод: они так ослабли, что вскоре подпали под иго других варваров, которые являются под именем авар. А что кутургуры далеко не были истреблены, видно из следующего. По словам Менандра, в царствование Юстиниана II, в 574 году аварский каган Баян послал 10000 кутургуров разорять Далмацию; он требовал от императора той же дани, которую получали от Юстиниана кутургуры и утургуры, так как оба эти народа покорились теперь аварам. Впрочем, под аварским игом находилась собственно западная ветвь болгар, т. е. кутургуры; а восточная ветвь, или утургуры, спустя несколько лет, по известию того же Менандра, встречается в зависимости от новых завоевателей, которые появились одновременно с аварами; мы говорим о турках, называемых хазарами».
Перед вами благодаря Иловайскому открылась древняя история русов, ибо, на мой взгляд, описанные Иловайским утургуры и есть древние русы. Ну а кутургуры — это булгарские племена. Почему? Историк первой половины IX века Феофан пишет о разделении булгар на 5 племен и называет их вождя Кровата (т. е. Кубрата) вождем булгар и катрагов. Сравните без огласовок: катраги — КТРГ и кутургуры — КТРГР. После смерти Кубрата три племени ушли на запад: в Паннонию, Италию и современную Болгарию. Выжило, как считается, только последнее племя во главе с Аспарухом, который и основал Болгарское государство на Дунае. Четвертое племя во главе с Ватваем осталось в приазовских степях, а пятое во главе с Котрагом ушло на восток за Дон. Их считают основателями Волжской Булгарии. Обратите внимание на имя вождя — Котраг, то есть опять имеем без огласовок КТРГ! То, что кутургуры это и есть булгары, считают и ряд традиционных историков, в частности, известный М. Артамонов.

В приведенном отрывке кутургуры не просто кочевой народ, они еще умели и искусно строить лодки из тростника и на этом флоте нападали на врагов со стороны моря. Русы, кстати, как вы помните, тоже отличались этой особенностью. А кутургуры и утургуры — родственные народы, первоначально обитавшие именно в Тамани. Прокопий, как вы, надеюсь, заметили, называет утургуров гуннами. Так что и наши с вами предки русы, получается, были гуннами.

БУЛГАРЫ ПОСЛЕ РАСКОЛА

Итак, вождем древних булгар до их раскола на пять племен был хан Кубрат, или по-другому Кроват. Имя интересное. Современная Хорватия на европейских картах пишется как Croatia. И хорваты называются кроатами. Этимология происхождения названия хорватов до сих пор остается неясной. Есть даже мнение, что хорваты, как и сербы, были ираноязычным племенем. В «Повести временных лет» упоминаются белые хорваты. Причем их нет в списке как говорящих по-славянски на Руси, так и инородцев, «дающих дань руси». В то же время «Повесть...» гласит: «А вот еще те же славяне: белые хорваты, и сербы, и хорутане».

Где же располагались белые хорваты? Карамзин определял две группы хорватов: «Одни были нынешние кроаты, победившие болгарского царя Симеона в 942 году; а белые хорваты обитали гораздо ближе к Киеву — думаю, в окрестности гор Карпатских, едва ли не от их имени так названных», то есть в районе Галичской земли, примыкающей к Венгрии. Между прочим, и Хорватия также непосредственно примыкает к Венгрии, то есть Паннонии. А именно в Паннонию ушла одна из частей племени хана Кровата, где и затерялась. Так, может быть, хорваты-кроаты и есть ославяненные потомки булгарской орды, так же как и современные болгары? Археологические исследования как раз отмечают большую волну славянских поселенцев с Дуная, пришедших на восточноевропейские земли. Эта волна прошла на рубеже VII—VIII веков, а именно в семидесятые годы VII века, и пришли в Подунавье булгары Аспаруха. Другая часть булгар проследовала в Паннонию.

Итак, Кроват (Кубрат) — вождь древних болгар (угорское племя). После его смерти одна из пяти болгарских частей во главе с Аспарухом идет в Северную Фракию (ныне — Болгария). Другая часть — в Паннонию (ныне — Венгрия). Болгары Аспаруха ассимилируются местными славянами, но передают им свое название — болгары. А на юго-западе от Паннонии оказываются славяне, называемые хорватами или кроатами, в чьем названии откровенно видно имя болгарского хана Кровата.

Согласно Феофану после разделения болгар на пять племен и ухода четверых из них, хазары покорили все земли, лежащие за Танаисом (т. е. Доном), и наложили на оставшихся дань. Вполне возможно, что после ухода большинства булгар-кутургуров, утургуры стали доминировать в этом регионе, но, вероятно, под патронатом хазар. Считается, что хазары в 650 году перешли Дон и захватили область у Азовского моря, так называемую Старую Болгарию.

Чуть выше здесь говорилось о кутургурском нашествии на Византию в 559 году. Кутургурами предводительствовал князь Заберган. Самыми древними из дошедших до нас болгарскими источниками являются «Именники болгарских ханов», которые перечисляют с наидревнейших времен имена всех болгарских вождей. В VI веке одним из них назван Заберган. Итак, с одной стороны, Заберган — вождь кутургуров, а с другой — согласно древнейшим болгарским источникам, болгарским вождем ЭТОГО ЖЕ ПЕРИОДА был также человек по имени Заберган. Случайность совпадения полностью исключена. Маловероятно и то, что древние болгарские летописцы ни с того ни с сего почему-то включили в список своих древних вождей постороннего для них человека. Вывод — кутургуры и есть болгары. А русы — их ближайшие родственники.

Русы надолго сохранили в своей памяти родство с булгарами: жены князей Игоря и Владимира были болгарки, Святослав собирался осесть на постоянное местожительство в Болгарии, а «Повесть временных лет», рассказывающая о событиях в Древней Руси, тем не менее сообщает о ряде событий в болгарской истории, не имеющих отношения к древнерусской истории.

Давайте подведем некоторые итоги. В III—IV веках в степях около Азовского моря кочевали угорские племена кутургуров (катрагов, булгар) и утургуров. К IV веку они были покорены готами, лишившись своей независимости. Но, войдя в орбиту готских интересов, они, подчинившись готам, получили и их защиту от других племен, что позволило этим племенам развиваться. При гуннах они подчиняются им. После смерти Аттилы гуннская держава распадается, и кутургуры с утургурами становятся независимыми. В течение последующих двух веков мы видим обычные для того времени события: нападения на византийские земли, междоусобицу, стычки с оставшимися в Крыму готами.

В 642 году умирает кутургурский хан Кубрат, племя делится на пять частей: одна остается в Приазовье, а остальные уходят на Среднюю Волгу, на Балканы, в Италию и Паннонию. Оставшиеся на Тамани кутургуры и утургуры попадают под власть авар, а затем хазар. А с IX века византийцы уже называют оставшихся на Тамани русами. Русы активно занимаются торговлей, проникают в различные регионы Русской равнины, в первую очередь на Верхнюю Волгу. Так появляется две Руси — Внутренняя (Тамань, с центром — Тмутаракань) и Внешняя (известная нам как Киевская Русь).

СУДЬБА ТМУТАРАКАНИ

На берегах Азовского моря на Тамани несколько веков жили кутургуры и утургуры, то есть булгары и русы. Вдоль восточного берега Черного моря обитали касоги (адыги), зихи, авазги. В отрогах Северного Кавказа мы встречаем ясов, предков современных осетин. К северо-востоку, в районе Волги и Прикаспия, тянулись места обитания хазар. В крымских горах жили остатки готов, вдоль крымского берега тянулись владения греков.

Греки главный город этой земли называли по-разному, но похоже: Таматарха, Матарха и Метраха. В «Житии св. Никона» полуостров Тамань назван Тмутараканским островом.
Вошла ли тмутараканская земля в состав Древнерусского государства? Правильнее будет высказаться по-иному: тмутараканский князь русов Игорь захватывает Киев и другие города и становится князем Руси. То есть Древняя Русь была образована русами из Тамани.

В 965 году Святослав выступает в большой поход на хазар, «и в битве одолел Святослав хазар, и столицу их и Белую Вежу взял». Белая Вежа — это Саркел. После этого Святослав побеждает ясов и касогов. Новгородская первая летопись при этом уточняет, что Святослав ясов и касогов «приведе Киеву».

Вскоре Святослав по приглашению греков появился с войском в Болгарии. Ряд болгарских и советских историков считали, что это приглашение должно было способствовать отвлечению Руси от нападения на Крым. Действительно, после разгрома Хазарии следующим у русов на очереди должен был стать по логике Крым, близкий сосед Тмутаракани.
Первый раз Тмутаракань упоминается в летописях при князе Владимире, он сажает туда князем своего сына Мстислава. После этого следует перерыв до 1022 года, когда наши летописи помещают известие о войне Мстислава с касогами. Убив касожского князя Редедю, Мстислав возложил на касогов дань.

В 1023 году «пошел Мстислав на Ярослава с хазарами и касогами». Эти слова из «Повести временных лет» говорят о подчинении хазар, по крайней мере, части из них, и касогов власти тмутараканского князя.

После смерти Мстислава его земли перешли во владение к его брату Ярославу Мудрому, который отдал Тмутаракань своему второму сыну Святославу, черниговскому князю, последний же передал ее сыну Глебу.

В 1792 году на Таманском полуострове была найдена мраморная плита с русской надписью 1068 года об измерении ширины Керченского пролива и названная тмутараканским камнем: «В лето 6576 Глеб князь мерил море по леду от Тьмутороканя до Керчева».

Между древнерусскими землями и Таманью в районе причерноморских степей кочевали далеко не дружелюбные племена печенегов, торков, берендеев. Но разгром Хазарии заставил всех этих степняков уважать силу Древней Руси. Поэтому связь между Внешней и Внутренней Русью не прерывалась.

Однако появление в причерноморских степях больших масс половцев практически отрезало Тмутараканское княжество от остальной Руси. Этот фактор, а также разноплеменной состав населения, близкое соседство враждебных племен, сделали особенной дальнейшую судьбу этого княжества в период начавшейся междоусобицы.

Внук Ярослава Мудрого, Ростислав Владимирович, оставшись без удела, ушел на юг, где, собрав дружину, выгнал из Тмутаракани Глеба. Отец Глеба Святослав помогает вернуть сыну княжение, но Ростислав вновь захватывает Тмутаракань, где и княжит до самой смерти в 1066 году. По летописи воинственный Ростислав был отравлен крымскими греками. После его смерти в Тмутаракани правят по очереди Глеб и Роман Святославичи.

В 1078 году после обострения на Руси междоусобицы к Роману бегут новые изгои: брат Олег и двоюродный брат Борис Вячеславич. В разгоревшейся борьбе за Чернигов, в которую братья вовлекли половцев, Борис и Роман погибают. Олег же был схвачен и отправлен в плен в Византию. Ипатьевская летопись называет виновником этого тмутараканских хазар. А в княжестве появляется киевский намест-ник Ратибор. Через год Тмутаракань захватывают новые изгои из Киевской Руси Давид Игоревич и Володарь Ростиславич.

Но и новые тмутараканские князья долго не удерживаются, их выгоняет вернувшийся из Византии Олег Святославич, который казнит многих хазар, виновных в его пленении. В 1093 году умирает киевский князь Всеволод. Олег с половцами идет на Владимира Всеволодовича Мономаха и отнимает у последнего Чернигов.

После захвата Олегом Чернигова какие-либо упоминания о Тмутаракани прекращаются. Можно только догадываться о судьбе этого края. Вероятно, Тамань оказалась в подчинении у Византии, хотя и сохранила некоторую самостоятельность. Русские князья не хотели отказываться от Тмутаракани, своей исторической родины. По крайней мере, знаменитый поход Игоря, как, впрочем, и некоторые другие, ставил своей целью «поискати града Тмутороканя». Об этом говорит «Слово о полку Игореве».

В конце XII века на Северном Кавказе появляется Юрий, сын Андрея Боголюбского, через некоторое время провозглашенный Чингисханом. Не нашел ли он поддержку и у жителей Тмутараканскоо края? Вполне возможно, что русы, аланы, готы, зихи оказались в войске Чингисхана. По крайней мере, автор XIII века Георгий Пахимер сообщал, что эти народы стали усваивать нравы татар, их одежду и язык и поставляли последним вспомогательные войска.

Есть любопытная восточная информация: хорасанец Джувейни, живший в XIII веке, в «Истории завоевателя мира» писал про Батыя следующее: «Он подчинил и покорил сплошь все те края, которые были по соседству его: остальную часть земли кипчаков, аланов, асов, русов и другие страны, как-то: Булгар, М.с.к. и другие». Это отрывок из «Сборника материалов, относящихся к истории Золотой Орды», изданного в 1941 году. Все этнические названия переведены, кроме какой-то страны М.с.к. Почему? Потому что Москва по ТВ была еще маленьким городом, чтобы появиться в этом списке. А по АВ этот город и вовсе еще не был основан. Какой же следует вывод? Их два. Или под названием М.с.к. скрыта какая-то соседняя земля или «История завоевателя мира» была написана гораздо позднее, когда Московская Русь была уже известна, т. е. хронология оказалась неверна. Но это еще не все. Если под М.с.к. скрыта Москва (в данном случае не город, а страна Московия, так как речь у Джувейни идет о странах), то получается, что русские земли оказались упомянутыми дважды, так как до этого говорилось о покорении земли русов. Но обратите внимание на компанию, в которой оказались русы: кипчаки, асы, аланы. Не идет ли речь о тмутараканских землях русов? Вполне вероятно.

В XIV веке одна из жен золотоордынского хана Узбека, дочь императора Византии, отпросилась у мужа съездить на родину. Выехав из Сарая, через десять дней пути путники достигли города Укака. На расстоянии одного дня были расположены «горы русских», народа, который исповедовал христианство, был голубоглазым и рыжеволосым. После этого путники прибывают в крымский Судак. Без сомнения, речь идет о Тмутаракани. На это указывает возможный маршрут и таблица расстояний и скоростей.

В XV веке, по сообщению Дуки, в войсках Тамерлана находились отряды тавроскифов (т. е. жителей Таврии), зихов и авазгов. Дальше следы древних русов (тавроскифов) теряются. Можно только предполагать, что они вошли в состав татар и кубанских казаков.

Но еще несколько слов на тему Тмутаракани. Вот как ее описывал Гумилев: «…хазары …входили в синагоги… На площади гарцевали на стройных конях касоги с Кубани, и степные ясы пригоняли овец на продажу. Выделялись из толпы НЕМНОГОЧИСЛЕННЫЕ русские с подстриженными светлыми бородами. Это были ХОЗЯЕВА города». Не знаю, как вам, но для меня это довольно странно: княжество, удаленное от метрополии, окруженное враждебными кочевниками, при наличии немногочисленных «хозяев», этих хозяев давным-давно поменяло бы. Но раз этого не произошло, то нельзя говорить о немногочисленности русов.

Вот, к примеру, выдержка из «Повести...» о событиях 1064 года: «Бежал Ростислав, сын Владимиров, внук Ярославов, в Тмутаракань, и с ним бежали Порей и Вышата, сын Остромира, воеводы новгородского. И, придя, выгнал Глеба из Тмутаракани, а сам сел на его место». Была ли у Ростислава дружина, или с ним бежали всего два спутника? Если и была, то маленькая. А раз так, то вполне естественно предположить наличие серьезной силы, поддержавшей Ростислава. Этой силой могли быть только местные русы.
Что осталось от Тмутаракани? Сейчас на месте древнего города наших предков — русов стоит станица Таманская. Еще видны остатки оборонительных сооружений, домов, собора… Именно здесь начало Руси, отсюда постоянно выплескивались отряды русов — воинов и торговцев. Русы разбрелись на большой территории от Киева до Волги, и они дали нашей стране имя и первую княжескую династию — Рюриковичей. Русь поднималась, крепла и в бурных событиях истории Тамань как прародина стала быстро забываться, становясь все более глухим и далеким краешком земли русской. И вот мы говорим уже в наше время как-то безадресно и пренебрежительно — тьмутаракань! Далекий и забытый всеми угол.

УГОРСКИЕ ПЛЕМЕНА

•Угры или тюрки?•Булгары•Венгры•Хазары•
•Печенеги, торки, берендеи•


УГРЫ ИЛИ ТЮРКИ?

В предыдущих главах было высказано мнение, что древние русы относились к угорским племенам. Данная гипотеза требует более подробного рассмотрения истории угорских народов. Возможно, вы скажете: а не все ли нам равно, кем были хазары или те же булгары и печенеги — уграми или тюрками? Где же история Древней Руси? Но наберитесь терпения, эта глава — последняя в первой части, и она рассматривает этническую принадлежность южных соседей Руси, которые, кстати, в большом количестве влились в состав русского и украинского народов. То есть тоже являются нашими предками.

Наиболее известными для нас языковыми семьями являются индоевропейская, тюркская (алтайская), семито-хамитская. Финно-угорские языки объединяются в отдельную языковую семью — финно-угорскую, которая также часто называется уральской. Последнее название неслучайно. Многие финно-угорские народы вышли из уральского региона, а некоторые и до сих пор там обитают. Да и само название — Урал — указывает на угорскую принадлежность. Уральские горы названы от угорских племен, живших в их окрестностях. Вот у Татищева: «Из тех же мест от гор, Угра имянованных…».

Финно-угорские народы принимали активное участие в этногенезе русского народа. Племена меря, мурома, мещера, весь, чудь растворились среди славян на рубеже I—II тысячелетий. Все они относились к волжско-финской и отчасти к прибалтийско-финской ветвям. Угорская ветвь финно-угорской семьи, от которой к настоящему времени уцелели венгры, ханты и манси, в становлении Руси и русского народа роли практически не играла. Но это по традиционной версии истории.

По альтернативной версии картина совершенно иная. Она предполагает, что знаменитые в древности народы, оказавшие столь значимое влияние не только на древнерусскую, но и мировую историю: гунны, авары, хазары, печенеги, булгары НЕ ТЮРКИ, как это неуверенно считает традиционная история, а угры. Из всех перечисленных племен историки с полной уверенностью относят к тюркам только печенегов. Об отнесении к тюркам других племен у ученых твердого мнения до сих пор не сложилось. Наоборот, еще пару столетий назад было широко распространено мнение о финно-угорском строе хазарского языка. А в начале XX века и даже в его середине многие исследователи считали отдельные из этих племен уграми. Но уже во второй половине ХХ века почему-то полностью возобладала тюркская теория. Венгры, совершившие в IX веке стремительный бросок из района Предуралья до самой Паннонии и признающиеся до сих пор угорцами, оказались историческим «анахронизмом». К примеру, Кестлер пишет, что венгры «изначально были чужими славянским и тюркским степным народам, среди которых жили, — этнический курьез, сохранившийся до наших времен». Обратите внимание: более тысячи лет назад венгры оказываются «этническим курьезом» и сохраняются таковым до наших дней! Удивительно. Как видите, никаких других угорских племен в Европу традиционная история не допустила. Да и сами венгры, если бы они в древности бесследно растворились среди окрестных народов, сегодня тоже были бы признаны нашими учеными за тюрков.

Это не голословное заявление. Вот что написано в энциклопедии «Народы России»: «Венгры… считаются происшедшими от ТЮРКСКОГО племени оногуров». Если бы я это сам не прочел — не поверил бы! Поэтому нечему удивляться, что даже гунны были объявлены смесью тюркоязычных хунну и неких угорских и сарматских племен, присоединенных к ним в заволжских пределах. Между тем вся тюркская принадлежность гуннов держится на китайском фантоме — рассказе о неких хунну, обитавших на севере Китая. Естественно, для ТВ хунну не могли быть уграми, так как это совсем иной регион. Следовательно, для них они должны быть или тюрками, или одним из монголоязычных племен. Монголы, кстати, вместе с тюрками составляют большую алтайскую семью, то есть родственны с ними по языку. Так гунны оказались тюрками. Далее, вероятно, сработал принцип домино, и к тюркам в конечном итоге зачислили спорных в этническом отношении авар, хазар, булгар и печенегов.

Вот наглядный пример. Считая хазар тюрками, к ним же зачисляют и булгар, потому что ал-Истахри заявил: «Язык болгар подобен языку хазар». Правда, его современник Бируни писал, что «булгары и сувары говорят особым языком, смешанным из тюркского и хазарского». Получается, что хазарский язык не был тюркским? Та же «Армянская география» также свидетельствует, что булгары составляли с хазарами один народ. Что полностью соответствует, кстати, альтернативной версии истории.

В этой связи следует привести довольно любопытные и правильные слова Костомарова, где он рассуждает о литовских Гедиминовичах и Ольгердовичах: «Если бы до сих пор не сохранилось литовского языка, принадлежавшему народу, из которого происходили эти князья, то, вероятно, в наше время нашлись бы ученые, которые, встречая известия о литвинах, доказывали бы, что не существовало никакого отдельного литовского племени и что литвины были не более как одной из ветвей русско-славянского народа, а все литовские имена князей, занявших уделы на Руси, непременно пытались бы, посредством всяких созвучий, объяснить из славянского языка».

Зная историков с их «научным» подходом, вполне можно было бы ожидать следующих строк в той же энциклопедии «Народы России»: «Литвины считаются происшедшими от славянских племен жемайтов и аукштайтов…».

А теперь прекрасный пример из совсем недалекого прошлого. Вот что писал Карл Маркс: «… от Вислы до устья Невы: эсты, ливы, или латыши, куры, литовцы и пруссы, принадлежавшие, за исключением эстов финской народности, К СЛАВЯНАМ». Итак, по мнению Карла Маркса, и латыши, и литовцы — славяне! В XIX веке допускать такие ошибки! Что же тогда можно ожидать от идентификации народов, которых уже не сохранилось!

Чудом сохранившиеся до наших дней венгры — финно-угры. А древние ученые между тем называли их турками, тюрками! Византийские писатели причисляли к тюркам и хазар, которых арабы именовали турками. Что же получается — сохранившиеся до наших дней тюрки-венгры оказались финно-уграми, а исчезнувшие хазары так и остались тюрками? Вот что написано в книге Артамонова «История хазар»: «Сами себя хазары считали родственными по происхождению с уграми, аварами, гузами, барсилами, оногурами, болгарами и савирами». В этом списке все, кроме угров, отнесены нашими учеными к тюркам, и напрасно. Все они — угры. Тот же Артамонов вынужденно признает, что «больше оснований связывать хазар не с уйгурами, а с уграми». Именно угры сыграли главную роль в формировании всех этих народов, но, как отмечает известный историк и археолог, эти угры были «отюреченные, хотя, вероятно, в разной степени». То есть все эти степные народы были все-таки уграми, но отюреченными!

Это мне так и напоминает слова из «Москвы 2042»: «…В Третьем Кольце… трудящиеся питаются исключительно вторичным продуктом… Но у них он, я слышала, витаминизирован». Угры, но… отюреченные. Вторичнй продукт, но… витаминизированный! Кто читал Войновича, я думаю, вспомнил, что такое «вторичный продукт». Точно таким же «вторичным продуктом» у нас сделали историю.

В Селенгинской надписи, которая, как считается, составлена уйгурским ханом в 759 году, есть упоминание древних половцев в сочетании «тюрки-кыпчаки» или в другом возможном варианте: «тюрки и кыпчаки». Но возможен и другой перевод первого слова — турки. О каких турках шла речь? Не о древних ли венграх? Это более вероятный вариант. Иначе получится, что речь идет о каких-то тюрках и кыпчаках-половцах, но они тоже тюрки. Это все равно, что сказать: славяне и русские.

На каком же основании наша наука ошибочно считает все эти древние народы тюрками? Потому что современные татары, чуваши и башкиры говорят на языках тюркской группы. Если поволжские татары потомки булгар, то и булгары были тюрками! Но если так рассуждать, то раз современные болгары — славяне, значит булгары тоже должны быть славянами? Кстати, такого мнения придерживался Иловайский и целый ряд других историков. Такова логика наших историков…

Но тогда почему современные татары говорят на тюркском языке? Да потому что предками современных поволжских татар были не только угры булгары, но и тюрки половцы. Именно многочисленное половецкое племя и отюречило древние угорские народы. В X веке половецкие племена кочевали за левым берегом Волги, сдерживаемые мощью Хазарии. Но после ее разгрома князем Святославом половцы двинулись на правобережье и к 1036 году появились в причерноморских степях.

Так уж получилось, что именно половцы составили ядро степной Золотой Орды. В условиях единого государственного образования на громадной территории Восточной Европы активно пошли процессы половецкой ассимиляции. Не спорю, что задолго до половцев различные угорские племена вступали в контакты с тюркскими племенами, происходила определенная диффузия языков. Но и сами угорские и тюркские языки имели общего предка. Несколько тысячелетий назад единая угорско-тюркская общность распалась. На просторах Азии началась самостоятельная жизнь этих языков, которые активно развивались и видоизменялись. Но и до сих пор в них осталось много общего, что и приводит к такой этнической путанице.

Вот могильники новинковского типа, расположенные в Среднем Поволжье и относимые к VI—VIII векам. Их считают тюрко-булгарскими. На основании чего? Потому что это были «курганы с ровиками», с обычаем класть кости ног и череп коня в ногах умершего. Но все дело в том, что точно такие же признаки захоронений были и у протовенгров! Но почему-то эти могильники отнесли без колебаний к тюркам.

О реальном отюречивании угорских народов можно говорить только со второго тысячелетия нашей эры. Даже Артамонов невольно этому свидетельствует: «Еще в XIII в. среди венгров существовало представление о родине мадьяр — Великой Венгрии, находящейся в Приуралье, и о наличии там племен, говоривших на близких к венгерскому языках. В числе их, в первую очередь, назывались башкиры, в настоящее время говорящие на языке тюркской системы, но в прошлом, возможно, если не полностью, то частично относившиеся к той же языковой группе, что и мадьяры-венгры». А теперь главный вопрос: когда же произошло отюречивание башкир? Не ранее времен Золотой Орды, т. к. еще в 1235 году в Башкирии на реке Белой побывал доминиканец Юлиан и застал там людей, говоривших на языке, близком к венгерскому. А в начале XV века францисканские монахи пытались обратить в католичество жителей Верхнего Дона, говоривших на мадьярском языке. Но этому помешал Московский великий князь Василий II. То есть, как видите, даже в XV веке на территории, исконно относимой по ТВ к тюркам и славянам, обнаруживаются угры, которых по ТВ там быть не могло.

А теперь давайте посмотрим, что получится, если китайские хроники признать дубликатами европейских и справедливо отказать китайской истории в праве на древность. Кто же будут тогда гунны? Гумилев считал (но насколько это серьезно?), что этнос гуннов образовался путем смешения тюркоязычных хунну (а про кочевников хуннов как раз и говорят китайские «источники») и вогулов,

т. е. манси, которые относятся к угорцам. Гуннам и главному специалисту по ним Льву Гумилеву посвящена отдельная глава этой книги. Из нее пока почерпнем одно: неизвестность языков как хунну (хуннов), так и гуннов, а также несхожесть их искусства.

В гуннских могильниках найдены предметы искусства, в которых отчетливо виден «звериный стиль», характерный для скифов, что свидетельствует о длительных контактах этих двух народов. Однако, как свидетельствует традиционная история, гунны появились в Прикаспийских степях во второй половине II века, откуда два века спустя и начали свой знаменитый победоносный поход на запад. Таким образом, разве что с большой натяжкой можно предположить, что «звериный стиль» успел активно внедриться в искусство гуннских племен. Реально то, что, скорее всего, гунны жили длительное время в междуречье Дона и Волги, что и обусловило постепенное перенимание ими этого стиля от соседей-скифов. Вместе с искусством могла происходить и некоторая диффузия языков. Именно поэтому я не могу возразить современным историкам, что в состав гунского объединения не могла войти какая-то часть скифо-сарматского этноса, но это вкрапление однозначно было незначительным. Сами же гунны, как я считаю, относились к угорским племенам и обитали в районе Дона длительное время.

Вообще под именем гуннов древние византийские историки называли многие народы, в первую очередь булгар и венгров.

#5 Пользователь офлайн   АлександрСН 

  • Виконт
  • Перейти к галерее
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Раскрыть информацию
  • Группа: Виконт
  • Сообщений: 1 796
  • Регистрация: 29 Август 11
  • Пол:
    Мужчина
  • ГородКемерово
  • Награды90

Отправлено 21 Январь 2012 - 20:06

БУЛГАРЫ

О древних булгарах уже говорилось на страницах этой книги, в частности, о разделении их на пять племен, два из которых смогли создать собственные государства на берегах Дуная и Волги. Следует ли из этого, что в изучении происхождения булгар нам повезло и мы можем воспользоваться документами двух крупных государств: одни источники могут дополнять другие? Однако НИКАКИХ документов от древних булгар НЕ СОХРАНИЛОСЬ.

В. Рагозин писал в 1881 году: «Замечательна судьба этого народа: он исчез, не оставив почти никаких намеков о принадлежности своей к той или другой национальности. Все старания ученых не могли открыть, что это был за народ. Может быть, те или другие из источников и правы в своих предположениях о национальности болгар, но кто именно прав — на это нет ответа… О каких-нибудь письменных памятниках болгарских и говорить нечего».

В настоящее время единственными документами письменности булгар являются лишь надгробные надписи, но все они созданы уже во времена Золотой Орды и касаются волжских булгар. От Дунайской Болгарии сохранились только тексты на славянском языке. Возможно, существуют и какие-то тексты на древнебулгарском, но через территорию Болгарии проходило столько племен, что этого уже не определить.

Ученые отмечают некоторую идентичность начертаний знаков и символов на кирпичах древней болгарской столицы Плиски со знаками на камнях Саркела и Маяцкого городища (район реки Дон). В то же время ученые отмечают идентичность букв Маяцкого городища с найденными баклажками в комплексах салтовской культуры (район Подонья и Приазовья). Надписи на этих баклажках считают тюркскими. Надписи, вырезанные на камнях и стенах Маяцкого городища, написаны азиатскими рунами, и их читают по-тюркски. Но насколько это правильно: даже сейчас лингвисты отмечают некую схожесть тюркских и финно-угорских языков? Каким же образом была определена этническая принадлежность этих нескольких древних слов, написанных рунами? Боюсь, что, как всегда, «по-научному». Тем более что в вопросе соотнесения рунической письменности этого региона с тюркскими рунами ученые опираются на точку зрения А. Щербака. Однако многие историки знают, что «Щербак не только неверно перевел, но даже и неправильно воспроизвел надписи, ибо никогда их не видел». Это взято из книги Е. Галкиной «Тайны русского каганата». И еще ею отмечено, что сторонники хазарской принадлежности салтово-маяцкой культуры признают, что по-тюркски эти рунические надписи не читаются или читаются с крайними натяжками и исправлениями. Добавлю, что хазары, по их ошибочному мнению, — тюрки, а не угры, как утверждается в этой книге.

Поэтому давайте рассмотрим факты, которые касаются Волжской Булгарии. Прежде всего следует отметить, что в Волжской Булгарии ислам был принят в 922 году, а это наложило соответствующий отпечаток на культуру этого государства: имена сменились на мусульманские, а в обиходе появился арабский язык. На нем происходило богослужение, писались религиозные тексты. На Руси новая религия, сменившая языческую, пришла позже — в конце X века. Что было бы, если бы Русь приняла не христианство, а ислам, в начале X века? Времен Игоря, Ольги и Святослава у нас не было бы. Вместо них, по летописям, были бы падишахи или эмиры Руси, скажем, Джафар, Абдаллах, а история государства велась бы на арабском языке. До наших дней дошло бы еще меньше информации (письменность велась бы не на родном славянском языке), а варяги, возможно, были бы объявлены арабами или хорезмийцами.

В Волжской Булгарии было много славян, не случайно булгарский царь назывался царем славян и владавцем; Ибн-Фадлан волжских булгар иногда называл славянами. Арабский космограф ад-Димашки писал, что на вопрос, кто такие булгары, последние ответили: «Мы булгары, а булгары суть смесь турков со славянами». Турками в те времена часто называли угров.

А вот мнение Костомарова: «Болгары — народ финского или, вероятнее, смешанного племени». Этого же мнения придерживалось большинство немецких ученых, а среди славян — Шафарик.

Византийский хронист Скилица, рассказывая о балканском походе Святослава, пишет, что тот действовал «сообща с подчиненными ему болгарами, призвав на помощь печенегов и живших западнее, в Паннонии, безобразных турок». Но в Паннонии во времена Святослава обитали венгры, т. е. угры. Кстати, любопытная создалась коалиция против греков: русы, болгары, печенеги, венгры, т. е. народы и племена совершенно различного происхождения и постоянно враждующие между собой, по крайней мере, такой вывод вытекает из хронологий традиционной истории. Зато по альтернативной версии все они — угры.

Геродот говорил, что булгары — народ «маловолостной, или плешивый». Не есть ли это искаженное описание знаменитой прически Святослава — обритого чуба? Булгары, как и древние русы, были народ купеческий «и городами издревле жившаго», так писал о них Татищев.

Гумилев называет болгар сарагурами. А Артамонов пишет, что «Вернадский в качестве предков венгров прибавляет к оногурам сарагур — белых угров». Интересная картина получается по ТВ: оногуры — это тюрки, сарагуры вроде как угры, другого быть не может, иначе венгры оказываются стопроцентными тюрками, раз они по ТВ смесь оногуров (тюрок) и сарагуров. А тюрки болгары — это, оказывается, сарагуры (по Гумилеву), которые — кто? У нас получилось, что угры! То есть полная белиберда. Но если вы согласитесь, что древние булгары были все-таки уграми, то тогда все встанет на свое место. Да и само окончание -гуры- указывает на их угорскую принадлежность, впрочем, и название «булгары» имеет почти такое же окончание — -гары-.

Африканский епископ Виктор Туннуненский, живший в VI веке, кутургуров называет болгарами. А Феофан болгар так и называет — «гунноболгары». Еще один ученый — Хаджи-Калфи утверждал, что «язык булгар и обычаи похожи на русские».

Историки сходятся во мнении, что описанные Иорданом гунугуры тождественны болгарам, обоих древний историк помещает «выше Понта». А такой авторитет, как М. Артамонов, так и пишет: «ясно, что гунугуры Иордана не что иное, как гунны».

Существует знаменитая роспись болгарских князей. Первым идет Авитохол, за ним Ирник, далее еще несколько ханов, наконец, Коурт, или Кубрат, Баян, Есперик, или Аспарух — сын Кубрата. При этом Ирника отожествляют с младшим и любимым сыном Аттилы Ирнахом. Но если это так, то у меня получается, что отец Ирника=Ирнаха Авитохол не кто иной, как сам Аттила. Да, имена весьма созвучны. Следовательно, древние болгары вели род своих князей от Аттилы, от гуннов. После смерти Аттилы часть гуннов вернулась обратно на берега Черного моря, а это уже регион и время обитания там булгар.

И еще одно интересное совпадение имен. Наиболее известен из аварских каганов Баян, живший в VI веке и которого из-за жестокости называли достойным предшественником Чингисхана. Такое же имя Баян в болгарском именнике стоит между Кубратом и Аспарухом. Именно Аспарух и привел булгар в Болгарию. Авары также угорцы, по-другому они назывались огоры, в русских летописях — обры.

Почему же финно-угорское племя булгар, осев в Поволжье среди местного, опять же финно-угорского населения, не смогло сохранить свой язык и их потомки — татары оказались тюрками? Здесь сыграли свою роль две причины. Одна заключалась в близости больших татарско-половецких масс Золотой Орды, в которой победил тюркский язык. Другая, пожалуй, заключается в принятии булгарами ислама, религии господствовавшей среди соседей-татар.

Кстати, здесь уже говорилось о башкирах, ныне говорящих по-тюркски. Они ранее относились к угорцам, но в средние века были отатарены. Этот факт подтверждает ТВ. Поэтому ничего нет удивительного в том, что и угры-булгары отатарились.

Сейчас принято считать булгар тюрками. Тюрками являются и татары. Следовательно, булгарский и татарский языки родственные, похожие? Так вот, Татищев рассказывал, что татары называли булгар бухарами. А бухар на их языке (по-тюркски!) означает осел. Отсюда следует вывод, что Волжская Булгария в переводе с тюркского — Волжская Осляндия! Самих себя называть ослами?! Но это, конечно, при условии, что булгары — тюрки. Но они все-таки угры.

Иловайский, ярый защитник славянского происхождения булгар, приводит десятки и десятки всевозможных доказательств своей неверной теории. Все они довольно неубедительны. Булгары не могли, по его мнению, быть финно-уграми и, соответственно, ославяниться в Болгарии. Вот его рассуждения: «Финское племя, бесспорно, есть одно из самых неподатливых на превращения; а если оно получило в свои руки правительственную, политическую, силу, то для нашего поколения ученых наивно было бы и говорить о подобном превращении». Речь, поясню, идет о трудности ассимиляции финно-угров. Однако сам пример истории Древнерусского государства, ассимилировавшего мерю, мурому, весь, водь, мещеру и другие финно-угорские племена, причем в довольно короткие сроки, как раз свидетельствует об обратном.

Далее он пишет: «Франки завоевали Галлию и слились с покоренным населением. Сочтите, однако, сколько веков происходило это постепенное слияние. Хлодвиг был германец; но и Карл Великий, царствовавший три века спустя, тоже был германец. Франки мало-помалу уступали только силе высокоразвитой римской гражданственности и при своем слиянии все-таки не перешли ни в галлов, ни в римлян, а образовали с ними новую романскую национальность… Сочтите также, сколько веков лангобарды сливались с туземным населением Италии и точно так же не просто обратились в этих туземцев, а образовали с ними новую романскую народность и выработали особый романский язык».

Но и в Болгарии угры булгары не одну сотню лет ассимилировались местным славянским населением. Почему-то это Иловайский не замечает. Не надо также забывать, что на западе католические мессы шли на латыни — романском языке. На нем же писались и книги, в основном церковные. Это во многом и помогло победе латинского языка в Галлии и Италии. В Болгарии победило православие, допускающее служение на местном языке, в данном случае им оказался славянский. На нем же были и книги. Славянская грамота и богослужение на славянском пришли и на Русь. Именно благодаря православию мы обязаны тому, что говорим на славянском, а не на финно-угорском или каком ином языке.

Если бы в Венгрии победило православие, то, скорее всего, современные венгры были бы СЛАВЯНАМИ, то есть говорили бы по-славянски.

И еще несколько неверных доводов Иловайского. «Если бы славянская масса, постепенно наводнившая Нижнюю Мизию и Фракию, была не болгаре, а какая-то неизвестная нам по имени славянская ветвь, то откуда же она взялась? Итак, если болгаре не славяне (речь идет о древних болгарах=булгарах. — А. Максимов), то откуда же взялось столь распространенное, богатое и самостоятельное славяно-болгарское наречие, которому большая часть славянского мира обязана своими богослужебными книгами?». Отвечу: эти славяне, практически не оставившие нам своего имени, появились с севера, из районов современной Чехии и Моравии, и сумели ассимилировать и поглотить древних болгар-угров, которые смогли передать только свое название — болгары. И вообще, Иловайский на свои глобальные вопросы сам же и отвечает: славянский язык победил именно благодаря православию и славянской письменности.

А вот что еще он пишет: «В одном месте Приск сообщает об одном шуте, что тот во время пира у Аттилы насмешил всех своими словами, в которых перепутывал язык латинский с готским и унским. Ясно, что под унским тут никакого другого языка, кроме славянского, нельзя подразумевать». А мне почему-то кажется, что под УНСКИМ следует подразумевать ГУННСКИЙ (то есть угорский), а не славянский. Впрочем, известному традиционному историку виднее… Каждый видит то, что хочет видеть. А судить вам, читатели.
Как видите, история булгар после их раскола и последующего исхода оказалась различной. Ушедшие на Балканы были ославянены, успев передать новому народу свое имя, а ушедшие в Поволжье были отюречены. Я же в этой главе, надеюсь, смог доказать, что древние булгары были не тюрками, а уграми.

ВЕНГРЫ

Сейчас все большее число ученых считает исходную территорию финно-угров не в Среднем Поволжье, как это считалось ранее, а в Средней Азии, в районе Аральского моря. При этом предков венгров помещают в районе лесостепной полосы Зауралья. Правенгров относят к представителям так называемой андроновской культуры (скотоводы и земледельцы), распространенной в этом регионе. Андроновцы в антропологическом отношении были широколицыми европеоидами, в отличие от их соседей протоиранцев, которые относились к узколицему средиземноморскому типу европеоидов.

По традиционной версии истории предки венгров в XII—X веках до новой эры проникают в казахстанские степи и переходят на кочевой образ жизни. Но у меня есть основательные причины сомневаться в справедливости такого утверждения. Как наши историки и археологи смогли проследить на таком большом временном отрезке за одним из кочевых племен?
Обратим лучше внимание на более позднее время, где есть хоть что-то, на что можно опереться в своих предположениях. Венгров можно считать очень близкими родственниками русов и булгар — утургуров и кутургуров; кстати, из названия Венгрия (Hungary) явствует, что венгры — это унгуры или гунгуры. Одним словом, гунны-угры.

Согласно Константину Багрянородному венгры в IX веке обитали в районе Южной Руси, их ареал кочевий назван Леведией, или Лебедией, а также упомянут некий район Ателькузы. Считается, что Лебедия — это область степи и лесостепи к северу от Черного моря по обеим сторонам Дона и она относилась к владениям Хазарии. В отношении Лебедии сразу же возникает вопрос: а не связано ли это как-то с именем Лыбеди — легендарной сестры Кия? Лебедий — имя угорского воеводы.

Однако некоторые историки упорно считают, что Багрянородный говорил о районе Восточной Украины, а Ателькуза, по их мнению, это либо Западная Украина, либо Молдавия. Такая привязка неприемлема. В венгерском звучании Ателькуза — Этелькоз, что ясно указывает на район Волги=Итили (Итиль=Этель). Этелькоз по-венгерски переводится как междуречье. Я думаю, что речь должна идти о междуречье Дона и Волги. Именно на Волге в 1235 году доминиканские монахи обнаружили Великую Венгрию.

Багрянородный дает венграм всего три года на их пребывание в Леведии. Однако другие исследователи называют иные цифры — 203, 300, 303 года, считая мадьяр древними обитателями Причерноморья. Так, венгерский ученый Моравчик, связывая мадьяр с оногурами, считает, что они появились в степях Восточного Приазовья еще в V веке. Из целого ряда источников — армянских, арабских, византийских — следует отожествление савиров (севордиков, савардиев) с венграми. Кстати, тот же Константин Багрянородный называл мадьяров савартами. А народ савардиев известен с 752 года. Однако его, как и савиров, с венграми не отожествляют, так как ТВ ошибочно принимает за время появления мадьяр в Причерноморье с востока IX век.

Карамзин пишет: «Венгры сами себя называют маджарами или мадьярами». Место Маджары историки располагают в районе реки Кумы, там же располагалось Маджарское соляное озеро. И все это географически близко примыкает к району Тмутаракани. Но вот у нотария короля Белы, древнейшего венгерского летописца, сообщается, что венгры пришли в Паннонию из-за Суздаля, а в той же «Повести временных лет» говорится, что венгры пришли с востока. Кстати, -дж- идентично звуку -г-. В таком случае маджары можно произнести как магары. А окончание -гары-, -гуры- является отличительной чертой угорских племен. Венгры называют свою страну Хунгария, где видно два корня: гунны (-Хун-) и угры (-гар-).

Багрянородный также утверждал, что венгры признавали власть Хазарии. Согласно хроники Георгия Амартола венгры как союзники болгар появились на Дунае в 839 году. В 861 году с венграми столкнулся преподобный Константин во время его проповеднической деятельности в Крыму. Примерно в 889 году венгры под давлением печенегов, перейдя Днепр, идут к западу, но часть из них уходит в сторону Персии.

Главным вождем венгров считается Леведий, его соправителем был Альмош. Сын Альмоша Арпад стал основателем правящей династии на территории Венгрии. Но в самом конце IX века главным вождем был Курсан (или по-другому — Кусан), а Арпад только его соправителем. В 895 году Курсан и Арпад заключают с Византией договор, направленный против болгар. Но последние с помощью печенегов одерживают верх, и венгры уходят в Паннонию. В 904 году после смерти Курсана Арпад становится единоличным правителем. Но с этого периода история венгров для нас уже интересна лишь как история соседнего народа, в отличие от личности Альмоша.

Считается, что благодаря населению Древней Руси венгры узнали об аланах — ясах. Этот странный вывод ТВ обоснован тем, что их название в венгерском языке — древнерусского происхождения. Но довольно странно читать такие «умные» выводы: если общеизвестно, что венгры долгое время кочевали в Причерноморье, следовательно, они были СОСЕДЯМИ аланов, в отличие от славян. Здесь как раз тот случай, когда перепутаны причина и следствие. Именно от венгров название алан — ясов должно появиться в русском языке, а не наоборот. Если это так, то контакты с венграми в Древней Руси были явно более продолжительными, чем считается. Но если по АВ русы и венгры — угры, родственные племена, то следует признать, что это название пришло в русский язык не от венгров даже, а от древних русов, слившихся со славянами в единую древнерусскую (славянскую) народность.

Анонимный нотарий короля Белы производит венгров от гуннов. Этот же автор рассказывает о событиях конца IX века. По его версии венгры во главе с Альмошем воевали с князьями Киева, Галича и Владимира и покорили их, а вскоре ушли в Паннонию. Наши отечественные историки крайне негативно отнеслись к этим строкам, посчитав это преднамеренной ложью с целью обоснования претензий Венгрии на восточные земли. Но с версией, выдвинутой анонимным нотарием, о покорении древними венграми Киева оказался согласен целый ряд зарубежных историков. Наконец, нельзя исключить возможность, что речь шла не о Галиче-на-Днестре и Владимире-Волынском, а о Галиче- Мерьском и Владимире-на-Клязьме или, что еще вернее, о Суздале, так как в те времена Владимир еще не был основан. Перенос названий северо-восточных городов на города Южной Руси, вероятно, произошел не преднамеренно, так как анонимный нотарий короля Белы писал уже на рубеже XII—XIII веков, когда уже многое забылось, и автор посчитал, что речь идет о городах, близлежащих от Венгрии.

По сообщению Ибн-Русте, венгры «поработили славян, которых считали своими рабами и от которых получали продовольствие». Гардизи утверждает, что венгры «правили славянами, своими соседями». О каком венгерском периоде говорят эти авторы? Скорее всего, не паннонском, а о периоде конца IX века, времени начала Киевской Руси. Тойнби, перефразируя русские летописи и арабские источники, пишет, что «все это время венгры собирали для хазар дань со славянских и угро-финских народов в черноземной зоне к северу от собственно венгерской степной территории и в лесах дальше к северу. Свидетельством использования самого слова «мадьяры» в тот период являются сохранившиеся топографические названия в этой части Северной России. Названия эти, видимо, отмечают места былых венгерских постов и гарнизонов». Здесь следует добавить, что, как я уже отмечал, венгры были близкородственным племенем русам. Поэтому многие исторические события, связанные с венграми, следует рассматривать, принимая во внимание этот факт.
Венгры, закрепившись в Паннонии, проводили активную экспансионистскую политику, в том числе и против Византии. И здесь история венгров вновь вошла в тесное соприкосновение с русской историей. Конфликт между Византией и Болгарией, приведший к балканскому походу Святослава, по мнению византийских авторов, начался из-за разграбления уграми Фракии.

Вообще в X веке нападения русов и венгров на Византию довольно синхронны, что позволяет думать о неких согласованных действиях или, по крайней мере, об их общих интересах. Наибольшая антивизантийская активность венгров приходилась на конец 30-х — начало 40-х годов X века, как раз на годы обострения русско-византийских отношений. Практически одновременно с походом князя Игоря венгры совершают нападение на Константинополь. Большой отряд венгров был в составе войск Святослава в Болгарии. Поэтому не лишним будет привести слова Татищева: «…с угры же имел любовь и согласие твердое». Тот же Татищев отметил, что прежде чем появиться на Дунае, Святослав направился вверх по Днестру, «где ему помощь от венгров приспела».

ХАЗАРЫ

О них написано много научной литературы. Чего только стоят обширные труды Гумилева, но при более пристальном рассмотрении оказывается, что о древних хазарах мы знаем лишь чуть больше, чем о булгарах.

Считается, что хазары — тюрки. Но на чем основана эта версия ТВ? От хазар не осталось НИ ОДНОГО письменного документа. То есть невозможно точно определить, кто же были хазары: тюрки, финно-угры, семиты, славяне или это был какой-либо кавказский народ. Ряд известных филологов выводят угорское происхождение хазар на основании анализа названия их города-крепости — Саркел. Я придерживаюсь такого же мнения.

Ибн-Хаукаль утверждал, что язык булгар тот же, что и у хазар.

Феофан Исповедник и патриарх Никифор сообщали: «Из глубин Берзилии, первой Сарматии, вышел великий народ хазар и стал господствовать на всей земле по ту сторону вплоть до Понтийского моря». Это взято из книги И. Чичурова «Византийские исторические сочинения». Племя берсулов, барсилов, близкородственно булгарам, следовательно, можно сделать вывод, что и хазары родственны по происхождению и языку булгарам, раз их выводят из страны Берзилии (или Барсилии).

Многие писатели древности отмечали, что хазары состоят из двух разных в расовом отношении частей. Меньшая, чернявая, часть говорила каким-то турецким наречием, а большая часть — рослая и светловолосая — была финно-язычной, то есть относилась по языку к финно-уграм.

Ал-Истахри пишет, что одни хазары назывались кара-джур и были цвета столь смуглого, что казались черными, другие же были белы, прекрасны и стройны. Именно хазар считают за белых угров, в отличие от венгров — черных угров.

Итиль — это река по финно-угорски. Но и столицей Хазарии был город Итиль. Не есть ли это свидетельство того, что хазары — угры? Ряд историков утверждал, что хазары пришли из глубин Азии и назывались обрами, то есть огорами, уграми.

Сейчас считается, что хазары до появления собственно в Хазарии жили в районе Средней Азии, рядом с Хорезмом, то есть неподалеку от Хивы. Отсюда в VI веке они переселились в прикаспийские степи и далее на Волгу. Уже в VII веке в районе каганата были христианские церкви, но в конечном итоге там победил иудаизм.

Вопрос о Хазарии до сих пор остается в нашей истории открытым: мнения разделяются, изменяются и т. д. К примеру, показательна метаморфоза с известнейшим академиком Рыбаковым: то он утверждал, что Хазария — «небольшое степное государство», то — «огромная хазарская империя».

Если внимательно изучить начальный период русской истории, отображенный в «Повести временных лет», при этом убрать все посторонние, в основном греческие, включения, то окажется, что главной темой летописи были отношения с хазарами. Это не удивительно, многие славянские племена согласно «Повести...» были данниками хазар. Но главный вопрос — как осуществлялись эти даннические отношения — почему-то нашими историками не поднимался. А между тем этот вопрос может оказаться ключевым для ранней русской истории и начала взаимоотношений между славянами и русами.

Вероятно, хазары отдавали дальние и окраинные территории солдатам удачи, в том числе и русам, для сбора хазарской дани. За это сборщики дани оставляли у себя, по моему мнению, одну треть собираемой дани, а две трети отправляли своим хозяевам в Хазарию. Такой вывод можно сделать на примере характера собираемой дани при первых Рюриковичах: Ольга брала треть дани, которая отправлялась в ее резиденцию в Вышгород, а остальное шло в Киев; точно так же поступал и Ярослав, отсылая две трети отцу в Киев, а треть оставляя себе. Такой процентный расклад дележа дани был, вероятно, воспринят первыми Рюриковичами по аналогии с раскладом, существовавшим при их предках во время выплат хазарской дани.

Если именно русы получили от хазар на откуп сбор дани с наиболее отдаленных от Хазарии регионов, то тогда станет понятным появление русов-варягов «из Заморья» именно среди чуди, мери и кривичей, а чуть позже и в отдаленном от Хазарии Киевском регионе.

Так куда же делись хазары? По одной из версий потомки хазар — бродники, те самые, что были в войске монголов при битве на Калке. Ну а потомки бродников позже стали называться казаками. Если вспомнить, что предводителя бродников у Калки звали Плоскиней и он целовал крест, то значит бродники в начале XIII века были православными и русскоязычными. Впрочем, название бродников может оказаться видоизмененным названием племени берендеев, кочевавшего в том же регионе вместе с торками, половцами и печенегами. Вот что сказано в летописи: «Тогда же приидоша к нему бродници и половци мнози». Здесь, как видите, названия бродников и половцев стоят рядом. Сравните с летописными описаниями битвы на Калке: «…ту же и бродници с татары быша, и воевода Плоскына...».

После разгрома князем Святославом Хазарии эта действительно могучая держава погибла. Сдерживаемые Хазарией половцы смогли перейти на правый берег Волги и в своем движении на запад в тридцатых годах XI века вытеснили печенегов из района Причерноморья, заняв их земли. Малая часть хазар, иудеев по вероисповеданию, вероятно, переселилась в Испанию, где проживали их единоверцы. Часть хазар погибла, а оставшиеся со временем рассеялись и ассимилировались среди половцев, будущих татар. Мы знаем, что еще в конце XIV века татары Крыма были иудаистами по вероисповеданию.

ПЕЧЕНЕГИ, ТОРКИ, БЕРЕНДЕИ

В 968 году, как сообщает летопись, печенеги впервые вторглись в пределы земель Киевской Руси и осадили Киев, пользуясь отсутствием Святослава. В свое время с печенегами воевал Игорь, но боевые действия происходили, по-видимому, в степях. Печенеги пришли в Причерноморье в конце IX века. Уж не они ли оказались причиной движения русов из района Тамани к Киеву?

Киев оказался в осаде, на левой стороне Днепра, с восточной стороны стояли войска киевского воеводы Претича. «И сказал один отрок: «Я проберусь», и побежал через стоянку печенегов, спрашивая их: «Не видел ли кто-нибудь коня?» Ибо ЗНАЛ ПО-ПЕЧЕНЕЖСКИ, И ЕГО ПРИНИМАЛИ ЗА СВОЕГО». В итоге Претич напал на печенегов, которые решили, что это авангард войска Святослава и, ослабев духом, заключили мир.

Из этого сделаем выводы: 1. Этот отрок знал по-печенежски; 2. По внешнему виду он не отличался от них; 3. Святослава ждали с ВОСТОКА (потому что Претич пришел с востока и его войско печенеги посчитали авангардом Святослава), хотя согласно летописи он в это время был в болгарском Переяславце.

Печенегов наши ученые традиционно относят к тюркским народам только по той причине, что они пришли из восточных степей. Но там кочевали и угорские племена. Не оттого ли отрок знал по-печенежски, что печенеги были уграми, к которым относились и русы, владевшие Киевом? Такое вполне вероятно. Тем более интересно характеризует печенегов «Советский энциклопедический словарь»: «Печенеги, объединение тюркских И ДР. ПЛЕМЕН в заволжских степях…». То есть это не только тюркские племена?

А вот интересное утверждение современного французского профессора-историка Мюссе, всегда следующего постулатам традиционной истории. Говоря о печенегах, он сообщает об упоминании «о некоем «comes Bissenorum», «графе печенегов»; возможно, именно они положили начало мадьяроязычному населению Бургенланда». Получается, что тюрки-печенеги дали начало угорскому (т. к. мадьяры — угорцы) населению?!

Что касается внешности печенегов, то однозначно, что они не были монголоидами, как принято почему-то считать (вероятно, потому, что их считают тюрками). Арабские писатели X века описывают печенегов бородатыми и усатыми. Как плохо растут волосы на лице у монголоидов, я думаю, вы знаете.

Чуть выше был сделан вывод, что печенеги почему-то ждали Святослава с востока. По АВ действительно Святослав мог быть в то время не в болгарском Переяславце, а в Переяславле, крупном городе Северо-Восточной Руси. В договоре Олега с греками в перечислении прочих крупных городов Переяславль стоит вторым в списке после Чернигова, впереди Полоцка и Ростова. А Святослав по АВ княжил в Новгороде, то есть в Ярославле, а старинный город Переславль (Залесский) находится на полпути между Москвой и Ярославлем. Кстати, восточные авторы как раз и утверждают, что русы в этом году захватили город Булгар, что на Волге, то есть получается, что князь Святослав действительно в это время был на востоке.

В XI веке печенеги были вытеснены на запад половцами. Часть печенегов, поселившись в венгерских пределах, могла добавить угорского компонента в народах Паннонии, благодаря чему угорский язык венгров смог ассимилировать остальные языки, в первую очередь славянский.

Если это так, то славянское имя Предслава у угорской (венгерской) принцессы середины X века может свидетельствовать о том, что еще в начале Х века у угорцев были трудности по ассимиляции славян в Паннонии.

Лев Диакон называет печенегов гуннами.

Ряд западных авторов (Тунман, Гаттерер) считали народ канглей, или кангаров, остатками печенегов. Константин Багрянородный писал, что три колена печенегов называли себя кангары. Кангли жили в районе Нижней Волги и Северного Прикаспия, русские называли канглей хвалисами. В «Повести временных лет» сказано: «…хвалисы и болгаре суть от дщерей Лотовых», то есть родственные народы. А вот историк Киниам говорит о халисиях, которые жили в Венгрии. Халисии были или мусульмане, или иудеи и пришли в Венгрию вместе с печенегами.

Название «кангары» близко к слову «кунгуры», но именно названия племен с таким окончанием — «уры» — выделяет угорские племена. Е. Галкина отмечает, что самоназванием главного печенежского племени было «кенгеросы», или «кангар». Обратите внимание на любопытное окончание: -росы.

Печенегов принято считать давними и злейшими врагами жителей Руси, но вот что пишет о печенегах Ибн-Хаукаль (в переводе Калининой): «Оторвалась часть тюрок от своей страны, и стали жить между хазарами и Румом, называют их баджанакийа, и не было им места на земле в прежние времена, и вот двинулись они и завоевали, и они — шип русийев и их сила». То, что печенеги названы тюрками, скорее всего, ошибка переводчика, вероятно, правильнее было бы назвать их турками, но так как в истории устоялось мнение считать печенегов тюрками, то в данном случае переводчик так и назвал их.

Что касается того, что печенеги традиционно считаются злейшими врагами Руси, то на этот вопрос все же нельзя дать однозначного ответа. Да, печенеги часто нападали на Русь, это естественно для степняков. Но и русские вожди частенько использовали силу печенегов для своих военных операций.

Согласно утверждению Геродота у скифов существовал обычай делать чаши из черепов вождей врагов. Скифами, как уже выше писалось, греки зачастую называли болгар и русов. А теперь вспомните историю о печенежском князе Куре, сделавшем из черепа князя Святослава чашу.

Как видите, многое в древней истории получает прекрасное объяснение, если печенегов принять за угорцев, а не тюрков. Но их соседи, племя торков, — точно тюрки?
Карамзин ссылается на ряд западных историков, считавших торков остатками угров и булгар. А между тем торки кочевали рядом с печенегами, и эти оба племени по ТВ родственны по языку.

Торки также считаются родственными берендеям, или по-другому черным клобукам. «Повесть временных лет» говорит о неких черных уграх. Угры — это венгры, но их часто называли и турками, тюрками. Достаточно привести слова известного французского историка Мюссе о венграх: «Греки и латиняне называли их тюрками-оногурами, для арабов они были тюрками-башкирами, наконец, для прочих они были просто тюрками или сабирами. Здесь следует напомнить читателям, что в XIII веке башкиры еще говорили на угорском языке, то есть были однозначно уграми. И их, угров, называют тюрками или турками! Ну а в нашем случае с торками мы получаем, что турк и торк — это вообще идентично.
С. Плетнева, кстати, утверждает, что торки так сильно были смешаны с печенегами, что нельзя выделить их памятники на территории южнорусских степей.

Что касается еще одного степного племени — берендеев, то восточные авторы называли берендеев байандурами (байангурами). Обратите внимание на окончание этого названия -гур-, что свидетельствует об их угорском происхождении.

Таким образом, на мой взгляд, племена торков и берендеев также можно посчитать за угорцев.

Итак, мы смогли выяснить, что причерноморские степи, Приазовье и район Волги в основном занимали угорские племена. И среди них были русы, хорошие воины и торговцы, которые получили от Хазарии право сбора дани на территории Русской равнины. Князья русов смогли создать государственное образование, объединив под своей властью все разнородные племена, получившее впоследствии название Киевская Русь. А вот как все это происходило, мы с вами рассмотрим во второй части книги.

Часть вторая

ПОВЕСТЬ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ

•От документов — к мифам•Киев ли мать городов русских?•
•Аскольд и Дир•Князья-рэкетиры•


ОТ ДОКУМЕНТОВ — К МИФАМ

«Повесть временных лет» — основной, а де-факто ЕДИНСТВЕННЫЙ источник, на котором основывается вся наша древнерусская история. Если бы «Повести...» не было, то мы знали бы об истории Древней Руси вряд ли больше, чем знаем об истории, скажем, Волжской Булгарии.

«Повесть временных лет» была составлена монахом Киево-Печерского монастыря Нестором в 1113 году и представляла собой летописный свод. В основу «Повести...» легли летописные своды XI века и различные исторические и религиозные документы и предания. На основе труда Нестора и ее дальнейшей редакции со стороны переписчиков и были составлены различные русские летописи. Так, Лаврентьевская летопись, которую, как считается, составил в 1116 году монах Выдубицкого монастыря Сильвестр, представляет собой вторую редакцию «Повести...». Третья ее редакция содержится в Ипатьевской летописи. Летопись продолжали переписывать и дополнять и дальше, в итоге появились многочисленные различные списки «Повести...».

Оригинала «Повести...», как и ранних вариантов различных других летописей, не сохранилось. Насколько правдивы все эти документы? Достаточно сказать, что академик Рыбаков утверждал, что самые интересные страницы «Повести...» были изъяты и заменены. В частности, речь шла о подмене подлинных листов на тексты о призвании варягов.
Подробно рассматривать «Повесть...» мы с вами сейчас не будем (тем более что основное содержание «Повести...» будет предметом отдельного разговора в последующих главах), а только остановимся на ряде замечаний.

1. Следует отметить, что автор летописных строк прекрасно разбирался в географии, то есть имел соответствующие источники, из которых и взял названия стран и народов. Основная привязка географических названий — Восточное Средиземноморье. Но здесь стоит задать вопрос: не слишком ли глубокими оказались эти знания у древнего монаха-летописца?

2. В начале «Повести...» автор (но кто — Нестор или более поздний правщик?) СПЕЦИАЛЬНО отмечает месторасположение варягов: в районе моря Варяжского, а оно — рядом с ляхами и пруссами. То есть однозначно получается, что море Варяжское — это Балтийское. Заметим, что месторасположение других народов, которых перечисляет автор, в «Повести...» открыто не привязано к какой-либо местности. Привязка специально сделана только для варягов.

3. В списке стран и народов русь почему-то упоминается дважды. Вначале: «В Иафетовой же части сидят русь, чудь и всякие народы: меря, мурома, весь, мордва, заволочская чудь, пермь, печера, ямь, угра, литва, зимигола, корсь, летгола, ливы». Далее: «Потомство Иафета также: варяги, шведы, норманны, готы, русь, англы, галичане, волохи, римляне, немцы, корлязи, венецианцы, фряги и прочие, — они примыкают на западе к южным странам и соседят с племенем Хамовым».

Как видите, русь оказывается как в списке жителей, населяющих восток Европы, так и среди западноевропейских племен.

4. При перечислении различных стран и народов отмечены и шесть российских рек: Днепр, Десна, Припять, Двина, Волхов и Волга. Из этого текста следует, что раз эти сведения почерпнуты автором не из каких-то письменных источников, а из собственных знаний, то получается, что он жил, скорее всего, в районе Днепра, возможно, в Киеве (или в Смоленске).

5. Летописец постоянно ошибается, называя неверно имена византийских императоров и патриархов, что свидетельствует о написании «Повести...» в более поздние времена, когда многое уже подзабылось.

К примеру, под 992 годом в «Повести...» написано, что Владимир «жил в мире с окрестными князьями — с Болеславом Польским, и со Стефаном Венгерским, и с Андрихом Чешским». Между тем чешский князь Олдржих (именно так правильно звучит это имя) занимал свой престол в 1012—1034 годах.

Академик Обнорский провел исследование договоров русов с греками 911 и 944 годов. Выводы получились любопытными: оказывается, договор 911 года пропитан болгаризмами в отличие от договора 944 года, написанного более правильным русским языком. Отсюда академик посчитал, что более ранний договор был переведен болгарином на болгарский, а оттуда уже на русский. Рассказ о событиях балканского похода Святослава, по мнению Шахматова, списан с некой болгарской хроники и вообще «Повесть временных лет» очень насыщена болгарскими источниками, когда речь идет о начальных годах истории.

Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что несмотря на то, что «Повесть...» является основным источником наших знаний о древнерусской истории, тем не менее, ей нельзя слепо доверять: некоторая часть текста представляет собой либо более поздние вставки, либо взята автором не из первоисточников, что, в свою очередь, может быть причиной неточностей в изложении исторического материала.

Помимо «Повести временных лет» о начальных годах русской истории сообщают, хотя весьма скупо, и другие источники: в первую очередь византийские, а также различные арабские, западноевропейские, некоторую информацию можно почерпнуть даже из скандинавских саг. Но помимо них есть, оказывается, и иные русские летописи.
Вот что писал Шлецер в середине XVIII века: «В 1720 г. Татищев был командирован в Сибирь… Тут он нашел у одного раскольника очень древний список Нестора. Как же он удивился, когда увидел, что он совершенно отличен от прежнего! Он думал, как и я сначала, что существует только один Нестор и одна летопись…». К сожалению, эта найденная летопись до наших дней не дошла.

Но зато сохранилась Новгородская первая летопись, написанная, как считается, после «Повести временных лет» уже в XIII веке и стоящая среди различных русских летописей особняком.

Однако анализ Новгородской летописи показал, что она сохранила предшествующий «Повести временных лет» некий летописный свод, который назван Начальным, но не дошедший до наших дней. Считается, что этот Начальный свод составлен в Киеве в конце XI века. Отсюда можно сделать вывод, что Новгородская первая летопись представляет собой один из ПРОМЕЖУТОЧНЫХ РЕЗУЛЬТАТОВ ПРАВКИ ИСТОРИИ. Все, кроме этого, каким-то образом сохранившегося, были уничтожены.

Что он содержал? В одном из вариантов исправленной истории варяги с русью не отожествлялись. Мало того, варяги, выясняется, стали называться русью только после их прихода в Киев. В Новгородской первой летописи дается расшифровка и новгородцам. Оказывается, что новгородцы — это словене, кривичи и МЕРЯ, которая никогда не относилась к региону Новгорода-на-Волхове. Напомню, что центрами мерянского расселения были Ярославль, Ростов и Переяславль (Залесский). Альтернативная версия настаивает, что именно Ярославль и был тем настоящим первым летописным Новгородом.

Следует также отметить, что переработка Начального свода в Новгородской первой летописи оказалась не совсем удачной сравнительно с работой, проведенной авторами «Повести временных лет»: слишком много несвязных строк, оборванного текста, и, что самое главное, в ней оказались крайне нежелательные отдельные куски текста, как в случае с перечислением новгородских племен.

Кстати, известный историк Шахматов считал, что не дошедший до наших дней Начальный свод 1095 года написан на основе некоего Древнейшего Киевского свода 1039 и Древнего Новгородского свода 1050 года. Он считал, что с первых страниц «Повести...» видна более поздняя переделка старых преданий о начале русской истории. А вот еще одно интересное предположение Шахматова: на основе данных Новгородской первой летописи, где отмечен приход Аскольда и Дира в Киев раньше призвания Рюрика в Новгород, историк счел возможным сказать, что русь появилась в Киеве раньше, чем варяги в Новгороде. Как близок он был к истине! (К тому, что русь южного, а не скандинавского происхождения).

По Новгородской первой летописи Олег — воевода, а Игорь — князь, который и захватил Киев. Напомню читателям, что по традиционной версии истории, слепо придерживающейся всех несуразностей «Повести временных лет», Олег захватывает Киев, неся на руках младенца Игоря.

Новгородская первая летопись сообщает, что Олег пошел в поход на Царьград в 922 году (по «Повести временных лет» Олег умер от укуса змеи недалеко от Киева в 912 году!). И гибнет он в Ладоге от укуса змеи на его пути ЗА МОРЕ. Что забыл за морем князь Олег? И вот здесь следует вспомнить хазарскую информацию о князе по имени Х-л-гу (считается, что это и есть князь Олег). Он тоже погиб, отправившись за море. То есть перед нами в Новгородской летописи прекрасный пример промежуточного варианта при правке истории: по хазарской информации, князь Олег просто погибает на пути за море, в Начальном своде Олег погибает на пути за море уже от укуса змеи, а в «Повести...» остался лишь эпизод о его смерти от укуса змеи.

Начальный свод сообщает, повторю, что Олег — воевода, а Игорь — князь. То есть, как я полагаю, Олег мог быть главным воеводой при князе Игоре. Ибн Фадлан пишет о русах, замечая, что у царя русов есть халиф, его заместитель, который и командует войсками, будучи посредником между царем и войском. Летописи нам дают еще одну связку имен: Аскольд и Дир. Не был ли таким халифом Дир при Аскольде?

Еще одно замечание. В «Повести временных лет» рассказывается о походе Олега: «Выступил в поход Олег, взяв с собою… и пришел… и принял… и посадил… Оттуда отправился вниз, и взял Любеч, а также посадил мужа своего. И ПРИШЛИ к горам Киевским, и узнал…». То есть рассказ о действиях ОДНОГО человека неожиданно сменился множественным числом. Не является употребление слова «пришли» остатком текста Начального свода? В Новгородской первой летописи Олег и Игорь действуют совместно и они действительно на пару ПРИШЛИ к Киеву. Если это так, то вполне возможно, что Игорь не был к тому времени младенцем, как это пытается представить традиционная история. Игорь вполне самостоятельная и сильная фигура в связке с Олегом.

С этим готов согласиться и известный традиционный историк Шахматов, который считает, что Олег и Игорь — самостоятельные князья, правившие соответственно в Киеве и Новгороде.

Вот что пишет Новгородская первая летопись: «И рече Игорь ко Асколду: «Вы неста князя, ни роду княжа, нь азъ есмь князь, и мне достоить княжити». Вы не князья, ни рода княжеского, но князь я, и я имею право княжить. То есть, получается, что Аскольд и Дир не были столь знатного рода, как Игорь.

Еще одно интересное сравнение двух летописей. Описывая поход Олега на греков, летописец «Повести...» перечисляет практически все племена, жившие на территории Руси, что может показаться некой натяжкой. А в Новгородской летописи при описании этого события отмечены лишь варяги, поляне, словене и кривичи, что видится более правдивым.
«И беша у него варязи и словени и прочи прозвашася русью» — так звучат слова «Повести...». Но в Новгородской первой летописи эти строки чуть иначе, но это «чуть» меняет весь смысл летописных слов: «И беша у него варязи мужи словене и оттоле прочии прозвашася русью». Здесь однозначно одно: славяне стали называться русами позднее, уже после начала ассимиляционных процессов.

Вот что говорится в «Повести...» о деятельности княгини Ольги после гибели Игоря: «…и устави по Мьсте повосты и дани и по Лузе оброки и дани; и ловища ея суть по всей земли, знаменья и места и повосты…». Современные Мста и Луга — реки, текущие по соседству с нынешним Новгородом, но не с Ярославлем. Казалось бы, что перед нами свидетельство в пользу традиционной истории, но… в Новгородской первой летописи этот текст звучал по-другому: «Иде Олга к Новугороду, и устави по Мьсте погосты и дань; и ловища ея суть по всеи земли, и знамение и места по всеи земли и погосты…». Здесь про реку Лузу ни слова. Правда, осталась река Мьста. Но почему Мьста — это река? Написание собственных имен с заглавных букв в древних летописях не практиковалось. Это слово дано с заглавной буквы только по воле редакторов, посчитавших его названием реки. Правильнее это место в летописи следует воспроизвести так: «…и устави по мьсте погосты и дань…», то есть по различным местам были установлены погосты и дани. Про реку Мсту, как видите, ни слова. Работы для правщика истории в свое время оказалось немного: только добавить несколько слов про Лузу, в сочетании с которой слово «мьста» стало рекой.

Правда, могу предложить и второй, не менее интересный вариант истолкования словосочетания «по мьсте» — от слова «месть». Смотрите сами: в летописи буквально несколькими строчками выше говорится о походе Ольги на древлян, убивших ее мужа Игоря. «И победиша древляны; и возложиша на них дань тяжку… И иде Олга… уставляющи уставы и урокы; и суть становища ея и ловища». Тогда вышеназванный вариант мог звучать и так: «Отправилась Ольга к Новгороду и, мстя, установила погосты и дань…». Под Новгородом здесь следует рассматривать Ярославль. Кстати, любопытно, что в одной книжке, написанной двумя уважаемыми историками, утверждается, что ростовское село Угодичи (а Ростов находится неподалеку от Ярославля) принадлежало княгине Ольге.

В чем провинились новгородцы, мы в отличие от истории с древлянами не знаем, но есть еще одна очень интересная зацепка. Почему-то никто на нее особого внимания не обращал.

Итак, в летописях написано: «…и воевода бе Свеньделдь, тът же отець Мьстишинъ». Кто же такая Мстиша? Уж не Ольга ли? Имена: Ольга, Игорь, Олег — родовые. Но Игорь — Старый, Олег — Вещий, а Ольга — какая? Мстящая? Кстати, в комментариях к личным именам, встречающимся в летописях, Мстиша считается мужчиной, сыном Свенельда. Возможно, это пошло с легкой руки Карамзина: «Но кто был Мистиша, летописец не сказывает: может быть, и сам не знал, взяв сие имя из какой-нибудь древней исторической сказки или песни». Здесь сразу возникает еще один вопрос: разве Свенельд был отцом княгини Ольги? Об этом в следующей главе.

Еще один интересный момент, связанный с Новгородом. События 1014 года в «Повести...» описаны так: «И так давали все новгородские посадники, а Ярослав не давал этого в Киев». Речь идет о дани. Из этого текста следует, что до Ярослава в Новгороде были посадники, но не князья. Но в Новгородской первой летописи сказано: «Все князья новгородские», а это уже, согласитесь, совсем другое. Как видите, много интересного и неожиданного может дать изучение Новгородской первой летописи. А поиск скрытой истины в летописях напоминает процесс восстановления переписанной картины, когда снимая слой за слоем, добираешься до истины.

КИЕВ ЛИ МАТЬ ГОРОДОВ РУССКИХ?

Обратите внимание на первые строки «Повести...»: «Вот повести минувших лет, откуда пошла Русская земля, кто в Киеве стал первым княжить и как возникла Русская земля». Именно «В КИЕВЕ». История других городов для автора летописных строк не столь важна, а интересна только в качестве придатка к истории Киева. Читая наши основные летописи, нетрудно заметить, что все они описывают события, основываясь на том, что Киев — географический и политический центр. И все описываемые города и реки находятся на небольшом отдалении от него. Подробное же описание событий, происходящих в Северо-Восточной Руси, начинается лишь с момента убийства Андрея Боголюбского, а это уже вторая половина XII века.

Согласно Псковской Синодальной летописи Киев был основан в 854 году. В Новгородской первой летописи под этим годом отмечено: «Начало земли Русской», далее идет рассказ о трех братьях: Кие, Щеке и Хориве.

Вот что сказано про них в «Синопсисе 1735 года»: «Старший брат Кий основал град на горе над рекою Днепром и нарек его от своего имени Киев, какого же лета, летописцы российские не пишут… Один только летописец описал основание града Киева лета от Рождества Христова четыреста тридцатого». Что же мы видим: только ОДИН летописец ПОЧЕМУ-ТО определил основание Киева V веком. Этим историком был Стрыйковский (XVI век), который, как известно, многое в своих трудах беззастенчиво выдумывал.
Тем не менее это позволило советской исторической науке объявить основание Киева именно V веком, с большой помпезностью не так уж и давно был справлен 1500-летний юбилей города. Но в последнее время согласно той же традиционной истории Киев значительно помолодел: по данным археологии, его основание смещается на конец VIII — начало IX века. Но, на мой взгляд, это не предел омоложения города, и новую дату основания — 854 год можно признать условно-правильной. Потому, что по мнению Шепарда, «археология не дает твердых указаний на существование в середине IX века в районе Среднего Поднепровья скандинавского поселения, да и вообще сколько-нибудь крупного политического центра». Далее: «Среди многочисленных образцов украшений и оружия, которые были найдены в захоронениях, ни один предмет нельзя уверенно датировать периодом ранее 900 г.».

Известный археолог и историк М. И. Артамонов писал: «К сожалению, археологические остатки города Киева IX в. остаются необнаруженными». Так что и 854 год, как новый год основания Киева, можно было бы считать подарком киевлянам. Правда, тот же Артамонов, противореча себе, отмечает, что «в районе Десятинной церкви на месте Владимирова города находился большой курганный могильник… в могильнике находятся погребения и более старого времени, по крайней мере, второй половины IX в.». То есть все вполне стыкуется с 854 годом, но уж никак не ранее.

По свидетельству английского историка, «случайные находки глиняной посуды и раскопки нескольких полуземлянок со стенами из битой глины и с очагом свидетельствуют, что какое-то поселение существовало на самом большом холме — Старокиевском, лучше всего защищенном природой». Но на громадной площади, занимаемой, скажем, современной Москвой (пусть даже на территории Кремля), тоже вполне могли найти, а скорее всего, когда-то и находили остатки каких-нибудь поселений бронзового века, но это же не повод объявить о 3—4-тысячелетнем возрасте Москвы!

Впрочем, находка двух старых монеток позволила в 2005 году помпезно справить тысячелетие Казани, которой на самом деле чуть больше 600 лет. В 1977 году Казань готовилась отметить свое 800-летие, однако в самый последний момент выяснилась неприглядная картина: по словам студентов, которые участвовали в раскопках в Казанском кремле, их заставляли приносить и подбрасывать туда монеты с другого городища, более древнего. Юбилей отменили. Зато в 1997 году нашли две другие, более старые и достоверные монетки, по поводу чего и был устроен кругленький юбилей, влетевший в еще более кругленькую сумму. И все это произошло потому, что в отделении истории РАН было специальное обсуждение, где титулованные историки единогласно проголосовали за 1000 лет Казани, да и сам этот метод датировки был признан научным открытием. Сообщу читателям, что главной из найденных двух монет была чешская монета 930 года — динарий князя Вацлава. До этой находки монет, отчеканенных при князе Вацлаве, вообще не существовало. А научное открытие историков заключается в том, что они «правильно» определили дату основания Казани — 1005 год. И главное — вовремя. Так вот удачно все сложилось: определили и тут же отпраздновали. Нехорошо, конечно, получилось, что возраст города при этом оказался занижен. Но все еще впереди: недавно татарские археологи обнаружили на территории Казанского кремля глиняную насыпь с частоколом. Возраст находки — 2500 лет! Но я сомневаюсь, наверно, все-таки 2495 лет. И совсем скоро, возможно, появится еще один замечательный повод весело потратить бюджетные деньги.

А Киеву, о котором и речь в этой главе, историки беззастенчиво приписали несколько столетий из-за находок нескольких глиняных черепков (скажем, по столетию за черепок), датировку которых никто вразумительно доказать не смог.

Академик Рыбаков, признанный патриарх исторической науки, в своих ранних работах называл VIII век временем появления городов в Южной Руси. Для районов Среднего Поднепровья возникновение городов он относил «к значительно раннему времени», но добавлял, что для такого утверждения «твердых оснований» нет, так как «археологические работы… не дали пока никаких ощутимых результатов». То есть города должны быть, но доказательства пока говорят об обратном. Почему же официальной истории так сильно требовалось хоть что-то раскопать? Да потому, что города в единственном экземпляре не возникают: если появляется один, то где-то скоро должны образоваться и другие; но если других не было, то и этот один город вряд ли был. Отсюда следует страшный для традиционных историков вывод: Киев появился намного позднее своей официальной даты.
В «Повести временных лет» говорится о дани, которую платили киевляне хазарам (речь идет о времени до 852 года). «Поляне, посовещавшись, дали от дыма по мечу, и отнесли их хазары к своему князю». Откуда еще в маленьком городке Киеве в тот период столько мечей? Археологически это ничем не подкреплено. Металлургия была хорошо развита в соседнем Вышгороде, но это уже времена княгини Ольги. Кто знает, какие строки были в первоначальной, неправленной летописи? Возможно, речь шла о дани, которую платили хазарам не киевляне, а новгородцы, то есть жители Новгорода=Ярославля. Там, в Тимереве, как раз существовало громадное по тем временам производство мечей и других предметов из железа, выплавлявшихся из остатков упавшего крупного метеорита.

В 1036 году Киев осаждают печенеги, которые «пошли на приступ, и сошлись противники на том месте, где стоит теперь церковь Святой Софии». Но это же самый центр Киева времен Ярослава Мудрого! Отсюда вывод: Киев в тот период был городком небольшим, явно не тянущим в те времена на свое 550-летие.

У Константина Багрянородного, византийского императора времен князя Святослава, Киев носит два названия: Киова и Самватас. Многие историки пытались объяснить происхождение второго названия. Так, Карамзин считал его первоосновой выражение «сама мать» (т. к. Киев — мать городов русских). Но для середины X века данная характеристика Киева явно несвоевременна (Киев еще не стал центром Руси), и, следовательно, к мнению ученого относиться серьезно нельзя.

Потоцкий считает, что Самватас происходит от слова «бот», «на котором Кий перевозил людей». Историк это производит от шведских слов sam — «вместе» и bat — «лодка». Есть также мнение, что это слово происходит от еврейского названия центра расселения еврейской общины, или, другой вариант перевода с еврейского, — «пограничная крепость».
О. Прицак выводит название Киев от имени хорезмийского военачальника на хазарской службе Ахмада бен Куйа, упоминаемого арабским историком ал-Массуди.

На Руси было несколько Новгородов, Ростовов, Переяславлей, Владимиров, Галичей. В Германии — несколько Франкфуртов. В Польше есть Краков, а в чешской Праге часть города — тоже Краков, в России есть Белгород, а в Сербии — Белград. Уверен, читатель сам подберет немало таких примеров. Поэтому вполне естественно наличие ираноязычной Хивы в Средней Азии и Хивы=Киева у сарматских, тоже ираноязычных, поселенцев на Днепре.

Недалеко от Киева находилось царское кладбище скифов. Вот что об этом пишет Карамзин: «На левой стороне Днепра, в 14 днях пути от его устья (вероятно, близ Киева), между скифами-земледельцами и кочующими было их царское кладбище, священное для народа и неприступное для врагов». Как известно, сарматы разгромили скифов и заняли их земли. Те и другие считаются ираноязычными племенами.

В одной из старых летописных легенд есть интересная история про Кия и его компанию. Согласно этой легенде Кий, Щек и Хорив были разбойниками из Новгорода. Жители города посадили их в острог вместе с их сестрой Лыбедью и с 27 приятелями и хотели повесить за разбой, но князь их пожалел и отпустил на свободу. Эти разбойники несколько месяцев шли на юг к Днепру, там Кий и основал город, куда потом с охотой шли разные бродяги.

Какой на основании этого можно сделать вывод? Аскольд и Дир (согласно «Повести...» — бояре Рюрика, они в 862 году отпросились у Рюрика для поездки в Царьград. Проезжая мимо Киева, «увидели на горе небольшой городок» и остались там), а до них и некто Кий (получивший имя по названию поселения или сам Ахмад бен Куйа, от имени которого город получил название?), выбрал Киев — окраинное поселение среди малонаселенных земель. Здесь легче было обороняться, отсюда удобно делать внезапные набеги. Это хорошо для политики слабых. А вот Олег, более сильный правитель, остановился в Смоленске — центре (именно так!) будущего Древнерусского государства. То, что Смоленск мог быть некоторое время центром Русской державы, свидетельствует анализ иллюстраций Радзивилловской летописи.

Но вернемся к личности Кия. А может, и не было никакого Кия вообще? Судите сами: «Сидел Кий на горе, где ныне подъем Боричев, а Щек сидел на горе, которая ныне зовется Щековица, а Хорив на третьей горе, которая прозвалась по имени его Хоривицей. И построили город в честь старшего своего брата, и назвали его Киев». Как часто бывает в аналогичных легендах, вполне возможно, что именно благодаря двум горам и появились братья у Кия с такими именами, а не наоборот, как утверждает «Повесть временных лет». Да и сам старший брат был ли?

На эти сомнения наводит армянская «История Тарона», написанная в VII веке и рассказывающая о трех братьях Куаре, Мелтее и Хореане. «И дал власть трем их сыновьям — Куару, Мелтею и Хорану. Куар построил город Куары, и назван он был Куарами по его имени, а Мелтей построил на поле том свой город и назвал его по имени Мелтей; а Хореан построил свой город в области Палуни и назвал его по имени Хореан. И по прошествии времен, посоветовавшись, Куар, и Мелтей, и Хореан поднялись на гору Каркея и нашли там прекрасное место с благорастворением воздуха, так как были там простор для охоты и прохлада, а также обилие травы и деревьев. И построили они там селение…».

В этой легенде имена двух братьев удивительно схожи с киевскими: Куар и Хореан, с одной стороны, и Кий и Хорив, с другой. Действия братьев в обоих повествованиях также довольно сильно совпадают: там и там братья живут в своих селениях, названных по имени братьев, а затем, соединясь, строят общее поселение на горе. Из всего этого, учитывая приоритет по времени у армянской хроники, легко сделать предположение, что армянская история была взята за основу при сочинении легенды о Кие и его братьях. Что касается сестрицы Лыбеди, то имя это тоже не славянское, как кажется на первый взгляд, а угорское. Дело в том, что в IX веке главным вождем у венгров был Леведий (или по-другому Лебедий), в честь которого была названа в те времена часть земель к северу от Азовского моря.

Впрочем, здесь есть еще одно замечание. В именах Щек и Хорив просматривается схожесть с племенными названиями чехов и хорватов (Хорив=ХРВ=Хорват). У хана Аспаруха отец носил имя Кроват или Кубрат. Что же получается: один из трех легендарных братьев — булгарский (булгары — угры) хан Кроват, а их сестрица — тоже угорка?
Обратите внимание, где построил свой город Хореан — в области Палуни, т. е., возможно, на Волыни. Как раз именно в районе Волыни отмечено расселение племени белых хорватов. Но в таком случае возникает резонный вопрос: каким образом эта легенда позднее оказалась у армян? Над этим еще стоит подумать…

В книге «Русь и Рим» Носовский и Фоменко приводят выдержку из одной средневековой хроники: «Неподалеку от Рима Ной основал город и назвал его своим именем; сыновья Ноя Янус, Иофет и Камез построили на Палатине город Яникул». Эти строки ими приведены для того, чтобы показать явную нестыковку некоторых легенд с традиционной хронологией. Но для нас они интересны другим: здесь вновь затронута тема трех братьев. Но не это важно, любопытны имена второго и третьего братьев. По своей структуре они могут быть родственны Щеку и Хориву. Иофет или Иафет = Щек? Камез или Хам = Хорив? Вот только с первым сыном — Янусом (Симом) Кий никак не стыкуется.

С чего начинается «Повесть временных лет»? С истории раздела земли между тремя сыновьями Ноя. А раз так, то и история о трех прарусских братьях Кие, Щеке и Хориве вполне могла трансформироваться в фантазиях летописца из библейской истории о сыновьях Ноя. То есть эти братья — вымысел летописца.

Кто же, если признать вымышленными Кия с братьями, до появления Аскольда и Дира имел власть в Киеве? На этот вопрос есть четкий ответ в самой «Повести временных лет». Нужно лишь воспользоваться оригиналом, а не переводом того же Лихачева. Вот у него: «И спросили: «Чей это городок?». Те же ответили: «Были три брата, Кий, Щек и Хорив, которые построили городок этот и сгинули, а мы тут сидим, их ПОТОМКИ, и платим дань хазарам».

А вот по оригиналу: «И упращаста и реста: «Чии се градок?». Они же реша: «Была суть 3 братья: Кии, Щек, Хорив, иже сделаша градоко-сь, и изгибоша, и мы седим, платяче дань РОДОМ ИХ КОЗАРОМ». Лихачев однозначно посчитал, что жители Киева — «их потомки», то есть потомки Кия с братьями. Лихачев поменял ключевые слова местами! Но из оригинала скорее всего следует как раз ПРОТИВОПОЛОЖНЫЙ ВЫВОД: жители Киева платят дань хазарскому роду-племени — «родом их козаром». То есть Кий с братьями были хазарского рода. Как видите, выводы из-за неправильной перемены слов совершенно иные.

Ясно, что Киев был важным стратегическим пунктом Хазарской державы, являясь ее западным форпостом. Известного нам со школьной скамьи знаменитого пути «из варяг в греки» не существовало. Об этом свидетельствуют и данные археологии. Согласно им в Киеве не обнаружено каких-либо ранних монетных кладов, как, впрочем, и каких-либо скандинавских комплексов находок. С середины VIII века они появляются в Ладоге, а в начале IX века в Сарском городище, близ Ростова.

Восточное серебро появляется в Киеве только в X веке. Несмотря на все старания археологов, на Среднем Днепре не найдено кладов серебра IX века, а находки серебряных монет VIII и IX веков единичны. Это свидетельствует о том, что Киев не был центром пересечения торговых путей, а жил за счет дани с окрестных племен. А это, в свою очередь, наглядно доказывает, что не было никаких предпосылок к основанию города ранее IX века.

Согласно Софийской Новгородской и некоторым другим летописям первыми жителями Киева были варяги. Но вопрос: кто эти варяги? На мой взгляд, ими были древние русы, выходцы с Тамани. Русы служили хазарскому кагану, охраняя его западные рубежи и живя за счет собираемой дани, часть которой они пересылали в Хазарию.
По «Повести...» Кий был перевозчиком, то есть занимался перевозом людей через Днепр. Был или не был некто по имени Кий, не в этом дело. Возможно, здесь все дело в профиле города: в X веке с востока шли караваны, и с них бралась дань или плата за перевоз и постой, наконец, просто за охрану. Именно такими хазарскими наместниками и были летописные Аскольд и Дир.

АСКОЛЬД И ДИР

Длугош и Стрыйковский считали Аскольда и Дира потомками Кия, причем последний ученый называл Аскольда Осколодом. Если бандит и налетчик Кий был основателем города, то Аскольд и Дир могли быть его непосредственными преемниками, такими же «рэкетирами» на службе Хазарии.

Согласно «Повести временных лет» Аскольд и Дир, приплыв к Киеву, поинтересовались ситуацией в нем, киевляне ответили: «Мы тут сидим… и платим дань хазарам». «Аскольд же и Дир остались в этом городе… и стали владеть землею полян». Здесь сразу возникает вопрос: «А что же хазары?» Если поверить во все это, то следует вывод-вопрос: не с разрешения ли самих хазар здесь остановились Аскольд и Дир, собирая для своих хозяев дань? Тем более что согласно информации патриарха Филофея Аскольд являлся «воеводой кагана».

А вот что пишет Д. Шепард в «Начале Руси»: «Земляные сооружения на Старокиевском холме являются указанием на ту степень социально-политического развития, какую можно ожидать от хазарского пункта для сбора дани».

По византийским источникам, венгерский вождь Алмуш (или Альмош) во второй половине IX века воевал с русами и осаждал Киев, при этом считается, что он это делал по велению Хазарии. Прежде всего отметим, что под этими русами следует полагать их часть, жившую в Киеве. Только вопрос в том, чьи это были русы: Аскольда и Дира или уже Олега? При первом варианте становится понятной причина нападения и убийства Олегом Аскольда и Дира с последующим захватом власти в Киеве. Аскольд и Дир, вероятно, решили избавиться от хазарской зависимости, за что и поплатились. Второй вариант не следует даже рассматривать, ибо летописный Олег не кто иной, как сам Алмуш, но об этом ниже.

Есть свидетельства более поздних летописцев о походе Аскольда и Дира на печенегов, которых они перебили, и о гибели сына Аскольда в сражении с болгарами. Итак, что мы имеем: Аскольд и Дир совершают большой поход на греков, громят печенегов, воюют с болгарами, одним словом, в их руках оказалась большая уже неуправляемая военная сила. Хазары смогли решить эту проблему только хитростью. Олег, по версии «Повести временных лет», смог выманить Аскольда и Дира из города и предательски убить их.

У Гумилева есть интереснейшее предположение. Он считал, что летописный поход на греков 907 года был приписан князю Олегу, реально же речь шла о походе 860 года. С этим вполне можно согласиться: дело в том, что дошедшие до нас византийские хроники говорят о походах русов на Византию только в 860 и 941 годах. Между этими датами никаких войн с русами у греков не было.

Ключевский в своем курсе лекций по русской истории аргументированно доказывает, что древний летописец допустил ошибку в определении даты начала правления византийского императора Михаила. Михаил III стал императором Византии в 842 году, «Повесть...» начинает временной отсчет с 852 года, «когда начал царствовать Михаил». Ошибка в 10 лет. Но именно к началу его правления привязаны первые даты событий русской истории: призвание варягов, походы Аскольда и Дира и т. д. А раз так, то Рюрик становится еще старше, чем в летописях, и теперь уже однозначно он не мог быть отцом столь юного Игоря. Хотя здесь следует задаться вопросом: а был ли вообще Рюрик? И об этом мы также поговорим в следующей главе.

Ну а пока Олег убивает Аскольда и Дира — правителей Киева. Их хоронят, но в разных местах. По законам логики их должны были похоронить или в общей могиле, или по соседству. Из этого факта можно сделать предположение, что убийство Олегом Аскольда и Дира, описанное в летописи, возможно, не более как легенда, возникшая из того, что в Киеве издавна были могилы неких Аскольда и Дира, которых и «пристроили» к древнерусской летописи. Впрочем, христианина Аскольда могли похоронить раздельно от язычника (или иудаиста?) Дира. Какой же вариант истории более реален, сейчас уже, к сожалению, не определить: слишком много прошло времени, а правдивыми источниками мы не располагаем. Поэтому нам остается только строить различные предположения.

Аскольд, вероятно, был христианином (за сто с лишним лет до крещения Руси!), так как в Иоакимовой летописи сказано: «Блаженный же Оскольд предан киевляны и убиен бысть, и погребен на горе, иде стояла церковь Святого Николая, но Святослав разруши ее». Итак, Аскольд характеризуется эпитетом блаженный, что вполне может свидетельствовать о его христианском вероисповедании. Вопрос лишь в том, каким именем он был окрещен. Вероятно, это имя — Николай, так как в «Повести временных лет» читаем: «И убили Аскольда и Дира, отнесли на гору и погребли Аскольда на горе, которая называется ныне Угорской, где теперь Ольмин двор; на той могиле Ольма поставил церковь Святого Николы». Исходя из этих строк можно предположить, что церковь была специально воздвигнута в память Аскольда, а раз так, то христианское имя Аскольда — Николай. И еще: упомянутый Ольма тоже мог быть христианином.

О крещении русов в 60-х годах IX века сообщает современник тех событий патриарх Фотий. Это произошло примерно в 866 году. Единственный вопрос, который остается спорным: о каких русах шла речь? Это могли быть русы Тамани, Киева, Новгорода. Против первого варианта вроде бы говорят слова Фотия о вторжении русов в 860 году в Византию: «Откуда нашла на нас эта северная и страшная угроза? Народ вышел из страны северной… племена поднялись от краев земли… народ, где-то далеко от нас живущий». Но Фотий говорит и такое: «Напавшие на нас отделены столькими странами и народоправствами, судоходными реками…». Если он не знает, откуда появились напавшие на византийцев русы, то в этих строках он себе как раз противоречит, демонстрируя информированность о них.

А теперь сравните слова Фотия с летописными словами о событиях 1224 года: «Не знаем, откуда приходили на нас эти злые татары Таурмени и куда опять делись». Очень схоже, и на страницах этой книги можно убедиться, мягко говоря, в лукавстве авторов этих строк.

Но, вернемся к событиям 60-х годов. Считается, что русов крестили Кирилл и Мефодий, создатели славянской азбуки. Но миссионерскую деятельность в это время они вели в районе Крыма. Из всего этого может следовать, что Аскольд и Дир пришли в Киев из района Тмутаракани. Археологические раскопки подтвердили значительное количество христианских погребений в Киеве в этот период. Знаменитое языческое святилище, устроенное князем Владимиром, стояло на месте христианского храма, остатки которого также были найдены археологами.

Эти факты вступают в противоречие с тем, что русы X века в своей массе были язычниками, вспомним хотя бы воинов князя Святослава. Но противоречий здесь нет. Дело в том, что русы так называемого Рюрика ушли из Тамани на север в Поволжье еще до таманского крещения и оставались в своей массе язычниками.

КНЯЗЬЯ-РЭКЕТИРЫ

Давайте рассмотрим договор 906 года Олега с Византией: «И заповеда Олег дати воем… уклады на рускыа грады: первое на Киев, та же на Чернигов, на Переяславль, на Полотеск, на Ростов, на Любечь на прочаа городы; по тем бо градом седяху велиции князи, под Олгом суще». В сокращенном современном переводе: «И приказал Олег… дать дань для русских городов… ибо по этим городам сидят великие князья, подвластные Олегу». В этом договоре Олег потребовал от Византии дани для подвластных ему князей. А вот строки из более позднего договора Игоря с теми же греками: «Мы от рода русского послы и купцы (длинный список имен), посланные от Игоря, великого князя русского, и от всякого княжья». Из всего этого следует, что в подчиненных великому князю городах сидели князья-наместники, однозначно из знати русов, а некоторые были родственниками великого князя — Рюриковичами.

Как трактует традиционная история приведенную фразу из договора Олега: Киев — столица Олега, а в Чернигове и других городах правили его наместники. Но из летописных строк видно, что Киев стоит первым в списке городов, где правят Олеговы НАМЕСТНИКИ, таким образом, в 906 году Киев не являлся столичным городом. В этом списке есть небольшой Любеч, но нет Новгорода и Смоленска. И это не случайно. Новгород — первая Олегова столица, и он остался «центральным» городом, когда столица русов переместилась в Смоленск.

Тверской летописец под 865 годом утверждает, что Смоленск в IX веке был «вельми крепок и мног людьми», а Киев в 862 году согласно «Повести временных лет» был маленьким городком. В курганах близ Смоленска обнаружены арабские и среднеазиатские монеты, много железных и гончарных изделий, но орудий производства при раскопках НЕ НАЙДЕНО, правда, недалеко в стороне было раскопано большое ремесленное поселение, где найдены тигли и литейные формы.

Громадный археологический комплекс в Гнездово под Смоленском насчитывает около четырех тысяч курганов. При этом доля курганов IX и начала X века составляет всего 6%. Пик захоронений приходится на середину X века — 57%. Именно в это время появляются большие курганы, принадлежащие военной знати. В начале XI века этот комплекс приходит в запустение, потому что столица к тому времени переместилась в Киев.

Как государство Киевская Русь в X веке еще не существовала. Были Киев, Новгород=Ярославль, Смоленск и другие города, где жили князья с дружинами, которые просто собирали дань с окрестных племен, не вмешиваясь в их внутренние дела. В этом вы можете убедиться сами: сквозь всю «Повесть временных лет» постоянно проходит информация о покорении тех или иных племен с единственной целью — сбора дани. Даже еще в 1014 году, когда Киев окреп и стал претендовать на роль матери городов русских, государства как такового не существовало. Вспомните, в этом году Ярослав, княживший в Новгороде, отказался поставлять собираемую дань в Киев, за что Владимир собрался идти на него походом. Дань, собираемая князьями, была лишь внешним побором, но никак не внутригосударственным налогом. А первые князья на Руси (IX—X) раздавали своим сыновьям и воеводам вовсе не земли, им всецело не принадлежавшие, а доходы с этих земель, а это, согласитесь, вещи разные.

И только в начале XI века на Руси стали складываться определенные государственные структуры, довольно специфические. Примечательно, что именно в этот период сеть военных поселений близ стольных городов отмирает.

Не потому ли это произошло, что в конце X века Владимир раздал города в удельное правление своим сыновьям? Клан Рюриковичей полностью утвердился на Руси, верхушка военной знати, такие, как Свенельд или Туры, потеряла свою независимость и значимость. Рюриковичи стали рассматривать подвластные земли не как полученные временно, «в аренду», а как свою собственность. И уже можно было не получать ежегодную дань «за крышу» с племен, а уже владеть городами и землями, рассчитывая на длительную перспективу.

К примеру, Киев, основанный как поселение хазарских «рэкетиров», вырос, и военная администрация переместилась в соседний Вышгород. В середине X века Вышгород стал постоянным местом жительства княгини Ольги. Именно сюда шла часть собираемой дани. Раскопки Вышгорода показали, что это была мощная крепость с хорошо развитым оружейным делом и металлургией.

Окончательно система даней с подвластных территорий завершилась со смертью князя Ярослава. Об этом, кстати, недвусмысленно говорится в «Повести...»: «…Олег… установил дани… и установил варягам давать дань от Новгорода по 300 гривен ежегодно ради сохранения мира, что и давалось варягам до самой смерти Ярослава». Но опять же после смерти Ярослава единого государства по-прежнему не существовало, а был конгломерат феодальных раздробленных княжеств. При этом если Киев постоянно переходил из рук в руки по старшинству внутри всего клана Рюриковичей, то в других землях стали постепенно складываться отношения собственности уже отдельных ветвей Рюриковичей на полученные в свое время в удел земли.

#6 Пользователь офлайн   АлександрСН 

  • Виконт
  • Перейти к галерее
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Раскрыть информацию
  • Группа: Виконт
  • Сообщений: 1 796
  • Регистрация: 29 Август 11
  • Пол:
    Мужчина
  • ГородКемерово
  • Награды90

Отправлено 21 Январь 2012 - 20:14

ПЕРВЫЕ РЮРИКОВИЧИ

•Рюрик•Олег•Игорь•Святослав•Выбор веры•
•Ярополк, Олег и Владимир•


РЮРИК

Историю вершат люди, они же ее частенько и искажают. Разобраться в событиях далеких лет, вникнуть в действия и характеры персонажей истории — значит понять суть исторических процессов, происходивших в те времена. В этой главе мы с вами подробно рассмотрим первых князей-Рюриковичей, начиная с загадочного основателя династии князя Рюрика. И хочу предупредить вас, читатели, что персонажей в этой главе будет много, поэтому будьте внимательны и терпеливы, чтобы уследить за каждым.

Основателем династии Рюриковичей считается легендарный князь Рюрик. О его происхождении написано много. Некоторые историки отказывают Рюрику в существовании, а целый ряд исследователей ищут следы Рюрика в европейских хрониках. Многие склоняются к тому, что наш Рюрик — это Рорик Ютландский, сын датского конунга Хальвдана. Он стал правителем Фрисландии (современная Голландия) еще в тридцатых годах IX века. Однако такие выводы сделаны лишь на основании схожести имен. Но как этот Рорик оказался на Руси в 962 году, спустя несколько десятилетий? Об этом нет никаких документальных свидетельств, а его происхождение по матери от новгородского старейшины Гостомысла не более, как авантюрное предположение современных исследователей.

«Повесть временных лет« рассказывает о трех братьях — Рюрике, Синеусе и Труворе, пришедших княжить на Русь. Однако на страницах этой книги уже отмечалось, что Синеус и Трувор не имена, а неточный перевод выражений: «свои родичи« и «верная дружина». Следовательно, вся эта летописная вставка является подделкой, основанной на неких западноевропейских источниках о каком-то Рорике (или Рюрике), захватившем власть на Руси.

Давайте откажемся от сомнительных проскандинавских версий наших историков-фантазеров. Был ли вообще Рюрик и если был, то кто он? Для ответа на этот вопрос выстроим цепочку исторической информации. Естественно было бы предположить, что в наши летописи эта информация попала с Запада (иначе откуда неправильные переводы выражений «sine use» и «tru war»?), и в ней говорилось о событиях на Руси. Но можно также предположить, что она была занесена на Запад с территории некоего государства. Вот цепочка этой информации: …(?) — Запад — Русь. А вот имя главного героя: …(?) — Roric — Рюрик.

Имя Рюрик впервые появляется среди княжеской династии в середине XI века. Первым, кто носил это имя (естественно, не считая первого Рюрика из IX века), был правнук Ярослава Мудрого по линии его первого сына Владимира, умершего в 1052 году. Учитывая, что сын этого Владимира, то есть отец Рюрика князь Ростислав умер в 1065 году, а сам Рюрик — в 1094, то рождение Рюрика Ростиславича можно отнести примерно на пятидесятые годы XI века, именно на тот период, когда началась создаваться русская летописная история. В созданной летописи появился первый Рюрик, основатель правящей династии, и в его честь стали раздаваться имена потомкам. Впрочем, таких в истории было всего двое или трое.

И нас, конечно, интересует имя первого русского князя, отца Игоря и деда Святослава. Рюрик ли? Осмелюсь предложить иную гипотезу: Борис! Борис — древнебулгарское родовое имя. Имя Борис означает — посвященный священному зверю, небесному Бару. Мавро Орбини называет преемника хана Аспаруха Буричем: Burisc. Имя Борис считается одним из династических болгарских имен. В «Повести временных лет» матерью Бориса и Глеба была болгарыня.

А булгары — близкородственное русам угорское племя. Историки отмечают, что «Повесть временных лет» буквально пропитана болгаризмами, когда речь идет о начальных годах летописи.

Если альтернативная версия права, то одним из исторических названий русов окажутся барсилы. А барсы, леопарды, или тигры, были у русов тотемными животными. В. Щербатов писал: «В языке хаттов, населявших Малую Азию пять-шесть тысяч лет назад, можно найти корень -рас- или -раш- в слове «леопард». Вспомните, как древний летописец описывал князя Святослава: «…и быстрым был, словно пардус». Любопытное сравнение. Но барсы на Восточно-Европейской равнине не встречаются, а вот рыси — да.

Согласно сведениям Свидаса скифы издревле использовали в войсках атрибутику — знамена. Знамена известны у целого ряда кочевых объединений, например, у тюрков (если, конечно, это тюрки, а не угры) — знамена с волчьей головой. Если предположить, что древние русы имели нечто наподобие стягов, то изображение барса на них вполне вероятно. Но для славян и финно-угорских племен, не видевших ранее барсов и столкнувшихся с отрядами русов, это было, скорее всего, изображение знакомой им рыси. Отсюда возникает еще одна интересная связка: «русичи» — «рысичи». Именно так могли называть людей, имевших стяг с таким изображением. И еще. Древние русы жили в тесной связи с хазарами. У Ибн-А'сама сын кагана назван именем Барсбик. У других арабских авторов некоторые сыновья каганов назывались именем Барджиль. А одно время Хазарией правила некая Парсбит. При переходе -п- в -б- это имя звучит как Барсбит. Итак, все эти имена начинаются с -бар-. А священному зверю, небесному Бару, как раз и посвящалось имя Борис.

Напомню, читатель, мы идем по цепочке информации: …(?) — Европа — Русь. Предполагаемая цепочка имени теперь такова: Борис — Boric (Roric) — Рюрик. Борис при переводе с некоего древнерусского текста или иного славянского и написанного на кириллице трансформировался в латинское Boric. Ошибка в последней букве не случайна: в написанном кириллицей имени только вторая и последняя буква имеют аналоги в латинском алфавите, тем более что буква -о- и в кириллице, и в латинском алфавите произносится одинаково. Поэтому естественно предположить, что переводчик их автоматически сохранил и в новом тексте. Но транскрипция имени в таком переводе стала уже несколько иной. Ну а затем при другой переписке из первой буквы исчезла нижняя завитушка, и Boric стал читаться как Roric — имя привычное на Западе. Причем эта завитушка могла потеряться преднамеренно: переписчик трансформировал имя Boric в более привычное на Западе имя Roric. Как видите, доказательства такой мутации имени Борис в Рюрик в определенной мере убедительны, следовательно, предлагаемая гипотеза имеет право на существование.

Однако при принятии этой гипотезы далее вытекают новые выводы на основе новых фактов. Дело в том, что только что «приобретенный» Россией князь Борис (Рюрик) должен ее покинуть и …проследовать в Болгарию. Именно там с 852-го по 889 год правил хан, или по-другому — князь, по имени Борис. А учитывая, что «Повесть временных лет» буквально насквозь пропитана болгаризмами в рассказах о начале русской истории, следует неожиданный, но естественный вывод, дающий полностью искомую цепочку информации о Рюрике: Болгария — Запад — Русь.

Однако вспомните, как был назван Борис у Мавро Орбини: Burisc, т. е. Бурич, а также учтите, что болгары также писали на кириллице. Давайте рассмотрим и этот вариант транскрипции имени болгарского князя. Итак, вот новая цепочка появления имени Рюрика на Руси: Бурич — Burisc=Ruric — Рюрик. Стоит только потеряться маленькой завитушке из первой буквы, как Бурич (Борис) легко становится Рюриком! Причем эта завитушка могла потеряться преднамеренно, превратив более сложное для западного слуха имя в более благозвучное. Мы же сделаем вывод, что не было никакого древнего Рюрика на Руси, он всего лишь фантом болгарской истории.

Единственное, что еще хотелось бы заметить, это то, что практически совпадают даты в русской и болгарской истории. Согласно «Повести...» Рюрик был призван в 862 году. Но в предыдущей главе мы отметили факт смещения дат на 10 лет из-за неправильного датирования начала правления императора Михаила. Если учитывать данное обстоятельство, то получится, что Рюрик был призван в 852 году. Борис из болгарской истории становится ханом тоже в 852 году! Таким образом, даты начала княжения Рюрика и Бориса полностью совпадают!

Что касается легендарного Гостомысла, то он такая же ВЫДУМКА, как и Рюрик, взятая из зарубежного источника. Согласно древней Иоакимовской летописи, на которую ссылается Татищев и которая не сохранилась, Гостомысл был князем у славян, а его дочь Умила была матерью Рюрика. После смерти Гостомысла и явились на Русь Рюрик с братьями. Однако практически все историки солидарны в том, что Гостомысл — вымышленный персонаж.

В Фульдских анналах, которые созданы, как считается, в конце IX века, говорится о походе восточнофранкского короля Людовика Немецкого в 844 году на славянское племя ободритов. Во время этого похода ободриты лишились своего короля Гостомысла — rex Gostomuizli, а их земля оказалась поделенной между князьями — per duces. Не правда ли, удивительнейшее совпадение реальной европейской истории со сведениями Иоакимовской летописи? В этой летописи говорилось, что Гостомысл поехал из Новгорода в Колмогард. Что ж, это еще одно свидетельство того, что первоначальные материалы для русской летописи были взяты из западноевропейских источников. Из них-то древний монах и почерпнул название Колмогард, которое на западе, между прочим, означало… Новгород. Не зная этого и чтобы привязать Гостомысла к русской истории, он и вписал в свою историю город Новгород. Вот и получилось, что Гостомысл отправился из Новгорода в Новгород.

Известный русский историк Шахматов доказал, что «Повесть временных лет» — одна из более поздних версий летописных сводов, не дошедших до наших дней. На основе «Повести...» он реконструировал первоначальные варианты этих древних сводов. Так вот, о княжении Рюрика, тем более о его братьях, не говорят ничего своды ни 1039, ни 1050 годов, как и то, что Игорь был сыном Рюрика. Это появилось только в своде 1095 года. Древнейший русский свод 1039 года обошел вниманием и Гостомысла и призвание варягов. А Олег, Аскольд и Дир, по этому своду, были полноценными князьями. Свод 1095 года, по мнению Шахматова, политически подправил трактовку русской истории. Во главе Руси стояли люди одного княжеского рода, которым нужна была хорошая родословная. Для них требовался исконно единственный легитимный княжеский род, поэтому все остальные князья были объявлены самозванцами (Аскольд, Дир) или воеводами, как Олег. Чтобы как-то объяснить слишком значимую роль Олега, Игорь (настоящий родоначальник династии Рюриковичей) был объявлен еще малолетним. А выдуманный Рюрик, точнее, переписанный из каких-то западных источников, стал его отцом.

Я понимаю, что для некоторых читать эти строки неприятно: я лишаю всех нас самых древних русских исторических персонажей — Гостомысла, Рюрика с братьями. Но как ни горько это, надо признать: история не сохранила для нас самые древние страницы нашего прошлого. Но для Европы ситуация еще хуже: книги Фоменко и Носовского, Валянского и Калюжного лишают их красивой истории Древней Греции и Рима, Вавилона и Иерусалима. Может быть, поэтому-то в Европе так прохладны к трудам этих исследователей?

ОЛЕГ

В «Кембриджском документе», написанном бежавшим в Византию безымянным евреем, рассказывается о войне, в которой принимали участие Хазария, Византия и Русь. Действие происходит во время правления императора Романа (920—944 годы). Роман натравил царя Руси по имени Х-л-гу (т. е. Хельги=Олег) на хазар. Х-л-гу захватил хазарский город С-м-к-рия. В ответ хазары напали на греческие (т. е. византийские) города, а затем направили против русов большое войско под командованием Песаха. Он освободил хазарский город и вторгся в Крым, разоряя греческие поселения. Далее Песах пошел к Киеву и обложил город данью. Победив русов, хазары заставили их пойти против греков. Но греки в конечном итоге разгромили русов, а Х-л-гу, не решаясь вернуться на родину, ушел морем в П-р-с, где и погиб.

Эти события, изложенные в «Кембриджском документе», историки трактуют следующим образом. В 939 или 940 году русы захватили хазарский город Самкерц, который ученые отожествляют с Тмутараканью. Такой подход вполне объясним для сторонников норманнской теории происхождения русов: Тмутаракань — это чужой как для русов-варягов, так и для славян город, и когда-то, в X веке, русы его захватили, присоединив к владениям Киевской Руси. Но, на мой взгляд, С-м-к-рия или С-м-к-р — это Саркел (город-крепость на Дону, его по-славянски еще называли Белая Вежа). Косвенным подтверждением этому может быть то, что город С-м-к-р считается хазарской крепостью. А то, что город Тмутаракань, оказывается, назывался еще и Самкерцем, то это уже фантазии наших историков. Был город Корчев, ныне Керчь, но он был на другом берегу, уже в Крыму.

П-р-с отожествляют с Персией, но это могла быть также и Пруссия, и Переяславль, и какое-нибудь Порусье. П-р-с может оказаться и легендарной Арсой. По АВ Арса была расположена в Верхнем Поволжье, и речной путь до нее был самым удобным. Это к тому, что Х-л-гу ушел морем, т. е. водным путем. Но все-таки можно остановиться на варианте с Персией как наиболее реальном.

Анализ «Кембриджского документа» показывает, что в его основу были положены различные хазарские и мусульманские документы, а сам поход Х-л-гу мог быть известным походом русов на Каспий в 913 году. Если это так, то мы получим убедительную причину того, почему Олег не вернулся домой.

По сказочному преданию Олег умер от укуса змеи в 912 году, а этот поход русов состоялся в 913 году. Напомню, что большое войско русов по договоренности с хазарами было ими пропущено вниз по Волге на Каспий. На его юго-западных берегах русы грабили местных жителей несколько месяцев. По окончании набега русы были встречены хазарскими мусульманами, которые вероломно на них напали, желая отомстить за набег на своих единоверцев. Русы были разгромлены, около пяти тысяч их прорвались вверх по Волге и ушли в сторону Волжской Булгарии, где они и были полностью истреблены булгарами. Не погиб ли Олег именно в этом походе? По крайней мере, это менее фантастично, чем рассказ о змее, выползшей из черепа коня. То есть вполне возможно, что Олег в 912 году для Руси «умер», уйдя в дальний поход на берега Каспия. А эпизод со змеей был взят из скандинавских саг. В одной из них вещунья предсказывает некоему Орвару Одду смерть от его любимого коня. Конь умирает, а Одд идет на его могилу, где и погибает от укуса ящерицы, выползшей из черепа коня. Скандинавское влияние на Руси во времена Ярослава Мудрого было очень сильным. Этот эпизод, так же как и последующий рассказ о сжигании княгиней Ольгой древлянских послов в бане (обычная казнь для скандинавских саг), был вставлен в летопись, скорее всего, уже при сыновьях Ярослава.

Впрочем, почему-то до сих пор никто не рассматривал вариант, по которому Олег, возглавлявший этот поход, и его войско не были в 913 году перебиты булгарами, а наоборот, русы разбили булгар и… остались жить в их землях. Это вполне в их духе. Тридцать лет спустя русы таким же образом пытались закрепиться в азербайджанском городе Бердаа, но там попытка не удалась. Не является ли булгарский царь Алмуш, о встрече с которым в 922 году писал араб Ибн-Фадлан, русским Олегом? Олег=Олем, Альм, Альма=Алмуш. Без огласовок ЛМ=ЛМШ?

Этот Алмуш в начале Х века сосредоточил в своих руках право сбора хазарской дани и стал объединителем булгар (близкородственное русам племя) в единое целое. В 922 году он принял ислам для получения поддержки багдадского халифа, по крайней мере, есть такая точка зрения. Халиф должен был запретить мусульманам из хазарского войска воевать против своих единоверцев-булгар.

Араб ал-Марвази и перс Мухаммад Ауфи сообщают, что после принятия в 912 или 913 году христианства русы позднее решили от него отказаться и принять ислам. С этой целью ими было отправлено посольство в Персию, и вскоре все русы стали мусульманами. Правитель русов носил титул Буладмир.

О том, что булгарский царь недавно принял ислам, говорит и Ибн-Фадлан, в 922 году посетивший Волжскую Булгарию.

В анонимной географии конца Х века «Худуд ал-алам» за исток Атила (т. е. Волги) традиционно принята Кама (кстати, и сегодня называемая татарами и башкирами — Идель), а Верхняя Волга считалась ее притоком. Этот приток назван Русской рекой, которая начинается в землях славян и течет на восток через земли русов и, наконец, впадает в Атил. Отсюда получается, что булгарские земли населяли русы. Почему в этой анонимной географии волжских булгар отожествили с русами? Булгары — близкородственное русам угорское племя, а царем у булгар в начале Х века по предлагаемой версии был Олег (или по-другому Альмош) из рода русов.

В Новгородской первой летописи мы видим странные даты: поход Олега на Царьград отмечен 922 годом (т. е. Олег оказывается живым), но, по византийским источникам, этот период в отношениях Византии с Русью был мирным. На основе последнего факта Прицак считает, что князь Олег правил в 20-е годы десятого столетия, а Игорь захватил Киев в 30-е, до этого обосновавшись в районе Тмутаракани.

Но та же Новгородская первая летопись называет Олега воеводой князя Игоря. По его роли в государственных и военных делах правильнее было бы назвать Олега главным воеводой, правой рукой князя.

Как видите, ситуация с князем (воеводой) Олегом чрезвычайно запутанна, найти правильный ответ уже становится практически невозможно. Любые объяснения и предположения не могут претендовать на роль истины. Возможно, чуть позже, когда появятся какие-либо новые сведения, тщательный анализ всех имеющихся фактов позволит приблизиться к более-менее вероятной картине того, что представлял собой князь Олег. Тем не менее попробую высказать гипотезу, которая также имеет право на существование.

Олегов как таковых было два. Первый — венгерский вождь Альмош, или Олем по древнерусским летописям, он же будущий булгарский царь Алмуш. Именно он захватил примерно в 882 году Киев, убив при этом правителей города, которыми могли быть Аскольд и Дир. Последние правили городом с подачи хазар и две трети (впрочем, может быть, только треть, другую часть оставляя лично себе) собираемой дани отправляли в Хазарию.

Альмош был соправителем главного венгерского вождя Леведия. Сын Альмоша Арпад, основавший первую династию венгерских королей, как соправитель Курсана в конце IX века завоевывает Паннонию, где и обосновались венгерские племена. Сам Альмош в Паннонию не пошел, а остался править обширными землями будущей Руси.

В 913 году Альмош с войском идет в каспийский поход, но на обратном пути их подстерегают хазарские мусульмане, преграждая им дорогу на запад. С остатками войск на своих кораблях Альмош поднимается вверх по Волге, направляясь к Новгороду=Ярославлю, по дороге побеждает булгар на их землях и остается в новой завоеванной стране как ее правитель. Новое место ему должно было понравиться, именно через Булгарию шел оживленный торговый путь от Новгорода=Ярославля в Хазарию. Через несколько лет он принимает мусульманство, и именно он известен на Востоке под именем Алмуша (или, по другим источникам, — Ламуша), будучи булгарским царем.

Захват Киева и убийство Аскольда и Дира, а также выдуманный эпизод о смерти от укуса змеи и были «списаны» в «Повести...» с биографии Альмоша.

Второй Олег, собственно, и был Олегом — это соправитель князя Игоря, или его воевода угорского племени русов. Венгры и русы — близкородственные племена, вполне возможно, что это один и тот же народ. Игорь правил в Тмутаракани, родине русов, или был там кем-то наподобие наследного принца. В 941 году Олег возглавлял войско в походе против Византии. В этом походе принимал участие и Игорь.

По свидетельству Ибн-Фадлана, у князя русов есть наместник, «который предводительствует войском, воюет с неприятелями и заступает его место для подданных». То есть у русов была практика правления двух вождей: князя и его воеводы. Аналог этому обычаю мы видим у венгров. История донесла до нас пары венгерских вождей: Леведий и Альмош, Курсан и Арпад (сын Альмоша). Любопытно изображение на печатях родового знака Рюриковичей (Игорь — Рюрикович) — на них изображен двузубец, возможно, как древний символ системы двух вождей.

Одним из дружинников Олега, вероятно знатным, был молодой Свенельд. Из похода Свенельд привез жену — болгарку, дочь от этого брака была названа в честь Олега Ольгой. (Это по АВ). Когда она подросла, то стала женой уже постаревшего князя Игоря. В 1888 году архимандрит Леонид в статье «Откуда была родом св. великая княгиня русская Ольга» сообщал, что согласно историческим документам XV века он нашел, что Ольга была родом из болгарских князей. В предыдущей главе уже говорилось, что Свенельд был отцом некой упоминающейся в летописи Мстиши, под которой я могу предположить княгиню Ольгу.

О том, что русы, возвращаясь из походов, везли с собой жен и наложниц, может свидетельствовать хотя бы тот факт, что, по утверждению Льва Диакона, Святослав при высадке на пустынный берег при возвращении из последнего болгарского похода приносил жертвы богам младенцами. Однозначно, что этими младенцами могли быть только дети, рожденные от захваченных в плен женщин. Известно, что во время похода Святослава на Дунай в числе пленников была привезена «греческая» монахиня, которая была взята в жены сыновьями Святослава Ярополком и позднее Владимиром и от которой родился Святополк Окаянный. Но это по ТВ, а альтернативная версия все же сомневается в ее браке с Ярополком.

Захватив в 940 году хазарский Саркел, русы потерпели поражение от хазарского военачальника Песаха и принуждены были им напасть на Византию. Эти события в «Повести временных лет» были опущены, но сохранилось описание похода Игоря на греков. Однако Олег уже не упоминается, это и понятно: летописцы просто заменили Олега, который по «Повести...» давным-давно уже погиб, на Игоря.

В самом деле, было бы странно, что князь Олег, давным-давно погибший от укуса змеи, вдруг возглавил поход на Византию (т. е. на греков).

Согласно летописям греки одолели русов с помощью огня. Это же подтверждено и в еврейско-хазарской переписке: Хельги воевал четыре месяца на море против Кустантины (это Константинополь), но его богатыри погибли от огня македонян. Из похода вернулись немногие, лишь те, кто шли конными вдоль моря. Естественно предположить, что князь Олег возглавлял морские силы русов, полностью уничтоженные, а князь Игорь — их конные войска, которые как раз и уцелели. Таким образом, Игорь после смерти Олега становится единоличным правителем русов.

В «Повести временных лет» поступки этого Олега нашли отражение в рассказе о походе Олега на Царьград и в сообщении о заключении договора русов с греками.

Через два года русы, без сомнения с согласия хазар, направились через Каспийское море в Закавказье, где за-хватили город Бердаа. Здесь они попытались прочно обосноваться, но начались эпидемии, а в одной из стычек они потеряли своего вождя и в 944 году ушли обратно. Этим убитым вождем был, скорее всего, сын Игоря по имени Улеб, которому Игорь и поручил возглавить поход.

В Никоновской и некоторых других летописях сказано, что в 1032 году какой-то Улеб из Новгорода ходил на Железные врата, и многие новгородцы погибли в этом походе. Железные врата — это Дербент на западном побережье Каспия. О походах русов на Дагестан и Ширван писали различные арабские историки. По их сведениям, эти походы были в 912 и 944 годах. Возможно, речь идет об одном и том же походе 944 года. Во главе русских войск, вышедших из Новгорода=Ярославля, и стоял князь Улеб, старший сын Игоря.
Ярославль уже тогда стал местом княжения старших сыновей вождей русов.

Итак, Игорь стал единоличным правителем русов. К моменту его известного по летописям похода на Византию в 944 году у него оказалось два наследника, почти ровесники: сын Святослав и внук от старшего сына Владислав, или по-другому Володимерь — Владимир. И еще был племянник — тоже Игорь. Этот Игорь, скорее всего, был сыном погибшего Олега. В таком случае в летописи племянником он мог быть назван по двум вариантам: или Олег был женат на сестре Игоря, или же Игорь и Олег как вожди русов кровно породнились, признав друг друга братьями. Такое в те времена было не редкостью. Впрочем, прийти к истине в этом вопросе уже невозможно за давностью лет и почти полным отсутствием источников информации.
Практически все исследователи начальной русской истории отмечают весьма несуразную картину, которую нам дает традиционная история, связки Рюрик — Игорь. Игорь рождается у явно старого Рюрика, к тому времени уже потерявшего младших братьев Синеуса и Трувора, но и сам Игорь с Ольгой дают рождение наследнику Святославу в свои старческие годы. Действительно, согласно летописям Святослав родился, когда Игорю было около 60 лет. Правление Игоря началось после смерти Олега в 913 году (Олег умирает в конце 912 года), однако с 915 по 941 в летописях об Игоре нет никаких упоминаний.

Неужели на эти ляпсусы не обратили внимания первые летописцы? Что, скажем, стоило им объявить Олега сыном Рюрика, а Игоря сыном Олега? Это было очень удобно, отпали бы многие натяжки в летописи, в частности, в длительных сроках их жизней. Но этого не произошло. Причина, скорее всего, в том, что Олег никак «не вписывался» в отцы Игорю. Да и сообщить всем, что Владимир не был сыном знаменитого князя Святослава, а был его племянником-соперником (да, АВ в цепочке Рюриковичей: Игорь — Святослав — Владимир заменяет Святослава на Улеба — об этом чуть ниже), вступившим в непримиримые отношения с ним, летописцы не могли. Впрочем, еще одной важнейшей причиной было то, что Святослав правил в Киеве, городе летописцев, а Владимир, от которого и пошли все Рюриковичи, был исконно новгородским князем, а следовательно, приоритет в извечном споре между этими двумя городами пришлось бы отдать Новгороду=Ярославлю.

Давайте подытожим. Под именем Олега в «Повести временных лет» отражены поступки двух человек: венгерского князя Альмоша и князя (воеводы) русов Олега. Князь Игорь имел отношение именно ко второму из них. У Игоря было два сына: старший — Улеб и младший — Святослав.

ИГОРЬ

Согласно «Повести временных лет» князь Олег погибает осенью 912 года. И уже под 913 годом «Повесть...» сообщает о первых самостоятельных поступках князя Игоря, сына Рюрика. Но давайте зададимся вопросом: что такое «Игорь» — имя, прозвище, титул, племенная принадлежность? Ответ на этот вопрос все может кардинально изменить. В договоре Игоря с греками (945 год) четвертым в списке шел его племянник, тоже Игорь. Если Игорь не имя как таковое, а определение племенной принадлежности к уграм (иГОРь=уГОР?) или титул, то Игори 913 и 941 годов — разные люди. Единственное, что можно утверждать: Игорь 941 года являлся отцом Святослава.

Шахматов считал, что Игорь вышел на историческую сцену лишь в 40-х годах, а до этого все события были связаны с Олегом. Авторы летописи «удревнили» события истории на 30 лет. Судите сами.

«914 год. Пошел Игорь на древлян и, победив их, возложил на них дань больше Олговы».

«945 год. И пришла осень, и стал он замышлять пойти на древлян, желая взять с них еще большую дань».

Разрыв в этих событиях сроком в 30 с лишним лет явно нереален. Следует принять, что первый поход на древлян был совершен не в 914, а в 944 году. Это в какой-то мере подтверждает и «Архангелогородский летописец», который утверждал, что войско вернулось из похода на греков (начало похода — 941 год) лишь на третье лето. Не потому ли и древляне перестали платить дань, посчитав, что из похода уже никто не вернется? А согласно альтернативной вышеприведенной версии в этом походе Олег погиб (вспомните: Олег возглавлял морские силы русов, полностью уничтоженные греками, а Игорь — конные). Таким образом, замечания Шахматова следует признать серьезными. И в 944 году Игорь идет на отложившихся древлян, возложив на них дань большую, чем они платили Олегу. А в следующем году древляне попросту Игоря убивают по причине, известной из летописей: Игорь затребовал слишком много.

Давайте рассмотрим договор Игоря с греками. Напомню, что согласно АВ у Игоря было два сына: погибший к тому времени Улеб и еще ребенок Святослав. В «Повести...» в самом начале договора идет перечисление имен послов от русских вельмож, составленное явно с учетом иерархии. Первый в списке — сам князь Игорь, далее его сын и наследник — Святослав, далее жена Игоря Ольга, мать наследника. Четвертым идет племянник Игоря, тоже Игорь, и далее: Володислав, Предслава, Сфандра — жена Улеба, Турды, Арфаст, Сфирьк, Акун — племянник Игоря и далее другие.

В этом списке мы видим двух племянников Игоря, в летописях они названы не племянниками, а нетиями. Карамзин считает, что нетий это сын сестры, и в качестве доказательства своего предположения приводит фразу из Никоновской летописи: «Служа царю мусульману с нетии своими, рекши с сестринычи», то есть «с племянниками своими, детьми сестры». Но в таком случае, если следовать логике Карамзина, то во фразе, к примеру: «У меня есть племянник, сын сестры», следует, что племянники — это всегда сыновья сестры, но отнюдь не брата. Это же абсурд. В приведенном «доказательстве» Никоновская летопись просто уточняет конкретно, кто эти племянники. В данном случае они оказались детьми сестры, но в другом примере они могли оказаться и «братиничами», сыновьями брата.

Но вернемся к договору с греками. Кем мог быть этот Игорь, племянник князя Игоря, стоящий по табелю о рангах сразу после Ольги? Скорее всего, сыном погибшего князя Олега, бывшего соправителя князя Игоря. Точнее: сыном Олега, который был либо главным воеводой у Игоря, либо старшим в связке этих двух правителей. Это в определенной мере подтверждает и «Кембриджский документ» — хазарское письмо, согласно которому правителем Руси в 20—30-х годах был не Игорь, а человек, чье имя близко имени Олег — Х-л-г. Выше я уже высказывал предположение, что Олег мог быть женат на сестре Игоря, либо они кровно породнились, став братьями по крови.

После смерти Хельги=Олега единоличную власть сосредоточил князь Игорь, а сын Хельги Игорь (племянник князя Игоря) остался не у власти, но получил самое высокое место в табели о рангах среди русов.

Пятым в списке, сразу после Игоря — племянника, стоит некий Володислав. На мой взгляд, это внук князя Игоря, будущий креститель Руси князь Владимир. Дело в том, что существуют две версии происхождения второй половины этого имени. Более распространенный вариант — от слова «мир». Другой вариант — от реликтовой основы — «мер». Мер=слава. В летописях Владимир назывался именно так: Володимерь или Володимер.

Седьмым номером в договоре упоминается Сфандра, жена Улеба, точнее вдова, так как сам Улеб не упоминается. Татищев в своей «Истории Российской» пишет о некой Ефанде, жене Улеба.

Итак, по АВ у Улеба, старшего сына Игоря, где-то в 941—942 годах рождается первенец, которого называют Володиславом. Его отец новгородский (т. е. ярославский) князь Улеб вскоре гибнет во время похода в Закавказье. С юных лет Володислав княжит в Новгороде=Ярославле, регионе с преобладанием МЕРЯНСКОГО населения. Скажите, какое имя президента вы предпочтете, к примеру: Кара-буль-буджо-оглы или Караслав? Возможно, здесь Володислав перешло в идентичное по смыслу — ВолодиМЕРЬ, близкое и славянам, и мерянскому населению края.

Кстати, на вполне уместный вопрос о том, что 3—4-летний ребенок в договоре с греками уже имеет своего посла, отвечу, что в этом же договоре вторым номером идет посол от такого же ребенка Святослава. А Святославу согласно ТВ в том году тоже было всего несколько лет от роду.

Вернемся к списку в договоре с греками. Первый номер — главный русский князь Игорь. Вторым идет его сын-ребенок. То есть первым наследником является младший сын, а не сыновья умерших Олега и старшего сына — Улеба. Третья в списке — жена Игоря Ольга, мать наследника. Четвертый — сын бывшего соправителя — Олега. А пятым — сын погибшего старшего сына, т. е. внук Игоря.

По аналогии с номерами 2 и 3 списка договора с греками: Святослав+Ольга (сын и мать), после 4 и 5 номеров второстепенных наследников в списке должны быть соответствующие этим наследникам родственные женщины. Действительно, далее идут именно женщины: Предслава и Сфандра. Предслава — скорее всего, жена Игоря-племянника, а Сфандра — вдова Улеба и мать Володислава, который, как и Святослав, был совсем ребенком и жены ни он, ни Святослав иметь еще не могли в отличие от давно уже взрослого Игоря-племянника. Поэтому-то в договоре они и представлены своими матерями.

Как видите, здесь реконструкция, создаваемая в рамках альтернативной версии истории, получается довольно простой и правдоподобной. Традиционная версия не дает разъяснений того, кто есть кто, перечисляя только имена.

Восьмым номером идет некий Турды. В «Повести временных лет» читаем: «Этот Рогволод пришел из-за моря и держал власть свою в Полоцке, а Туры держал власть в Турове, по нему и прозвались туровцы». Здесь вполне можно отожествить двух летописных героев — Турды и Туры как одного человека, им мог быть один из знатных воевод русов.
Девятый по списку — Арфаст или Фаст. Здесь у меня нет никаких предположений. Но зато десятый в списке — Сфирьк! Соловьев, рассматривая имена этого договора, слегка удивлен отсутствием имени знаменитого Свенельда и делает вывод, что Свенельд не родственник Игорю.

Но, на мой взгляд, упомянутый Сфирьк и Свенельд — это одно и то же лицо. Помочь нам в этом утверждении могут византийские авторы Лев Диакон и Иоанн Скилица, которые, описывая войну Святослава с греками, упоминают о некоем русском вожде по имени Сфенкел или Сфангел, и которого наши историки отожествляют именно со Свенельдом. Сравните два имени в переводе с греческого: одно имя событий 945 года Сфирьк, а другое имя 971 года Сфенкел. При этом Сфенкел, по мнению историков, — это Свенельд из русских летописей. Если имена Сфирьк и Сфенкел тождественны, то Сфирьк=Свенельд.

Конечно, вы можете задаться вопросом, не слишком ли старым для похода на греков оказался Свенельд. Ведь ему должно быть к тому времени около 70 лет. Но почему Плано Карпини в 65 лет смог добраться до Монголии, причем в тяжелейших условиях — в голод и холод, а Свенельд уже не мог? А до Болгарии путь не так далек, как до Монголии (это по ТВ, а по АВ — до Средней Азии).

О Свенельде следует поговорить особо.

Впервые (в хронологическом порядке) Свенельд упоминается в Никоновской летописи: «…и бе у него [у Игоря] воевода именем Свентеад, и премучи угличи, и возложи на ня дань Игорь, и да де Свентеаду: и не дадеся ему един град именем Пересечен, и седе около его три лета, и едва взят его… И дасть [Игорь] дань Деревскую Свентеаду, и реша дружина Игорева: се дал еси единому мужеви много». В Новгородской первой летописи написано то же, но Свенельд уже назван Свенделдом. Если верить этим летописям, то Свенельд покорил племя уличей, три года осаждая их город Пересечен в низовьях Днепра, за это Игорь отдал сбор уличской дани Свенельду, вскоре добавив и дань от древлян.

Но вот Игорь в 944 году вновь (первый неудачный поход был в 941 году) уходит в поход на Византию, берет с греков богатый откуп и возвращается в Киев. Но дружинникам Игоря, как, впрочем, и ему самому, мало греческой дани: «…отроки Свенельда изоделись оружием и одеждой, а мы наги. Пойдем, князь, с нами за данью, и себе добудешь, и нам. И послушал их Игорь — пошел к древлянам за данью и ПРИБАВИЛ К ПРЕЖНЕЙ дани новую, и творили насилие над ними мужи его».

Итак, Игорь сознательно вторгается на чужую территорию и к дани, которую уже собирает Свенельд, требует новую плату, уже для себя.

Представьте ситуацию наших дней: платят коммерсанты рэкетирам, но тут появляются новые и требуют еще и им. Чем все должно кончиться? Нарушивший чужие границы должен быть уничтожен. По летописи Игоря убивают древляне. Но почему, перед этим отпустив большую часть своей дружины, Игорь остался в земле древлян? «И отпустил дружину свою домой, а сам с малой частью дружины вернулся, желая большего богатства».
Глупо оставаться без верной охраны на чужой земле. Но Игорь чувствовал себя в безопасности благодаря соседству друга, а точнее, своего тестя Свенельда. Но тот под каким-то предлогом с дружиной удаляется и …дает об этом знать древлянам. Древляне же, привязав Игоря к двум деревьям, разорвали князя пополам.

СВЯТОСЛАВ

Предвижу резонный вопрос: почему, когда Святослав подрос, он не отомстил Свенельду за гибель отца? По тем временам и обычаям он был обязан это сделать: существовала кровная месть. Но кроме одного случая: когда все происходило в одной семье. А Свенельд был родным дедом Святославу.

Кто возглавил русский княжеский род после гибели князя Игоря? Претендентов должно быть трое: малолетние погодки Святослав (младший сын Игоря) и Владимир (внук Игоря от старшего сына) и уже взрослый Игорь (сын Олега). Мы не знаем, что происходило в те годы, нам известны только итоги борьбы за власть. Шансы Владимира с самого начала были малы, как и он сам, — четырехлетний княжич. Тем более что отец Владимира Улеб не был правящим князем. По хазарским законам такой человек не имел прав на престол. Русы же многое переняли от хазар, даже титул — каган. Игорь Олегович по каким-то причинам проиграл Святославу, точнее, его матери Ольге. Впрочем, за Ольгой стояла могучая фигура ее отца — Свенельда. Судите сами, в списке послов Игоря с 1 по 7 номер идут Игорь и его ближайшая кровная родня. Одиннадцатым номером — вновь близкая родня — некий племянник Акун. А восьмым и десятым — Турды (Туры) и Свенельд (к кровной родне Игоря он, думаю, не относился). Именно от выбора этих двух людей зависело, кто возглавит Русь. Возможно, от троих — еще и от Арфаста, шедшего в списке девятым. Все трое — влиятельные воеводы (раз упомянуты в списке договора с греками), имели сильные дружины.
Свенельд — отец Ольги и дед Святослава. Турды — известный по «Повести...» туровский князь. Город Туров лежит на земле древлян, где был убит Игорь. В этой же земле «кормился» и Свенельд. А затем, уже при Ярополке, древлянским князем стал сын Святослава (по летописям) Олег. Какая богатая земля, если она кормила стольких князей и воевод! Логично предположить, что такая ценная земля досталась Турды после убийства Игоря в обмен на поддержку им Ольги и Святослава (а город Туров, им основанный, получил название от его имени). Игорь, племянник князя Игоря, проиграл борьбу за власть или уклонился от нее. Ольга вместе со Свенельдом быстро прибрали к своим рукам и Ярославль=Новгород, посадив туда князем юного Святослава. Поэтому неудивительно, что Константин Багрянородный называл Новгород столицей князя Святослава.

Из летописей известно, что, повзрослев, в свой знаменитый поход на хазар в 965 году Святослав пошел вниз по Волге. Откуда он вышел? Надо полагать, что из Ярославля=Новгорода.

Традиционные историки, принимая за основу, что столичным городом Святослава был Киев, придумали следующее объяснение тому, что Святослав пошел на хазар с верховий Волги. Оказывается, идти напрямую от Киева к Нижней Волге Святослав ИСПУГАЛСЯ, так как на этом пути лежали земли северян, а южнее была расположена хазарская крепость Саркел, ее Святослав, вероятно, тоже очень испугался. Поэтому-то Святослав идет длинным окольным путем: вверх по Днепру, далее волоком до Оки(!) и вниз по Волге. Хазар атаковать не побоялся, зато сильно испугался их данников — северян?

Через два года начинается болгарская кампания Святослава. О ней сохранилось сравнительно много свидетельств, но, несмотря на это, вопросов к этой истории только прибавилось. Вначале поговорим об Игоре, племяннике князя Игоря Старого.

Известна ли его судьба? Традиционная история на этот счет молчит. А напрасно. Вот что можно прочесть у византийского автора, Иоанна Скилицы, о событиях балканского похода Святослава: «Наступил июль месяц, и в двадцатый его день росы в большом числе вышли из города, нападая на ромеев, и стали сражаться. Ободрял их и побуждал к битве некий знаменитый среди скифов муж, по имени ИКМОР, который ПОСЛЕ ГИБЕЛИ СФАНГЕЛА пользовался у них наивеличайшим почетом». По Льву Диакону Икмор считался первым после Святослава из предводителей русского войска. Итак, Икмор второй человек в войске по главенству после Святослава.

Имя Икмор в летописях не встречается, а у наших историков тоже почему-то не в почете: можно прочесть не одну толстую научную книгу о времени Святослава, но этого имени и не встретить, хотя Сфенкел там встречается частенько. Может, поэтому и не обращают историки внимания на схожесть имен Икмор в греческом варианте и ИГОРЬ в русском. Это, конечно, не князь Игорь Старый, кстати, по-гречески названный Ингором, что весьма близко к Икмору. Но у него же был племянник Игорь (номер 4 в табели о рангах договора с греками). Резонно предположить: не есть ли этот Икмор тот самый племянник Игорь, упоминаемый в договоре с греками? Вполне вероятно.

В этой войне принимал участие и Свенельд, в 971 году возглавивший войско, расположенное в болгарской столице Переяславце. Греки, внезапно окружив город, берут его штурмом. Здесь, по сообщениям греков, гибнет Сфенкел, которого историки отожествляют со Свенельдом, а болгарский царь Борис попадает в плен к грекам. Но по русским летописям Свенельд остается жив. Кто же погиб?

А вот еще одна загадка этого болгарского похода. Украинский историк XIX века Багалей весьма подробно изучал и сравнивал византийские и русские источники об этой военной кампании Святослава. По его мнению, они писали об одном и том же сражении под Доростолом, где согласно русской летописи во главе русов стоял Святослав, а у Льва Диакона — некий вождь, УБИТЫЙ в этом сражении. Но Святослав согласно «Повести временных лет» погиб позднее от рук печенегов на обратном пути в Киев.

Давайте подробно рассмотрим этот эпизод войны. Итак, происходит несколько важных битв, сам Святослав, по словам Льва Диакона, «ИЗРАНЕННЫЙ стрелами, ПОТЕРЯВШИЙ МНОГО КРОВИ, едва не попал в плен». Русские идут на заключение мирного договора с греками: «Показался и Сфендослав (т. е. Святослав. — А. Максимов), приплывший по реке на скифской ладье; он СИДЕЛ НА ВЕСЛАХ И ГРЕБ вместе с его приближенными, НИЧЕМ НЕ ОТЛИЧАЯСЬ ОТ НИХ… Одеяние его БЫЛО БЕЛЫМ и отличалось от одежды его приближенных только ЧИСТОТОЙ. Сидя в ладье на скамье для гребцов, он поговорил немного с государем об условиях мира и уехал».

Израненный стрелами и потерявший много крови Святослав чудесным образом исцелился? Как иначе можно объяснить эти противоречивые описания, данные Львом Диаконом? Если Святослав был сильно изранен и потерял много крови, то как он мог грести наравне со всеми? Почему одежда его была белой и чистой? А где следы выступившей крови на повязках, которые ОБЯЗАТЕЛЬНО должны быть при таких ранениях и которые не мог не заметить Диакон?

Следовательно: или Святослав не был ранен, или в ладье был вовсе НЕ СВЯТОСЛАВ, А КТО-ТО ДРУГОЙ. Диакон раньше Святослава не видел и мог посчитать за него иного человека.
Так кто же был в лодке: Святослав или некий его двойник? Свенельда сразу следует исключить: слишком стар. Мне думается, что после тяжелого ранения Святослава, а вероятней всего СМЕРТИ СВЯТОСЛАВА, всю полноту власти взял на себя Свенельд, который и заключил именем Святослава мирный договор, прислав на переговоры его двойника. Поэтому-то Свенельда и упоминает «Повесть временных лет», говоря о заключении мирного договора: «Список с договора, заключенного при Святославе, великом князе русском, и при Свенельде…»

Представьте себе, что было бы, если бы Святослав погиб и об этом стало известно византийцам? Положение русских войск было тяжелейшим: только что они потерпели поражение, многие погибли или были изранены, их покинули союзники. Наконец, они были окружены превосходящими греческими войсками и находились на чужой земле.

В такой ситуации после известия о гибели Святослава дух войск был бы полностью подорван, а византийцы ни за что бы не пошли на мирные переговоры, наоборот, сделали бы все, чтобы добить русские войска. Вот что пишет Соловьев: «Святослав не принял вызова Цимисхия на поединок, конечно, не из трусости, но из того, чтоб не отделиться от дружины, не покинуть ее на жертву врагам в случае своей смерти». То есть, по Соловьеву, в случае гибели Святослава дружину ждало уничтожение. Таким образом, сокрытие факта гибели вождя и замена его двойником — единственно правильный ход верхушки русов, в данном случае Свенельда. О том, что на Руси существовала практика двойников, говорит, к примеру, ситуация с Куликовской битвой: князь Дмитрий Донской подменил себя двойником, поменявшись с ним одеждой и доспехами.

Обратите внимание на сообщение Иоанна Скилицы: именно Святослав настоял на личной встрече с императором. Но нужна ли она была? При описании встречи Святослава с византийским императором отмечено, что они перекинулись несколькими словами — и все. Сам мирный договор был оформлен посредством послов. Для чего же нужна была русам эта встреча? С одной целью: показать грекам ЖИВОГО И ЗДОРОВОГО СВЯТОСЛАВА.

Впрочем, гибель Святослава в битве на Болгарской земле в 971 году всего лишь моя гипотеза, а документы говорят лишь о его ранении. Давайте посмотрим, что же было дальше. Но прежде отметим, что, по мнению многих наших историков, рассказ о событиях войны русов с греками списан с болгарской хроники и лишь история зимовки Святослава на Белобережье и его гибели от печенегов принадлежит русскому летописцу.

Остатки войск русов пошли на родину. Дальше в нашей традиционной истории снова появляются странности. Святослав хочет возвращаться на ладьях по Днепру, но Свенельд сообщает ему о засаде печенегов. Святослав проявляет нерешительность и возвращается к устью Днепра. Здесь его ждет голодная зима, а весной при попытке прорваться по Днепру он погибает, а из его черепа печенежский князь Куря делает себе на память чашу. А что же Свенельд? «Свенельд пришел в Киев к Ярополку». Как это ему удалось, летопись не поясняет.

Итак, история с печенегом по имени Куря принадлежит перу русского летописца в отличие от событий, описывающих балканский поход Святослава. И вот здесь имеется маленькая, практически незаметная деталь, которая сильно портит правдивость всей летописной истории гибели Святослава. Дело в том, что в 1096 году в летописях упомянут набег на Русь ПОЛОВЕЦКОГО хана по имени Куря. А раз так, то есть большая вероятность того, что история с гибелью Святослава просто выдумана более поздним летописцем, который взял первое пришедшее ему на ум степное имя. В самом деле, трудно предположить наличие одинаковых имен у вождей печенегов и половцев.

Впрочем, и здесь не обошлось без плагиата из болгарской истории. В 811 году византийское войско выступило против болгар. Вначале ему сопутствовала удача, византийцам удалось взять и сжечь болгарскую столицу Плиску. Но затем болгары сделали ночью набег и убили императора Никифора в его шатре. Череп Никифора болгарский хан Крум велел отделать золотом и превратить в чашу. Куря и Крум без огласовок — КР и КРМ. Вот и воспользовался русский летописец историей о чаше, сделанной из черепа византийского правителя. Только имя слегка подправил.

А теперь вернемся к Соловьеву и зададим вопросы, которые он ставит в своей «Истории России с древнейших времен».

1. Почему Святослав, который так мало был способен к страху, испугался печенегов и возвратился назад зимовать в Белобережье?
2. Если испугался в первый раз, то какую надежду имел к беспрепятственному возвращению после, весною?
3. Почему он мог думать, что печенеги не будут сторожить его и в это время?
4. Если испугался печенегов, то почему не принял совета Свенельдова, который указывал ему обходный путь степью?
5. КАКИМ ОБРАЗОМ СПАССЯ СВЕНЕЛЬД?

На эти вопросы ни Соловьев, ни другие историки не дают вразумительных ответов. Между тем предложенная здесь гипотеза гибели Святослава дает ответ на все эти вопросы.

ВЫБОР ВЕРЫ

Как известно из традиционной истории, после смерти Святослава на Руси стали править его сыновья: сначала Ярополк, а затем Владимир — креститель Руси. Крещение Руси в 988 году в ТВ представлено как одномоментная акция князя Владимира, и люди, слепые в поступках и безбожные в мыслях, вдруг разом обрели веру. Но разве раньше, до этого события, на Руси не было христианства? Княгиня Ольга была христианкой, а вот ее сын князь Святослав в «Повести...» представлен как язычник, отказавшийся креститься.

Обратите внимание на описание быта Святослава и его привычек: перед нами образец жизни степняка. Такой же была и его дружина. Но степняки не всегда бывали язычниками или, скажем, мусульманами. Те же половцы, по мере общения с Русью, принимали христианство. Вероятно не все, но какая-то их значительная часть. Все это к тому, что Святослав был не язычником, как принято в традиционной версии истории, а христианином. Сразу оговорюсь: мысль эта не моя, а Бушкова. Он ссылается на книгу Мавро Орбини, в которой сказано: «После смерти Ольги правил ее сын Святослав, шедший по стопам матери в благочестии и христианской вере». Далее по Бушкову: «В самом деле, получалось несколько странно: мать Святослава — ревностная христианка, старший сын (это про Ярополка. — А. Максимов) — ревностный христианин, зато сам он — язычник».

Кстати, в той же книге Орбини пишет: «Поскольку сын Игоря Вратослав был еще слишком мал и не мог править, все дела вершила его мать Ольга». Через некоторое время вновь упоминается сын Игоря, НО: «После смерти Ольги правил ее сын Святослав…». Не спорю, что возможно Орбини в первом случае ошибочно назвал Святослава Вратославом. Но если это не ошибка? Вратослав мог быть старшим сыном Ольги, умершим при ее правлении. Но им мог быть и внук Игоря от первого брака (Улеб, старший сын Игоря, не мог быть сыном Ольги по возрасту) Владимир, носивший, как я уже выше писал, имя Владислав. Сравните: Владислав и Вратослав (Вратислав). Это все же явно ближе, чем Святослав и Вратослав. А то, что он назван сыном Ольги, так то ошибка, вызванная тем, что Ольга после смерти Игоря оказалась как бы опекуншей пасынка-внука, который вполне мог претендовать на главенство на Руси, хотя практически шансы его были невелики. Но прошло много лет, прежде чем Владислав-Владимир и Святослав подросли, и к тому времени Ольга и Свенельд уже протолк-нули вперед Святослава.

Единственное, что стоит добавить, это то, что младший сын Святослава Владимир (по ТВ) был язычником. Но это по летописям. Смотрите: «Повесть...» однозначно утверждает, что Святослав с детских лет не только отвергал просьбы Ольги о крещении, но и насмехался над крестившимися. Дети Святослава согласно летописи были от разных жен, что дает повод полагать его многоженцем, а это характерно для князя-язычника. Но почему Ольга, ставшая правительницей Руси, не смогла убедить мальчика Святослава креститься?
А если принять гипотезу, что Владимир не был сыном Святослава? Я об этом уже говорил, выдвинув гипотезу, что Владимир — сын Улеба, старшего сына князя Игоря. В этом случае выстраивается четкая цепочка христианской семьи: Ольга, ее сын Святослав, его сын Ярополк, который, как считается, был христианином. И Святослав оказывается вовсе уже не многоженцем, раз Владимир не его сын. А вот Ольге Владимир чужой, поэтому-то и остался он язычником. Правда, возникает резонный вопрос: а зачем нужно было чернить доброго христианина Святослава? Зачем на это пошли Ярослав Мудрый и его потомки? Иметь в роду длинную цепочку предков-христиан — не каждый мог этим похвастаться. Но все дело в том, что и Ярослав, и его дети, внуки, все они как раз НЕ БЫЛИ ПОТОМКАМИ СВЯТОСЛАВА. Ярослав Мудрый — сын Владимира, и поэтому Ярослав был Святославу только лишь внучатым племянником, да и то только по Игорю, который имел нескольких жен. Поэтому-то крестителем Руси и стал Владимир, ПРЯМОЙ ПРЕДОК киевских и всех других русских князей.

Впрочем, то, что Святослав не был родным дедом князю Ярославу Мудрому, не является главной причиной превращения христианина Святослава в язычника. Ответьте: какого обряда придерживался Святослав: римского или греческого? В этом-то как раз главная причина таких манипуляций со Святославом.

Как стала христианкой княгиня Ольга, нам известно из «Повести временных лет»: в 955 году, прибыв в Царьград, Ольга приняла христианство. Но по тому, как описываются эти события, сквозь летописные строки видна лубочная картина русских сказок — кто кого перехитрит: Ольга или византийский император. Вероятно, Ольга уже с детских лет была христианкой. Если ее мать — пленная болгарка, то последняя была крещеной и соответственно могла передать свою веру дочери Ольге.
Не стоит сбрасывать со счетов и такой вариант: до поездки в Царьград Ольга была иудейского вероисповедания. Это может вытекать хотя бы из того, что в X веке христианство еще не раскололось окончательно на две части — католицизм и православие (хотя уже шла ожесточенная борьба за сферы влияния), а противоречия с исламом и иудаизмом были не такими острыми. В самом деле, иудаизм основан на том же Ветхом Завете, что и христианство. Киев, благодаря близости и исторической связи с иудаистской Хазарией, в те годы был главным центром иудаизма на Руси.

Причерноморский регион — один из самых сложных в историко-религиозном аспекте. Здесь постоянно сталкивались интересы трех мировых религий: обеих ветвей христианства, ислама и иудаизма. В Хазарии победил иудаизм, в Волжской Булгарии в X веке приняли ислам. Про религиозное вероисповедание народов Крыма и Северного Кавказа нам известно крайне мало. Но именно этот район был местом обитания древних русов и их соседей — готов, касогов, асов. В 860 году в Византию прибыло посольство из Хазарии. Послы заявили, что иудеи побуждают принять их религию, а арабы тянут их в свою веру. Однако есть все основания полагать, что в Хазарии уже давно установился иудаизм. В таком случае вся эта история оказывается бессмысленной.

Вполне можно предположить, что речь шла о посольстве одного из народов, подвластных хазарскому кагану, а отнюдь не о послах самой Хазарии. Что ж, в этом случае данная история становится уже понятнее: хазары стремятся обратить этот народ в иудаизм, а арабы — в ислам. Вопрос: что это за народ? Давайте рассуждать логически: упоминание арабского фактора доказывает близость этого народа к арабским владениям. Однозначно, что это не рай-оны, примыкающие к Средней Азии: для народов, здесь живущих, Византия слишком далека. А вот для района При-азовья это будет попаданием «в яблочко»: этот район буквально окружен хазарами, арабами и Византией.

Как поступили византийцы? Патриарх Фотий направляет Константина (Кирилла), того самого, известного нам как автора славянской азбуки, с миссией в Хазарию. Константин прибывает в Крым, здесь на него нападают венгры, и он, пересев на корабль, плывет по Хазарскому морю. По прибытии в Хазарию (только вот куда точно?) Константин терпит неудачу в своей миссионерской деятельности и возвращается в Крым, где обращает в христианство некий народ Фул. Этот народ жил где-то на северо-восточном склоне Крымских гор, т. е. был близок к Тавриде. Некоторые исследователи считают, что этим народом были готы. Может быть, и так, но возможно, что это были русы. По крайней мере, Фул — сокращенное, на мой взгляд, от Фулгарии, а русы по АВ близкородственное булгарам племя.

Как бы то ни было, мы видим увязанные причины и следствия. Некие посланцы народа, живущего в хазарских пределах, просят Византию прислать миссионера. Миссионер прибывает и обращает в христианство народ, живущий в районе Керченского пролива, контролируемого Хазарией. Если наши выводы верны, то именно готы или русы обращались в Византию по вопросам веры. Возможно, здесь кроются корни раннего христианства, которое, по свидетельству летописей, исповедовала некоторая часть русов. Но только часть из них, другие группы русов могли оставаться в язычестве или принять иудаизм, господствующую религию Хазарии, чьими подданными они были.

Какой веры была Ольга до своего путешествия, определить невозможно, но известно одно: итогами своей поездки в Константинополь Ольга оказалась раздосадована. Причин здесь могло быть несколько. Возможно, Ольга ожидала более торжественного приема, а может быть, рассчитывала на удачный брак своего сына Святослава. По крайней мере, по возвращении в Киев «прислал к ней греческий царь послов со словами: «Много даров я дал тебе. Ты ведь говорила мне: когда возвращусь в Русь, много даров пошлю тебе: челядь, воск, и меха, и воинов в помощь». Отвечала Ольга через послов: «Если ты так же постоишь у меня в Почайне, как я в Суду, то тогда дам тебе». Это из «Повести временных лет».

В 959 году Ольга направляет посольство к германскому императору Оттону I, просит прислать на Русь епископа и священников. В 961 году в Киев отбывает миссия во главе с епископом Адальбертом, только что специально поставленным Оттоном I епископом Руси. Но миссия оказывается безуспешной, и на следующий год Адальберт возвращается. Если бы этого не произошло, Русь могла бы пойти по католическому пути. Итак, получается, что латинство на Руси не состоялось? Нет, скорее всего, это все же не так.

При изучении данного вопроса нужно рассмотреть две группы источников: русскую и западную. В тех и других факт принятия латинской веры на Руси отвергается. Для русских источников это вполне понятно: князь Владимир крестил Русь по греческому обряду, и Русь всегда была и должна оставаться православной. В нашей стране вопрос сохранения веры, борьбы с униатством, т. е. с подчинением православия римскому папе, вставал неоднократно. Если бы выяснилось, что христианство на Руси первоначально было принято с Запада, а не из Византии, то этот факт оказался бы большим козырем для римской церкви. Уже зная, как сочинялись и правились русские летописи, нельзя им особо доверять. И неудивительно, что историками уже давно высказывались мнения, что сообщения о взаимоотношениях между Русью и Римом при Ярополке и Владимире первоначально присутствовали в наших летописях, но позднее были вымараны антилатински настроенными православными монахами-летописцами.

Но что западные источники? Они не молчат, а также отмечают безуспешную миссию Адальберта на Руси. Но и им, как вы сейчас убедитесь, не следует слепо верить. И вот почему. В 968 году Оттону I удается решить вопрос о создании Магдебургской митрополии. Это сделать было не просто, император добивался ее создания несколько лет. Первым епископом митрополии в обход всем церковным канонам был назначен Адальберт. В те времена перемена епископом своей кафедры была категорически запрещена: епископ получал епархию раз и навсегда. Прецеденты смены епископами кафедр имелись, но ни к чему хорошему не приводили. Такие смены считались неканоническими.

К примеру, преемник неканонического епископа Эбона аннулировал все его рукоположения!

Но Адальберт несколькими годами ранее уже был рукоположен епископом Руси! Чтобы хоть как-то обелить новое назначение Адальберта, которое произошло после его возвращения из Руси, нужно было придумать этому объяснение: так появилась версия, что язычники прогнали епископа из Киева. На самом деле Адальберт вернулся в Германию по каким-то другим причинам. А на Руси проповедовал ферденский епископ Бруно. Придуманная история с изгнанием Адальберта в документах сохранилась, а что было на самом деле, быстро забылось, не сохраненное на бумаге.

Христианином был и сын Святослава Ярополк. В 973 году его послы присутствуют на кведлинбургском съезде, организованном Оттоном I, что само по себе не случайно. И наша наука по различным косвенным данным считает, что Ярополк симпатизировал католицизму. Анализ немецких источников показывает, что Ярополк, скорее всего, был женат на дочери швабского герцога Конрада. А это могло произойти лишь в случае, что Ярополк был христианином, иначе бы в этих источниках брак не был бы обозначен как состоявшийся. Но правление Ярополка было недолгим, вскоре, в 980 году, к власти в Киеве приходит Владимир, убивший Ярополка. Владимир ВОССТАНАВЛИВАЕТ языческие культы в городе. «И стал Владимир княжить в Киеве один, и поставил кумиры на холме за теремным двором: деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами, и Хорса, Дажьбога, и Стрибога, и Симаргла, и Мокошь».

Что же было дальше? Крещение Владимиром Руси в 988 году? Однако и здесь еще не все так просто. Дело в том, что средневековый ученый Марвази, живший в XI веке, писал, что царь исповедовавших христианство русов Владимир принял ислам из Хорезма. Во времена Марвази Русь активно христианизировалась, и поэтому поводов для такого ошибочного заявления у этого автора не было. Следовательно, Марвази пользовался какими-то источниками с указаниями такого факта. Что, если он прав?

Изучение «Повести временных лет» как раз говорит о длительном колебании Владимира при выборе веры. С большой неохотой Владимир крестился, лишь когда серьезно заболел. Мог еще до этого Владимир принять ислам? По политическим соображениям это было вполне допустимо. Его противники Ольга, Святослав, Ярослав были христианами. Убив Ярополка, захватить Киев и сразу же принять христианство — религию побежденной партии означало бы показать слабость Владимира. Невыгодно было принимать и иудаизм: это была религия разгромленной Хазарии, тоже религия побежденных. А вот мусульманство давало хорошие перспективы. Исламской была Волжская Булгария, против которой Владимир воевал в 985 году и заключил с ней мир. Вспомните строки из «Повести...»: «Сказал Добрыня Владимиру: «Осмотрел пленных колодников: все они в сапогах. Этим дани нам не давать — пойдем поищем себе лапотников». Богатая, значит, была страна. Очень богатым был и мусульманский Хорезм. Если бы Владимиру в 985 году удалось покорить мусульманскую Волжскую Булгарию, вполне вероятно, что в конечном итоге Владимир твердо выбрал бы ислам, и были бы мы сейчас все мусульманами.

Но этого не произошло, и в 988 году Владимир крестит Русь по греческому обряду. Именно этот год и считается годом крещения Руси.

А теперь дадим слово ангулемскому монаху Адемару Шабаннскому: «Святой же Бруно обратил к вере область Венгрию другую, которая зовется Русью… Но когда святой Бруно отправился к печенегам и принялся проповедовать там Христа, то пострадал от них… Спустя некоторое время на Русь прибыл один греческий епископ и обратил ту половину страны, которая еще оставалась предана идолам, и заставил их принять греческий обычай ращения бороды».

С этого момента на Руси и появились христианские греческие имена, а славянские имена какое-то время еще сохранялись именно благодаря первоначальному крещению по западным правилам. Если бы не греческие священники, то сегодня в России, возможно, преобладали бы настоящие славянские имена: Владиславы, Мстиславы, Ярославы…
Как видите, ситуация прояснилась: христианизация Руси началась при Ольге и велась западными миссионерами, а при Владимире процесс активно продолжался приглашенными им греческими священниками, которые и удержали нарождающееся христианство в их греческой вере. Католицизм потерпел поражение, последствия которого оказали глобальное значение на всю дальнейшую историю мира.

ЯРОПОЛК, ОЛЕГ И ВЛАДИМИР

Итак, Свенельд, возвращаясь из Болгарии, спокойно уходит в Киев, где, оказывая влияние на Ярополка, старшего сына Святослава, захватывает от его имени власть в стране. По ТВ у Святослава было три сына: Ярополк, Олег и Владимир. Вскоре в битве между войсками Ярополка и другого его брата — Олега последний погибает.

Летопись сообщает, что древлянский князь Олег Святославич до этого на охоте убил сына Свенельда Люта, что и послужило причиной военных действий. Любопытная деталь: Олег был древлянским князем, а именно из-за древлянской дани погиб Игорь. Я думаю, что, возможно, и здесь боевые действия начались именно из-за дани. Свенельд, вероятно, уже считал древлянские земли своей вотчиной, послал туда с войском своего сына Люта, а Олег, защищая свои права, убил его.

Согласно АВ после гибели Олега ПЛЕМЯННИК Святослава Владимир, правивший в Новгороде=Ярославле «испугался и бежал за море». В данном случае нужно считать это бегством в Тмутаракань. Но что же послужило причиной такого панического страха? Ярополк согласно летописи не конфликтовал со своим родным (по ТВ) братом Владимиром, а случай с Олегом — особый, здесь имелась веская причина — убийство Люта. Если же принять альтернативную версию, что Владимир не родной брат Ярополка, а только лишь кузен, да и то не стопроцентный, так как у их деда Игоря было несколько жен, то ситуация заметно проясняется: если Ярополк не пожалел РОДНОГО брата Олега, то полуродному кузену есть чего опасаться.

Слово «родной» выделено не случайно. Информации об Олеге Святославиче немного. Летописи полагают Олега средним среди братьев. Но по АВ Владимир вовсе не родной брат Ярополка, да и намного его старше. А является ли Олег родным братом Ярополку?

Польский историограф Бартош Папроцкий в 1593 году ссылался на какие-то имеющиеся у него «анналы русские и польские». Речь у Папроцкого шла о происхождении знатного моравского рода Жеротинов. По утверждению поляка родоначальником рода Жеротинов был некий русский князь, который был сыном князя Колги Святославича и соответственно племянником князя Ярополка. Этот некий князь был отправлен в Чехию отцом (т. е. Колгой) из опасений перед Ярополком, от руки которого вскоре Колга и погиб. Без сомнения, речь идет о князе Олеге=Колге.

Итак, у Олега был сын, вероятно, от знатной чешки. Олег явно знал о грозившей ему опасности, но по летописи (т. е. по ТВ) смерть Олега была довольно случайна, а Ярополк сильно переживал смерть брата. Но Олег, из сообщения Папроцкого, не просто опасался за свою жизнь, он боялся и за своего сына! А это уже говорит только об одном: Ярополк хотел уничтожить ВСЮ свою родню, всю верхушку правящего рода, вот почему в это же время Владимир так «испугался и бежал за море».

Но был ли все-таки Олег родным братом Ярополка? В те времена нравы были суровы, но все же не настолько, чтобы убивать грудных (а по ТВ сын Олега мог быть только младенцем) детей родных братьев. Но был ли сын Олега грудным младенцем? Сколько же лет могло быть ему? Для этого нужно вернуться к детству князя Святослава.

В 946 году Ольга идет мстить древлянам за убийство ими князя Игоря. Ее сын «Святослав бросил копьем в древлян, и копье пролетело между ушей коня и ударило коня по ногам, ибо был Святослав еще ребенок». Сколько же лет могло быть Святославу? По летописным данным Святослав родился в 942 году. Что ж, четырехлетний княжич как раз мог бросить (пусть на полметра, но мог) копье перед началом сражения. В таком случае Олег — второй сын Святослава — мог родиться в лучшем случае в 959 году (и то с невероятной натяжкой), а гибнет Олег в 977 году, уже имея сына. Временная цепочка настолько неестественно напряжена, что трудно это не заметить. Ну никак не мог Олег быть отцом в это время. Или… он не был родным сыном Святослава. Может, поэтому и опасался он Ярополка? Не родной брат, а какая-то там вода на киселе. А для Свенельда он и вовсе был чужим, как и Владимир.

Через три года после гибели Олега Владимир с собранной дружиной возвращает себе Новгород и затем, включив в дружину воинов из состава славян, чуди и кривичей, идет на Ярополка в Киев. Дальше я могу привести слова из книги Франклина и Шепарда «Начало Руси: 750—1200»: «…даже если допустить, что он сумел уговорить славян и финно-угров идти с ним в такой дальний поход, шансы свергнуть Ярополка были у Владимира невелики… Владимир не решился подойти к Киеву ближе Дорогожичей, в нескольких километрах к северу от города». Но Ярополк почему-то бежит. Не потому ли бежал юный Ярополк, что Владимир не был его младшим, к тому же полузаконным, братом, как свидетельствуют летописи (ТВ), а старшим в их княжеском роду (по АВ)? И, следовательно, Владимир имел больше прав на власть, чем Ярополк.

В конце этой истории Ярополк был убит, а что стало со Свенельдом, летопись не сообщает. Вероятно, он или погиб, или бежал к своим союзникам печенегам, где и умер от старости.

Согласно «Повести временных лет» матерью Владимира была Малуша — ключница княгини Ольги. По Никоновской летописи: «Володимер бо бе от Малки, ключницы Ольжины. И бе рождение Володимиру в Будутине веси; тамо бо в гневе отслала еа Олга, село бо бяше еа тамо, и умираючи даде св. богородице». То есть Владимир родился в Будутине, куда отослала Ольга в гневе Малушу.

В «Повести...» сказано: «Малуша же была сестра Добрыни; отец же им был Малк Любечанин». Историки предполагают, что речь идет о древлянском князе Мале, убившем князя Игоря. Малуша (Малка), бесспорно, считается славянкой. Пока не отрицая этого мнения, тем не менее отмечу, что оно все же не так и бесспорно. Приведенный выше фрагмент из Никоновской летописи позволяет считать, пусть и с натяжками, село Будутино родиной Малуши.

«…в Будутине веси…»: здесь слово «весь» — это небольшое село, но весью называли и финно-угорский народ, живший в районе Приладожья и Белого озера. Эту фразу при некоторых обстоятельствах можно понимать как то, что Будутино — село народа веси. Впрочем, Малуша могла быть и волжской булгаркой. Правителя Булгарии, правившего в Х веке, звали Алмушем. Сравните: Малуша и Алмуша. Если это так, то не удивляет тот факт, что именно Владимира стали называть каганом. Если он внук или, скорее, правнук Алмуша, булгарского кагана, то таким образом понятно, как он получил этот титул. Насколько это правдиво, определить, вероятно, уже невозможно.
Здесь следует отметить и одну из версий Фоменко и Носовского. Слово «малик» (МЛК) означает «царь», отсюда может следовать, что отец Малуши Малк (Мал) Любчанин означает просто «царь», а сама Малуша — это царица или царевна. При таком подходе по-иному трактуется и прозвище ее отца. Любчанин может означать уже не принадлежность его к городу Любечу, а звучать «царь любимый».

По нашим летописям у Малуши был брат Добрыня, ставший известным воеводой у Владимира и новгородским посадником. Если по ТВ Малуша была рабыней, наложницей у Святослава, а это следует из летописей, то какой незавидной должна была быть участь ее брата, сына древлянского князя Мала, убившего князя Игоря, отца Святослава? Меня долго смущала фигура Добрыни, было здесь что-то лубочное, нереальное. И вот у древнего польского историка Стрыковского обнаружил: «Бысть в Новегороде гость знатный Каплушка Малец, имея 2 дочери, Малушу и Добрыню. От сей Малуши, бывшей казначеи при Ольге, родися Святославу сын Владимир». Стрыковский пользовался какими-то промежуточными летописями, где говорилось, что Добрыня была сестрой Малуши. Ну вот, все и встает на свои места. Не было никакого братца Добрыни, все это выдумки тех, кто смело исправлял нашу историю, как выдумка и то, что Владимир был сыном Святослава.

Наконец, почему-то считается, что раз Малуша ключница у Ольги, то, значит, рабыня. А между тем ключница — это по нашим временам что-то вроде управделами при президенте. У ключницы хранились ключи от кладовых, полных добра, и не каждому Ольга в этом смогла бы довериться. Прав был Татищев, когда писал, что «чин ключницы при дворе был великий».

Итак, кто же такая Малуша? Булгарская принцесса, купеческая дочка, ключница у Ольги или просто какая-то рабыня? И самое главное: мать ли она вообще Владимиру? Увы, докопаться до истины в этом вопросе уже почти невозможно. Хотя попытаться следует, но об этом чуть ниже. А вот о вероятном возрасте матери князя Владимира решим вопрос сейчас.

По традиционной версии истории Малуша — дочь древлянского князя Мала, или по-другому Малка Любчанина. Князь Мал был убит Ольгой в 946 году, когда Святослав был еще очень мал. Отсюда получался вывод, что Малуша могла быть сверстницей Святославу, то есть родилась не ранее 940 года, если, конечно, Святослав не любил женщин в возрасте. Но такой вывод вступает в противоречие со сведениями «Саги об Олаве Трюггвасоне».

В этой саге говорится о правящем на Востоке в Гардарики конунге Вальдамаре. Мать его была настолько слаба от старости, что в палату ее вносили. Владимир правил в Новгороде в период с 972 по 980-е годы. Неужели сорокалетняя (так получается по ТВ) женщина выглядела такой старухой? Если же Владимир родился в начале сороковых годов (а это следует по АВ), то матери Владимира к 980 году могло быть примерно шестьдесят лет, если не больше. Согласно Татищеву Святослав родился в 920 году. Но, возможно, речь шла о рождении у князя Игоря в этом году не Святослава, а другого сына, по имени Улеб, будущего отца князя Владимира (это по АВ).

«Летописец Переяславля-Суздальского» утверждает, что князь Владимир, умерший в 1015 году, прожил 73 года, следовательно, он родился в 941—942 годах, что прекрасно согласуется с альтернативной версией истории и входит в явное противоречие с ТВ. Как видите, не все еще вычистили из летописей при их правке.

То есть Иоакимовская летопись, на свидетельствах которой Татищев и писал свою «Историю Российскую», просто спутала двух сыновей князя Игоря: безымянного (Улеба), сыном которого был по АВ Владимир, и Святослава. К примеру, Татищев говорит, что Святослав был женат на Предславе, дочери венгерского короля. Почему-то наши историки считают это известие выдумкой (в венгерских летописях нет такой принцессы). То, что венгерские источники о ней ничего не сообщают, это как раз не странно: сведениями о женщинах источники, как правило, скупы. Зато славянское имя венгерки удивляет. Тем не менее то, что Предслава могла быть женой Святослава, подтвердила одна из русских летописей. Верить ли этому?

Имя Предслава встречается в списке послов князя Игоря в договоре с греками и стоит шестым по счету. Здесь уже выдвигалась гипотеза, что эта Предслава, возможно, была женой Игоря, племянника князя Игоря. Роль этого забытого историей князя была вытеснена яркой личностью Святослава. Этот Игорь, под именем Икмор у греческих авторов, погиб в балканском походе Святослава, а имя его жены Предславы было перенесено летописцами на окружение Святослава.

Из того же договора Игоря с греками выходит, что женой Улеба была некая Сфандра, которая, получается, и должна быть матерью Владимира. А как же Малуша? Увы, летописные сведения о ней, скорее всего, позднейшая выдумка. Но Малуша тем не менее личность историческая, просто ее «переправили» в более ранние времена. То же, кстати, сделали и с Рогнедой, о которой мы будем говорить в следующей главе.

Полное имя Малуши — Малфрида. «Повесть временных лет» под 1000 годом сообщает вне связи с какими-либо событиями, что преставилась некая Малфрида. И, кстати, добавляет, что «в то же лето преставилась и Рогнеда, мать Ярослава». Больше событий под этим годом нет, как нет в «Повести...» больше известий о женщине по имени Малфрида. А вот Татищев на основании Иоакимовской летописи сообщает, что Малфрида была женой князя Владимира и родила ему сына Святослава. Речь идет о Святославе, который был убит Святополком Окаянным. Обратите внимание на татищевскую связку имен: Владимир — Малфрида — Святослав. Заменив тяжеловесное имя Малфрида на более ласковое славянское Малуша, мы получим связку Владимир — Малуша — Святослав. Ни о чем это вам не напоминает? По ТВ мы имеем связку Святослав — Малуша — Владимир. Люди-то разные, но имя — общее.

Боюсь, что читатели окончательно запутались в клубке, в который превратили нашу историю правщики. Поэтому, если я добавлю еще несколько странных и путанных летописных сообщений, труднее вам, думаю, уже не станет. Согласно «Повести временных лет» Владимир имел от Рогнеды четырех сыновей: Изяслава, Мстислава, Ярослава и Всеволода, а от другой, безымянной, жены — Святослава и почему-то опять Мстислава. Один Мстислав явно лишний. В другом списке сыновей Владимира «Повесть...» среди 12 сыновей называет Мстислава только один раз. В главе, посвященной Ярославу Мудрому, этот парадокс летописи будет рассмотрен. Вывод там такой: Мстислав родной брат не Изяслава с братией, а Святослава, а Малфрида (не Рогнеда!) — мать не Святослава, а Изяслава и его братьев.

Почему же Иоакимовская летопись назвала Малфриду матерью именно Святослава? Для ответа на этот вопрос следует учесть, что Иоакимовская летопись — один из первых вариантов русских летописей, но отнюдь не первый. Это вариант, который по ряду причин оказался тупиковым, но он долго существовал и, естественно, неоднократно переписывался. Что-то от ее первоначального варианта взяла себе «Повесть...», а что-то уже позже вносилось в нее из самой «Повести...».

Иоакимовская летопись называет Малфриду матерью Святослава (одного из сыновей князя Владимира), но в те времена монахи-летописцы еще помнили, что тмутараканский князь Мстислав был родным братом Святослава. В то же время им необходимо было объявить Мстислава родным братом Ярослава Мудрого. Вот и появился на страницах «Повести...» князь Мстислав дважды, от двух разных матерей. Эта ошибка так и оказалась в «Повести...» неисправленной. При правке Иоакимовской летописи ошибку учли, и Мстиславу придумали отдельную мать — по имени Адиль.

Соединив, таким образом, имена Малфриды и Святослава (Владимировича), правщики истории сделали дубликат этих имен, получив Малушу, наложницу князя Святослава и мать Владимира.

Здесь уже говорилось, что князь Святослав, сын князя Игоря, якобы был женат на венгерской принцессе по имени Предслава. Имя отнюдь не венгерское. А вот что «Повесть временных лет» пишет о событиях 1015 года: «Святополк же окаянный и злой убил Святослава, послав к нему к горе Угорской, когда тот бежал в Угры». Почему же Святослав Владимирович бежал в Венгрию? Скорее всего, он-то и был женат на венгерской принцессе, но отнюдь не на Предславе. Предслава же — жена Игоря-Икмора и к угорским принцессам никакого отношения не имела.

Таким образом, информация о венгерской принцессе Предславе, на которой был якобы женат князь Святослав Игоревич, появилась путем слияния двух событий-преданий, о которых еще помнили первые летописцы. Это память о Предславе, жене Игоря — племяннике князя Игоря, погибшего в болгарском походе, и сведения о том, что Святослав Владимирович был женат на венгерской принцессе.

Какова была дальнейшая судьба Предславы? Этого никто не знает, как не знает и подробностей ее жизни. «Повесть временных лет» пишет о Рогнеде, «которую поселил на Лыбеди, где ныне находится сельцо Предславино». Не названо ли это село именем вдовы Игоря-Икмора, получившей сельцо в «пенсион»?

Мы закончили рассмотрение истории Руси времен первых Рюриковичей. Но правильнее было бы назвать эту династию — Игоревичами. Рюрика на Руси не было. Это всего лишь фантом болгарского князя Бориса. Да и летописный Олег, правивший, по летописям, пока Игорь, «сын» Рюрика, был мал, тоже оказался «слеплен» древними летописцами из двух исторических персонажей: венгерского князя Альмоша и князя (воеводы) русов Олега.

Начиная с Игоря, все герои древнерусской истории уже реальны. Однако многое в их биографиях довольно сильно искажено. Летописцы «забыли» об Улебе — старшем сыне князя Игоря. Улеб — отец князя Владимира, крестителя Руси. Но правильнее было бы назвать Владимира — крестителем Руси по греческому обряду. Владимир, как видите, оказался вовсе не сыном князя Святослава, а его племянником. Да и Олег, второй сын князя, тоже не сын Святославу. Кто он, об этом можно только строить предположения. Может быть, сын Игоря-Икмора, погибшего вместе с князем Святославом в болгарском походе? Что ж, по возрасту это вполне возможно, а имя Олег ему могло быть дано в честь деда — воеводы князя Игоря.

Святослав, как видите, вовсе не погиб от рук печенегов, а был убит в одном из сражений своего болгарского похода. После его смерти власть на Руси перешла к его сыну Ярополку, который вступает со своими «братьями» Олегом и Владимиром в смертельную схватку. Олег гибнет от рук Ярополка, но и сам Ярополк вскоре погибает, проиграв схватку за власть Владимиру, от которого и пошли все остальные князья на Руси. И среди них — его сын Ярослав, прозванный Мудрым.

#7 Пользователь офлайн   АлександрСН 

  • Виконт
  • Перейти к галерее
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Раскрыть информацию
  • Группа: Виконт
  • Сообщений: 1 796
  • Регистрация: 29 Август 11
  • Пол:
    Мужчина
  • ГородКемерово
  • Награды90

Отправлено 21 Январь 2012 - 20:31

ЯРОСЛАВ МУДРЫЙ

•Наследники•Полоцкое убийство•Кто когда родился•
•Тайна Мстислава•


НАСЛЕДНИКИ

В 1015 году умирает князь Владимир, прозванный за принятие страной христианства Святым. До крещения любвеобильный Владимир имел множество жен и сотни любовниц. По крайней мере, так утверждает история. Сыновей согласно летописям у него было не менее двенадцати. Еще при жизни князя они получили различные уделы. Двое из них умерли еще при Владимире: вероятно, старший — Вышеслав и Изяслав, положивший начало независимой полоцкой династии князей. Святополк был приемным сыном Владимира, который взял его мать в жены, когда она была беременна от убитого Ярополка.

После смерти Владимира между его сыновьями началась кровавая междоусобица. Святополк убил Бориса, Глеба и Святослава, за что и был позднее прозван Окаянным. Но через несколько лет он сам погиб от руки Ярослава, который и стал киевским князем.

Давайте рассмотрим вопросы, которые возникают при изучении летописей, описывающих этот период:

1. Борис, младший и самый любимый сын Владимира, имел в качестве удела Ростов (Северо-Восточная Русь), но накануне смерти отца возглавлял княжеское войско в походе на печенегов (причерноморские степи). Кем же он был: ростовским князем (1000 километров по прямой до Киева!) или правой рукой киевского князя?

2. Борис возвращается из похода со всем войском, которое ЦЕЛИКОМ его покидает после известия о смерти Владимира, перейдя на сторону Святополка — приемного сына Владимира, посаженного последним накануне в тюрьму. Почему войско так поступило?

3. Узнав о смерти отца и получив от Святополка уверение в своем дружеском к нему отношении, Борис по-прежнему остается на реке Альте. Зачем? ПОЧЕМУ?

4. Согласно летописям Борис отличался храбростью. Войску такие вожди нравятся. Но войско его покинуло.

5. Узнав о злонамерениях Святополка, он… продолжает стоять на Альте. Поняв, что убийцы стоят уже за его шатром, храбрый Борис, как овца, покорно ложится и ждет своей участи.

Этих пяти пунктов более чем достаточно, чтобы, применив принцип «бритвы Оккама», вынести однозначный вердикт: ЭТОГО БЫТЬ НЕ МОГЛО. Поэтому мы должны разобраться в этой части русской истории и получить ответ на вопрос: какое место занимал Борис в «братской» иерархии (а по ТВ — он один из многих) и что за нерешительность он проявил в ответственный момент борьбы за власть? А прояснить ключевые моменты этого исторического эпизода нам помогут скандинавские саги, точнее, одна из них — «Прядь об Эймунде». Эта сага повествует о событиях на Руси, произошедших вскоре после смерти Владимира.

О чем же рассказывает сага? После смерти «Вальдимара конунга с востока из Гардарики, и эти владения держат теперь трое сыновей его, славнейшие мужи. Он наделил их не совсем поровну: одному теперь досталось больше, чем двум. И зовется Бурицлав тот, который получил большую долю отцовского наследия, и он — старший среди них. Другого зовут Ярицлейв, а третьего Вартилав. Бурицлав держит Кэнугард, а это — лучшее княжество во всем Гардарики. Ярицлейв держит Хольмгард, а третий — Палтескью и всю область, что сюда принадлежит. Теперь у них разлад из-за владений, и всех больше недоволен тот, чья доля по разделу больше и лучше: он видит урон своей власти в том, что его владения меньше отцовских».

Историки, анализируя этот текст, говорят, что:

1. Ярицлейв — это Ярослав. Да, я с этим согласен.

2. Бурицлав —это Святополк, зять польского короля Болеслава. Скандинавы якобы отожествили Болеслава Польского со Святополком и поэтому назвали Святополка Бурицлавом. Это мнение историков. Но с этим абсолютно нельзя согласиться. В имени Бурицлав явно выглядывает имя Владимирова любимца — сына Бориса. Бурицлав=Борис.

3. Вартилав — это, по мнению историков, внук, а вовсе не сын Владимира: князь Брячислав Изяславич. С этим также нельзя согласиться. В скандинавской форме этого имени явно видно имя Вячеслав. Но сына с таким именем у Владимира не было. Так должны утверждать наши историки. Должны, потому что о Вячеславе как первооснове формы Вартилав у наших историков вообще речь нигде не идет.

Но… Что означает имя Вячеслав? Более славный. А у Владимира старшего сына звали Вышеслав. То есть — Вячеслав, что одно и то же. Кстати, Б. Греков Вышеслава также называет Вячеславом. По летописям Вышеслав умирает еще при жизни отца. Но, может, Вышеслав умер все же несколько позже, а летописи опять врут? Кстати, согласно саге об Эймунде Вартилав через три года заболел и умер, а по летописям Брячислав Изяславич, с которым историки отожествляют Вышеслава, еще долго здравствовал. То есть, как видите, и здесь у традиционной истории нестыковка.

Рассмотрим происходящие события с двух точек зрения: традиционной и альтернативной, вам предлагаемой.

ТВ. «И посадил Вышеслава в Новгороде, Изяслава в Полоцке, а Святополка в Турове, а Ярослава в Ростове. Когда же умер старший Вышеслав в Новгороде, посадил в нем Ярослава, а Бориса в Ростове, а Глеба в Муроме…».

АВ. Ярослав — в Ярославле=Новгороде, Вышеслав в Полоцке и Новгороде-Ильменском. Борис, правая рука князя Владимира, — в Киеве.
Вы обратили внимание на летописное разделение уделов? Вышеслав получает Новгород, а Ярослав Ростов, а затем и Новгород, уступив Ростов Борису. Это по ТВ. По альтернативной версии Вышеслав и Ярослав получили два разных Новгорода: Ильменский и Новгород=Ярославль. Но, исправляя историю, поздние ее правщики побоялись в столь ответственный момент (впервые в летописи появляется Новгород-Ильменский) показать на страницах летописи одновременно два Новгорода — Ярославский и Ильменский — и попросту заменили Новгород=Ярославль на соседний Ростов, «отдав» его Ярославу.

Что же происходило НА САМОМ ДЕЛЕ после смерти Владимира?

Три главных наследника (коих выбрал Владимир) делят страну: Борис получает Киев, Чернигов, Смоленск и другие земли. Ярослав — Северо-Восточную Русь (с Новгородом=Ярославлем), Вышеслав — Северо-Западную (с Полоцком и Новгородом Ильменским). Остальные сыновья в отличие от первых трех НЕЗАВИСИМЫХ князей получают в лучшем случае зависимые уделы. Разве что Мстислав имеет далекую, отрезанную от метрополии Тмутаракань. Святополк, посаженный в темницу при Владимире в 1012 году, к первоначальному разделу отцовского наследства просто не успел.

Борис, получивший более половины всей страны тем не менее недоволен: «его владения меньше отцовских». Но Ярослав привлекает на свою сторону наемных скандинавов. Именно в этот период скандинавы активно заявляют о себе в политической жизни Руси, но никак не во времена Олега и Игоря.

Борис в ходе разыгравшихся сражений оказывается разбит. Ярослав захватывает Киев и Смоленск, а Борис бежит в …Ярославль. Дело в том, что у князя Ярослава, сделавшего ставку на наемных варягов=скандинавов, произошел разрыв с ярославцами. Во время местной ссоры варягов с ярославцами Ярослав занял сторону первых и перебил много знатных новгородцев (т. е. по АВ — ярославцев), о чем, кстати, подробно пишут летописи.

Итак, Борис бежит в Ярославль, собирает войско, идет на Ярослава и вновь терпит поражение. И снова бежит, на этот раз на юг к печенегам. Наступает период третьего, решающего, сражения. Неугомонный Борис останавливается перед решающим сражением на реке Альте. Здесь люди Бориса «крепко спали, потому что они устали от похода и были сильно пьяны». Военачальник Ярослава варяг Эймунд с помощниками прокрадывается в лагерь противника, поднимает шатер Бориса и убивает его. (Это очень близко к летописной сцене убийства спящего Бориса в шатре, но здесь в отличие от летописи никаких странностей, все четко и логично). Эймунд отрубает голову Борису и приносит ее Ярославу. Ярослав благодарно отвечает: «Вы поспешно решили и сделали это дело, близкое нам». По летописи два варяга просто убивают Бориса, пронзив мечом. При этом вместе с Борисом в шатре убивают его воина и, позарившись на золотую цепь на его шее, отрубают ради нее голову этому воину.

Остаются два главных князя на Руси — Ярослав и Вышеслав, который переманивает Эймунда с его отрядом на свою сторону. Вышеслав, как князь Полоцка и Новгорода Ильменского, имел постоянные контакты со скандинавами, а Иоакимова летопись в отличие от «Повести временных лет» отмечает, что Вышеслав родился от Оловы, варяжской женщины. Ярослав вынужден помириться с Вышеславом. В итоге Вышеслав становится киевским князем, Ярослав остается князем ярославским, а Эймунду достается на правах лена Полоцк.
Через какое-то время Вышеслав умирает или погибает, а Ярослав в 1017 году вступает в Киев.

Что же сообщает нам про этот период «Повесть временных лет»? Что-то непонятное. Судите сами. В 1016 году Ярослав побеждает Святополка и садится в Киеве. А под 1017 годом всего ОДНА короткая запись: «Ярослав иде к Киеву и погоре церквей много Киеве». Как же так, Ярослав по летописям уже год как киевский князь! А из этой записи недвусмысленно говорится, что в ходе захвата в 1017 году Ярославом Киева сгорели церкви.

В 1018 году в события вмешивается польский король Болеслав, который вместе со Святополком вступает в Киев. Зачем же Ярославу вторично захватывать Киев в 1017 году, то есть в год, когда у него не было НИКАКИХ соперников? В нескольких летописях о событиях 1017 года слова «к Киеву» вообще пропущены, а в Новгородской сказано, что «Ярослав иде к Берестью». Именно на основании этой одной летописи историки, сглаживая противоречия, изложенные в «Повести...», объявили, что Ярослав ходил не к Киеву, а к Бресту, что на границе с Польшей, а киевские церкви, выходит, сгорели сами по себе. А между тем под Киевом находилась княжеская резиденция в Берестово. Отсюда вывод: несмотря на правки в большинстве летописей сохранились истинные сообщения о событиях 1017 года. В более поздние времена, когда уже существовало несколько вариантов русских летописей, это заметили и в нескольких из них слова «к Киеву» пропустили, но завершить правку всех рукописей уже не смогли.

А теперь как эти события трактует АВ. После смерти Вышеслава Ярослав в 1017 году занимает Киев. Но тут в дело вмешивается польский король Болеслав, тесть Святополка. Болеслав требует Бреста, земель граничащих с Польшей, имея на них в перспективе свои виды. Ярослав отказывается, и вскоре польское войско со Святополком занимает Киев. Но в конечном итоге Святополк был разбит, бежал на запад, и следы его теряются для истории. Но другие потомки Владимира не успокаиваются, и после длительной вооруженной борьбы Ярослав вынужден отдать своему племяннику Брячиславу Изяславичу Полоцк, а брату Мстиславу — Чернигов.

Как видите, по альтернативной версии, Святополк вступил в борьбу с сильным запозданием. Почему? Да потому, что согласно очевидцу тех лет Титмару Святополк вышел из темницы лишь спустя какое-то время после смерти Владимира, когда между его наследниками уже шла борьба. Причем не просто вышел, а сразу же бежал к своему тестю Болеславу. Согласно Титмару Владимир оставил все наследство двум своим сыновьям, каким именно, Титмар не уточняет. Учитывая последующие события, речь должна идти о Борисе, получившем Киев, и Вышеславе, полоцком князе. Почему же все верят «Повести...», а Титмару нет? Да потому, что если верить немецкому хронисту, то однозначно придется признать лживой ВСЮ картину событий 1015—1018 годов, описываемую «Повестью временных лет». А отсюда уже недалеко до «принципа домино»: поползет по швам вся русская история, которая окажется сшитой белыми толстыми нитками. А как же научные звания? В одночасье нашим уважаемым академикам от истории пришлось бы начинать все с нуля, а ведь так хорошо все сложилось…

Мы с вами разобрались, что убийцей Бориса был не Святополк, а родной брат Ярослав. Но обвинили в этом Святополка. Ну не могли же летописцы обвинить своего князя в таком злодействе. Вот и выбрали «козла отпущения». Но Святополк обвиняется еще и в убийстве других своих братьев — Глеба и Святослава. Зная ситуацию с убийством Бориса, нетрудно предположить, что Глеба, родного брата Бориса (от общей матери), убили по приказу того же Ярослава. По летописным сообщениям Глеб спешит в Киев, по дороге он падает с лошади и повреждает ногу, но тем не менее продолжает путь. Около Смоленска его настигает посланец от Ярослава с предупреждением о злонамерении Святополка, но тут появляются и убийцы, подосланные Святополком. Летописец, вынужденный обелить Ярослава, тем не менее старается подсказать читателям правду: раненный, вероятно, в сражении, Глеб был настигнут людьми Ярослава и убит ими.

Взгляните на карту. Муром, вотчина Глеба, относился к Северо-Восточной Руси, отданной в управление Ярославу, то есть Глеб должен был подчиняться воле Ярослава, так как был его удельным князем. Но Глеб почему-то бежит на запад. Куда? Летопись называет промежуточный пункт — Смоленск, который уже относился к владениям Бориса. Но Глеб однозначно бежал не к Борису в Киев, иначе из Мурома он выбрал бы путь южнее. Смоленск находится как раз на пути к Полоцку, где правил еще один их брат — Вышеслав. Конечным пунктом Глеба мог быть и Туров, вотчина Святополка. Убийство Глеба неподалеку от Смоленска, на земле, относящейся к владениям киевского князя Бориса, дало прекрасный повод князю Ярославу обвинить в смерти Глеба киевского князя, а им по подделанной истории был Святополк.

Аналогично при описании в летописях событий последнего сражения Ярослава со Святополком Ярослав размещает стан на месте, где четыре года назад был убит Борис. «Ярослав СТАЛ на место, где убили Бориса». Кто умеет читать между строк, тот поймет, что хотел сказать подневольный древний летописец: в убийстве Бориса виноват Ярослав Мудрый.
Рюриковичи именам своих детей придавали большое значение: внуки и внучки часто назывались в честь своих дедушек и бабушек. Сын старшего из Ярославичей князь Изяслав (не путать с Изяславом Полоцким, братом Ярослава Мудрого) назвал одного из своих сыновей Святополком. Неужели в честь своего дяди Святополка, прозванного Окаянным? Да нет, в середине XI века, когда события еще не изгладились из памяти, никто еще не называл Святополка братоубийцей. Поэтому у Ярослава Мудрого и появился внук по имени Святополк. Неприглядную историю с Ярославом, возможно, подправили его сыновья, но никак не он сам. По крайней мере, согласно «Повести временных лет» в 1072 при переносе мощей Бориса и Глеба, уже причисленных к святым, митрополита Георгия «объял ужас, ибо не твердо верил он в них», то есть в святость Бориса и Глеба.

Невиновный в смерти своих братьев Святополк был объявлен злодеем и назван Окаянным. Но настоящим убийцей был князь Ярослав Мудрый. Именно его и следовало назвать Окаянным.

ПОЛОЦКОЕ УБИЙСТВО

Согласно «Повести...» Полоцк получил еще при жизни Владимира Изяслав. Он по летописи был сыном князя Владимира от Рогнеды, дочери полоцкого князя Рогвольда (пришедшего в Полоцк из-за моря, то есть предположительно варяга), убитого Владимиром накануне его похода на Ярополка в 980 году. При этом Владимир убил двух сыновей Рогвольда, а его дочь Рогнеду взял в жены. Поэтому якобы Владимир и отдал Изяславу, сыну Рогнеды и внуку Рогвольда, их наследственные земли. Логично? Не говорите поспешно «да». Дело в том, что от Рогнеды по тем же летописям у Владимира были еще дети — Ярослав и Всеволод. Но на полоцкое наследство они почему-то претендентами не были. Изяслав умер рано, еще при жизни Владимира, поэтому Полоцк перешел к его сыну Брячиславу Изяславичу.

На самом деле события, скорее всего, развивались совсем по-другому. Вот что предлагает АВ: Изяслава Владимировича к началу 20-х годов XI столетия уже не было в живых. Его сын, смелый и решительный Брячислав, напал на владельца Полоцкого княжества варяга Рагнара, который после смерти своего родича и побратима Эймунда с согласия Ярослава получил Полоцк во владение на тех же правах, что и Эймунд. Эймунд, как уже было сказано, владел Полоцком на правах лена. «Если Эймунд конунг оставит после себя наследников, то будут они после него княжить в том княжестве. Если же он не оставит после себя сына, то оно вернется к тем братьям (т. е. сыновьям Владимира)». Брячислав захватывает Полоцк и Новгород Ильменский, убивает Рагнара и двух его сыновей, берет в жены его малолетнюю дочь Рогнеду и становится полоцким князем. Новгород Ильменский после военных столкновений с Ярославом отходит к последнему.

Здесь, как видите, вновь появилось имя Рогнеда. На мой взгляд, именно этот эпизод с Рагнаром и вошел в качестве основы летописной легенды о захвате Полоцка князем Владимиром в ходе его войны с братом Ярополком. Летописец просто перенес эти события на полсотни лет в глубину истории, изменив Рагнара на Рогвольда. Кстати, в те времена был еще один скандинав — кузен жены Ярослава шведский варяг Рагнвальд, который получил в управление Ладогу, вероятно, с целью закрыть «ворота», через которые на Русь могли попадать ватаги разбойников — варягов из Швеции. Даже сейчас путают имена Рагнара и Рагнвальда, поэтому-то и появился на страницах летописи владелец Полоцка Рогвольд, то есть Рагнвальд. Рогвольд согласно летописным данным «пришел из-за моря», как и его прототип Рагнар. Итак, повторюсь: на Руси было два скандинава — Рагнар, владевший Полоцком, и Рагнвальд (Рогвольд), владевший Ладогой. Эти имена часто путают, спутал и летописец, назвавший Рагнара Рогвольдом.

Наконец, судите сами, согласно традиционной версии истории Владимир, испугавшись Ярополка, бежит за море, возвращается с варягами и вступает в схватку с Ярополком, который имеет внушительные военные силы. Но накануне Владимир захватывает Полоцк, польстившись на Рогнеду. Скажите, зачем перед решающей схваткой за власть на Руси ему понадобилось рисковать своей наемной дружиной, вступившись в сомнительную битву за Полоцк? Владимир вполне мог потерять значительную часть воинов. И всё! В итоге власть на Руси досталась бы Ярополку, а Владимиру пришлось бы уже окончательно бежать за море. С Рогнедой. И только. И тем не менее согласно летописям Владимир в 980 году еще до решающей схватки с Ярополком идет против Рогвольда.

То, что полоцкий (980 года) эпизод является вставкой в «Повесть временных лет», заметил еще Шахматов. Но он ошибочно предложил отнести его к 970 году. Кстати, если так судить, то Владимир родился, когда Святославу (а Святослав родился, если верить «Повести...», вероятно, не ранее 940 года) было, скажем, шестнадцать лет, и был он уже третьим сыном у Святослава. А у самого Владимира в этом случае наследник появляется в четырнадцать лет! Натяжки очевидные. В такую историю верить нельзя.
Брячиславу Изяславичу нужно было убить и Рагнара, и всех его сыновей — законных наследников княжества, а женившись на малолетней Рогнеде, он просто закрепил свои права на Полоцкое княжество.

Дети у Рагнара должны были быть очень малы. Маловероятно, что он их привез из Скандинавии, скорее всего, они родились уже в Полоцке (а Полоцк за несколько лет до этого принадлежал варягу Эймунду), то есть им было не более пяти лет.

В таком случае Рогнеда могла войти в детородный возраст не ранее 30-х годов XI века. Сын Брячислава Всеслав умер согласно летописям в 1101 году, ровно 100 лет спустя официальной даты смерти его деда Изяслава, при этом пять сыновей Всеслава упоминаются в 1128—1129 годах. Следовательно, естественно предположить, что Всеслав мог родиться только незадолго до смерти Брячислава в 1044 году, когда Рогнеда по альтернативной версии была еще очень молодой, лет двадцати с небольшим. Раньше Всеслав родиться не мог, иначе просто невозможно представить, что пять его сыновей оказались такими долгожителями.

Всеслава Полоцкого летопись первый раз упоминает под 1067 годом, что также не противоречит версии, что он родился в начале 40-х годов.

КТО КОГДА РОДИЛСЯ

Новгородская первая летопись под 1003 годом сообщает: «Преставися Всеслав, сын Мстиславль, внук Володимир». Однако в других летописях этот Всеслав назван сыном Изяслава Владимировича, а раз так, то упоминание здесь Мстислава считается опиской. Но так ли это? Почему же заменили имя Мстислава на Изяслава? Ответ прост: если в 1003 году сын Мстислава упоминается в летописи, то он явно не ребенок и не юноша, так как смерть ребенка — событие, не достойное упоминания в летописях. Умерших в детском возрасте княжат и не пересчитаешь. А вот взрослый сын-князь — другое дело. Итак, в 1003 году сын Мстислава уже довольно взрослый. А раз так, то и Мстислав мог быть одним из первых сыновей князя Владимира, по крайней мере, был СТАРШЕ узурпатора Ярослава (о возрасте Ярослава — чуть ниже). В противном случае он просто не успел бы так рано произвести на свет сына.

И еще один весьма неприятный для историков вывод. Если принять версию, что этот Всеслав умер не младенцем, а уже будучи взрослым, то когда мог родиться его дед — князь Владимир? В лучшем случае в сороковых годах X века, когда Святослав еще был ребенком. При этом еще заметим, что по ТВ Владимир был младшим сыном Святослава. В некоторых источниках датой его рождения называется 952 год. Не мог в таком случае его отец Святослав в 946 году бросить копье всего на полметра (а через пять лет зачать уже трех сыновей!), это, во-первых, а во-вторых, получается, что Святослав в последующие двадцать лет был бездетным?

Немецкий хронист и очевидец событий тех лет Титмар писал о Владимире: «После этого названный король умер в ПРЕКЛОННЫХ летах». Что, 55 лет по ТВ — это уже преклонные года? Но если Владимир родился в самом начале сороковых, то в 1015 году (год смерти) он действительно был преклонного возраста: чуть больше семидесяти лет.

Какова дата рождения Ярослава Мудрого? Если судить по «Повести временных лет», то их две. Так, в 1016 году ему было 28 лет (т. е. он родился в 989 году), но, с другой стороны, он умер в 1054 году в возрасте 76 лет (т. е. он родился уже в 978 году). Исследователи склоняются к первой дате, основываясь на экспертизе скелета князя. Но вся беда в том, что этот скелет принадлежит не Ярославу Мудрому, а его потомку Чингисхану, о чем уже говорилось в первой книге «Русь, которая была».

Сын Ярослава Илья в 1018 году, по мнению ряда исследователей, женился на сестре датского короля. Если принять во внимание это предположение, то следует остановиться на второй дате рождения Ярослава (ну в самом же деле, если бы Ярослав родился в 989 году, то в 1018 году у него не могло быть взрослого сына). Это более стыкуется и с датой крещения князя Владимира — с 988 годом, т. е. Ярослав должен был родиться до этой даты, и он вряд ли был последним из двенадцати сыновей Владимира. Напомню читателям, что после крещения в 988 году у Владимира, по общему мнению, должна остаться только одна законная жена, от коей, как считается, и родились князья Борис и Глеб. Итак, Ярослав, отнюдь не старший в семействе сын, родился в 979 году. Когда же родился согласно ТВ его отец князь Владимир, якобы МЛАДШИЙ сын Святослава? С учетом того, что в 1003 году умер внук Владимира Всеслав, мы получим в лучшем случае пятидесятые годы X века, даже — начало пятидесятых годов. И то в том случае, если Владимир стал отцом в раннем возрасте, а у Ярослава в таком же юном возрасте и родился Всеслав. При этом получим, что согласно ТВ Владимир родился у Святослава, когда тот был еще подростком. Традиционная версия истории и здесь, как вы видите, проходит буквально по самому краю правдоподобия. Поверить в это трудно.

В предыдущей главе я обосновывал то, что Владимир не был сыном Святослава, они были погодками, родившимися в самом начале сороковых годов X века. Это утверждение вполне подтверждают вышепроизведенные расчеты, связанные с Всеславом, внуком Владимира.

ТАЙНА МСТИСЛАВА

Князь Мстислав, брат Ярослава Мудрого, пожалуй, наиболее яркая личность среди двенадцати сыновей князя Владимира. От своего отца он получил в удел далекую Тмутаракань. Такой же былинный герой, как и князь Святослав Игоревич (тот самый, погибший в болгарском походе), Мстислав запомнился по походу на касогов и по поединку с их князем Редедей, которого и зарезал Мстислав. Мстислав постоянно был в движении, постоянно с кем-то воевал и не случайно получил прозвище Храброго.

«Повесть временных лет» настолько запутанна в вопросе о происхождении Мстислава, что до сих пор историки не могут ответить на вопрос о том, родной ли (т. е. от одной ли матери) он брат Ярослава, а если родной, то кто из них был старше?

Согласно «Повести...» князь Владимир имел от Рогнеды четырех сыновей: Изяслава, Мстислава, Ярослава и Всеволода; «от гречанки имел он Святополка, от чехини — Вышеслава, а еще от одной жены — Святослава и Мстислава, а от болгарыни — Бориса и Глеба». Как видите, в этом списке Мстислав упоминается дважды и от разных матерей. При этом нельзя забывать, что Рогнеда — фантомное включение событий более поздних времен, на самом деле ее при Владимире еще не было. С другой стороны, эта псевдоРогнеда была матерью четырех сыновей — князей, то есть не была мимолетным увлечением Владимира. И определить ее истинное имя, как ни странно, нетрудно. В «Повести...» под 1000 годом записано: «Преставилась Малфрида. В то же лето преставилась и Рогнеда, мать Ярослава». Это единственное упоминание имени Малфриды. Возможно, это имя еще где-то упоминалось в первоначальном летописном списке, но при правке все остальные упоминания были уничтожены. В то же время заметно, что второе предложение вписано в летопись в более позднее время. Как сами видите, здесь уточнено, что Рогнеда — мать Ярослава. Для применяемого мной принципа «бритвы Оккама» вывод однозначен: Малфрида и есть мать четырех князей. При правке летописей Малфриду под сокращенным именем Малуша «отправили» в более ранние времена, сделав матерью князя Владимира.

Но вопрос, как вы помните, был другой: Мстислав — чей сын? Для его решения нам поможет еще одна выдержка из «Повести...», где упоминаются сыновья Владимира: «Было же у него 12 сыновей: Вышеслав, Изяслав, Ярослав, Святополк, Всеволод, Святослав, Мстислав, Борис, Глеб, Станислав, Позвизд, Судислав». Сравните этот список с приведенным чуть выше первым списком. Здесь уже один Мстислав, но добавлены еще три брата: Станислав, Позвизд и Судислав. Причем все они заканчивают этот список. Изучая расположение имен, можно предположить, что Мстислав — брат Святослава, т. е. не сын Малфриды, а следовательно, и не родной брат Ярослава. То есть первый список имен можно признать правильным, убрав двойное упоминание Мстислава.

В таком случае мы получаем, что у Малфриды-Малуши (а не фантомной Рогнеды) сыновьями были Изяслав, Ярослав, Всеволод. Три сына. Был ли все-таки четвертый? Я склоняюсь к мнению, что был. Чье же имя правщики заменили на имя Мстислав? Детальное рассмотрение имеющейся информации наталкивает на мысль, что из трех дополнительных имен, появившихся во втором списке, наиболее вероятным может быть Судислав. Об этом и о самом Судиславе чуть позже. А мы можем получить список сыновей князя Владимира от Малфриды-Малуши: Изяслав, Судислав, Ярослав, Всеволод.

Мстислав, чей воинственный характер очень напоминал князя Святослава, был князем тмутараканским. В 1024 году «когда Ярослав был в Новгороде, пришел Мстислав из Тмутаракани в Киев, и не приняли его киевляне. Он же пошел и сел на столе в Чернигове». Далее Ярослав посылает за варягами, происходит битва с Мстиславом, Ярослав разбит и бежит. Поражение Ярослава было полное: остатки варягов его покинули, а Мстислав сохранил в целости свою тмутараканскую дружину. А дальше происходит что-то непонятное и беспрецедентное: Мстислав шлет «за Ярославом, говоря: «Садись в своем Киеве: ты старший брат, а мне пусть будет эта сторона Днепра». Мстислав не был альтруистом, не мог он на такое пойти. Без сомнения, Мстислав захватил Киев, сохранив за собой и Тмутаракань, и Чернигов, и Смоленск.

Теперь останется логически просчитать судьбу остальных земель Древней Руси. Брячислав Изяславич по-прежнему владел Полоцком. Что же досталось разбитому Ярославу?
Вероятно, Новгород-Ильменский. На это могут намекать отдельные, оставшиеся целыми после правок, строки летописи. В 1026 году Ярослав с Мстиславом заключили мир у Городца. Городцом вполне может быть так ныне называемое Рюриково городище близ Новгорода-Ильменского.

В 1030 году «пошел Ярослав на чудь, и победил их, и поставил город Юрьев». Юрьев — город близ Чудского озера и не так далеко от Новгорода-Ильменского.

Никоновская летопись сообщает, что в 1029 году «Ярослав ходи на ясы и взят их». Ясы — осетины. Что делал Ярослав в исконно Мстиславовых землях? Здесь ответ прост: перед нами реликтовый остаток первоначальной правки, не вошедший в другие варианты летописей, а правка заключалась в автоматической замене в летописях имени Мстислав на Ярослав. Здесь тоже механически подправили, заменили, но получилась какая-то логическая нелепица. Более поздние «историки» поняли ошибку и просто вычеркнули фразу из других летописей, но в Никоновской она как-то уцелела. На ясов же, конечно, ходил Мстислав.

Осталось определить имя князя новгородского, т. е. по АВ — ярославского. Им был, с большой долей вероятности, старший по общей матери брат Ярослава князь Судислав. Почему? В 1036 году сразу после смерти Мстислава «всади Ярослав Судислава в поруб, брата своего, Плескове». Плесков по ТВ однозначно — город Псков, но по АВ Плесков — Переяславль, что на Плещеевом озере, недалеко от Ярославля. То есть посадил Ярослав Судислава в темницу в Переяславле.

Великое княжение Мстислава продолжалось до 1036 года. В этом году он умирает бездетным, а захвативший великое княжение Ярослав сажает в темницу брата Судислава и «иде Ярослав Новугороду, и посади сына своего Володимера Новегороде». Странное совпадение. Ярослав Мудрый согласно ТВ к этому времени владел Киевом и Новгородом уже долгие годы, но старшего сына сажает на новгородский стол ПОЧЕМУ-ТО только в 1036 году ПОСЛЕ смерти Мстислава и одновременно с этим заключает в темницу недалеко от Новгорода=Ярославля Судислава. И все эти три события происходят в одном и том же году.

По ТВ получалось, что Новгород длительное время не имел правителя. Дошло до того, что, заполняя неестественный пробел, академик Янин почему-то сообщает, что в Новгороде все эти годы правил посадник Константин, продлив, таким образом, ему жизнь на полтора десятка лет.

Для традиционной версии все это только странные и досадные совпадения, но для альтернативной версии истории это уже последовательная закономерность событий.

В скандинавских сагах имя Ярослава почти всегда связывается с Хольмгардом — Новгородом, это касается как событий, последовавших после смерти Владимира, так и событий, когда Ярослав уже был согласно русским летописям киевским князем. Но если судить по сагам, то он на киевском княжении не был, во многом это справедливо, так как захват несколько раз Ярославом Киева приводил лишь к его кратковременному княжению. Скандинавские же саги говорят о Ярославе как о новгородском князе.

В Академическом списке «Повести временных лет», приведенном Татищевым, известный список раздела земель, произведенного еще при жизни Владимира, дополнен двумя именами. Согласно этому списку Станислав получил Смоленск, а Судислав — Плесков. Как это похоже на мстительный характер Ярослава: Судислав при жизни отца получил Переяславль, через какое-то время после междо-усобицы он смог (по АВ) заполучить Новгород=Ярославль, бывшую вотчину Ярослава. И Ярослав, мстя своему брату, расправляется с ним, сажая в поруб именно в Плескове=Переяславле.

Что же произошло с Мстиславом в 1036 году? По летописи «Мстислав могуч телом», но «вышел на охоту, разболелся и умер». А где же его наследники? За 1033 годом есть только одна короткая фраза: «Евстафий Мстиславич умер». И больше ничего. Следующие 1034 и 1035 года вообще пустые, без событий. Евстафий — имя явно не княжеское, вероятно, и это имя, и эта смерть просто выдуманы монахом-летописцем. Но зачем? У меня есть только одно решение данной проблемы: Мстислав вряд ли был бездетным, поэтому появление такого сообщения в летописи сняло остроту вопроса о судьбе его наследников, мол, был один, да помер. Но если у Мстислава были дети, что же такое с ними могло произойти, раз для летописи специально придумали сына Евстафия Мстиславича?

По АВ Мстислав и вся его семья были убиты при осаде и штурме печенегами Киева. По ТВ, «печенеги пошли на приступ и схватились на месте, где стоит ныне святая София», но потерпели поражение. Но это по традиционной лживой версии. В реальности же печенеги город захватили и сожгли. Трудно сказать, какая при этом была роль Ярослава.
Участвовал ли он сам в осаде и штурме или просто подкупил степняков, натравив их на Киев? Зная характер Ярослава, трудно предположить, что он был здесь ни при чем.
Итак, город был до основания сожжен. Киева к концу 1036 года практически НЕ СУЩЕСТВОВАЛО. И поэтому вполне естественными кажутся следующие строки о событиях 1037 года, которые вызывали затруднения не у одного поколения историков: «Заложил Ярослав город великий». Речь идет о Киеве. А в Новгородской первой летописи это событие еще отчетливее и страшней для ТВ: «Заложи Ярослав город Кыев». Так что в этом случае Киеву не то что более 1500 лет, а нет даже и тысячи.

Борис, Глеб, Мстислав, Святослав, Святополк — кто еще из сыновей Владимира мог бы пополнить этот список и к смерти которых вполне мог быть причастен Ярослав Мудрый?
В 30-е годы XVII века по указанию митрополита Петра Могилы в Киеве производились раскопки Десятинной церкви, разрушенной монголами. Там был найден мраморный саркофаг-гробница с именем Владимира Святославича, а в нем — кости со следами глубоких разрубов и отсеченной головой, при этом некоторые части скелета вообще отсутствовали. Но по «Повести...» князь Владимир умер от старости. Вот об этом: «Когда Владимир собрался идти против Ярослава, Ярослав, послав за море, привел варягов, так как боялся отца своего; но Бог не дал дьяволу радости. Когда Владимир разболелся, был у него в это время Борис. Между тем печенеги пошли походом на Русь, Владимир послал против них Бориса, а сам сильно разболелся; в этой болезни и умер».

Княжеская дружина во главе с Борисом идет на печенегов (а не натравил ли Ярослав печенегов на Киев, как это было в 1036 году при Мстиславе?). Старый Владимир остается с малой дружиной в Киеве, Ярослав собирает варягов, а дальше… Что? А дальше — находка в XVII веке саркофага с останками князя Владимира. Убитого!

На этом можно было бы закончить эту главу, но, боюсь, что читателям князь Ярослав предстал в неприглядном свете, получив от автора прозвище Окаянного. Как это далеко от того благообразного облика князя, известного нам со школьной скамьи. Но я вовсе не первый исследователь, который показал оборотную сторону поступков князя Ярослава — Мудрого и Великого (да, и такое прозвище есть у него). Вот что пишет Алексей Карпов в своем масштабном исследовании «Ярослав Мудрый»: «Источники знают и другого Ярослава — более приземленного и далеко не всегда оказывающегося на высоте своего положения. Летописцы, писавшие при жизни князя или спустя немного времени после его кончины, отмечали не только его успехи и свершения, но и его явные промахи и неудачи, приводили красноречивые примеры не только его рассудительности и благочестия, но и его чрезмерной жестокости и неблагодарности, злопамятности, малодушия или даже трусости, которые князь проявлял в самые ответственные минуты жизни… Так в трудах историков второй половины XX столетия сложился еще один образ Ярослава — некоего «хромоногого, трусливого, но властолюбивого князя, опирающегося на наемное войско и готовившего народу суровые статьи княжеского закона». Здесь А. Карпов уже сам цитирует академика Рыбакова.

Однако есть один крайне неприглядный поступок князя Ярослава, которого он не совершал. Историки считают, что «киевский князь попросту использовал для своего погребения вывезенную из Херсонеса гробницу с мощами одного из самых почитаемых в древнем Киеве святых, предварительно переложив их в новую раку». Да, дорогие читатели, считается, что Ярославу Мудрому приглянулся большой и красивый мраморный саркофаг, в котором хранились мощи святого Климента Римского. Мощи он приказал, деликатно скажем, переложить в новую раку, а себя велел после смерти положить в этой гробнице. Очень нехороший поступок. Но он его не совершал!

Дело в том, что в этой гробнице лежит другой великий киевский князь Георгий (а Ярослав тоже крещен именем Георгия). Об этом я уже писал в книге «Русь, которая была». Речь идет о Юрии (Георгии) Андреевиче, сыне Андрея Боголюбского, более известного всем как Чингисхан.

Почему же так поступил великий князь Юрий? Юрий=Чингисхан большую часть своей жизни провел в степях и вполне возможно, что он, «оставив почитание Христа, следовал идолам, имея при себе идольских жрецов». Впрочем, этот святотатский поступок мог совершить и его сын Владимир=Джучи (освободив саркофаг для тела своего отца), который уж точно родился и вырос в степи и вряд ли был вообще христианином…

ПОТОМКИ ЯРОСЛАВА МУДРОГО

•Наследство Ярослава•Лествичная система•

НАСЛЕДСТВО ЯРОСЛАВА

После смерти Ярослава в 1054 году согласно традиционной истории Русь была поделена на уделы между сыновьями Ярослава. Изяслав, как старший сын, получил Киев и Новгород. Святослав — Чернигов, Тмутаракань, Рязань. Всеволод — Переяславль-Южный, Ростов с Суздалем. Вячеслав — Смоленск, Игорь — Владимир-Волынский. Внучатый племянник Ярослава Всеслав Брячиславич по-прежнему правил в Полоцке. Старший сын Ярослава Владимир к этому времени уже умер. Когда умирал кто-либо из князей, происходила смена уделов: младшие братья переезжали на княжение в города умерших старших, а сами добровольно оставляли свои прежние города племянникам. Эта система наследования получила по ТВ название лествичной.

Четкая картина истории Древней Руси сложилась давно, новые поколения историков развивали те или иные фрагменты, но общая картина была завершена к концу XVIII — началу XIX века. За основу бралась, естественно, «Повесть временных лет». Правда, английский ученый С. Франклин в изданной им в Оксфорде статье отметил, что завещание Ярослава Мудрого не что иное, как более поздняя компиляция византийского текста — 28-го вопрошания Анастасия Синаита. Но то англичанин, куда ему до тонкостей нашей отечественной истории, тем более, кто же его будет переводить?

Давайте и мы прочтем «Повесть...», где говорится о событиях второй половины XI века, куда мы с вами добрались, и сравним с тем, что пишут историки, выделяя все странности и нестыковки.

1. Еще при жизни Ярослав разделяет между сыновьями страну, раздав им уделы: Изяславу отдал Киев, Святославу Чернигов, Всеволоду Переяславль-Южный, Вячеславу Смоленск, Игорю Владимир. Где же застала сыновей смерть Ярослава? «Изяслав тогда был… (место в летописи уничтожено!), а Святослав во Владимире. Всеволод же был тогда при отце, ибо любил его отец больше всех братьев и держал его ВСЕГДА ПРИ СЕБЕ».

Из предыдущей главы вы, наверное, помните, что князь Владимир держал при себе любимца Бориса, который и получил после смерти Владимира, по утверждению скандинавской саги «Прядь об Эймунде», более половины Руси. И своему любимчику Ярослав завещал всего лишь окраинный Переяславль-Южный?

2. Киев — стольный град, граничит с беспокойной степью, кто же, как не киевский, главный, князь Руси, должен вести активную борьбу со степняками? В первые десять лет после смерти Ярослава «Повесть...» говорит о четырех эпизодах войны с кочевниками. В трех из них с ними воюет Всеволод и только в четвертом — все братья вместе. Также в этот десятилетний период киевский князь Изяслав в 1058 году умудряется сходить в поход против племени голядь, живущей на самом ВОСТОКЕ СМОЛЕНСКОГО княжества, на границе с Черниговским и Ростово-Суздальским княжествами. Что он там забыл? Князем смоленским в это время был уже Игорь Ярославич, но не Изяслав.

3. В 1068 году после поражения от половцев объединенного русского войска Изяслав и Всеволод бегут в Киев, а Святослав в Чернигов. Итак, Всеволод бежит вовсе не в Переяславль-Южный, а в Киев.

4. В 1064 году «бежал Ростислав… в Тмутаракань, и с ним бежали Порей и Вышата, сын Остромира, воеводы НОВГОРОДСКОГО». Куда бежал Ростислав, внук Ярослава от старшего сына Владимира Ярославича, который умер еще при жизни Мудрого, «Повесть...» нам сообщает, но откуда он бежал? И почему с ним в компании оказался сын новгородского воеводы?

5. В 1071 году, то есть спустя 17 лет после разделения Руси между братьями, по которому Белоозеро (а это к северу от Вологды) получил Всеволод, дань в районе Белоозера собирал Ян Вышатич, воевода черниговского князя Святослава. В ту пору некие волхвы, пришедшие к белоозерцам, уже убили много женщин на Волге и Шексне (в районах, принадлежавших по традиционной истории Всеволоду). Ян сказал: «Выдайте мне волхвов, потому что смерды они мои и МОЕГО КНЯЗЯ». То есть ЧЕРНИГОВСКОГО князя.

Один из таких волхвов «объявился и при Глебе в Новгороде». Обратите внимание: Глеб — сын черниговского князя Святослава, и он правил в Новгороде. Но в каком Новгороде: Ильменском или Новгороде=Ярославле? Движение волхвов происходило на северо-востоке, в районе Волги и Шексны, т. е. в районе Ярославля. А волхв согласно «Повести...» объявился в Новгороде, который ТВ однозначно считает Новгородом, что на Ильмени. Мы же видим очередное подтверждение тому, что это Новгород=Ярославль, так как вряд ли движение волхвов охватило значительную часть Руси.

При принятии читателями версии, что древний Великий Новгород — это Ярославль, мы имеем следующую картину. Раз Глеб Святославич правил в Новгороде=Ярославле, а Белоозеро относилось к Северо-Восточной Руси, то все правильно: Белоозеро и должно платить дань Глебу. А восставшие волхвы действительно были смердами его отца Святослава Ярославича, а не Всеволода Ярославича, которому ошибочно по ТВ принадлежала Северо-Восточная Русь.

6. «Повесть временных лет» довольно скупо отмечает разделенное между братьями наследство Ярослава. Особняком в этом вопросе стоит Новгородская первая летопись. Вот что согласно ей получил Всеволод: «Переяславль, Ростов, Суждаль, Белоозеро, Поволжье». Покажите этот список любому мало-мальски грамотному человеку, даже историку, и получите ответ: это города одного региона! То есть Переяславль — это Переславль-Залесский, но никак не Южный. Вот поэтому из промежуточного варианта, которым является Новгородская первая летопись, и вычеркнули все города, которые своим присутствием в этом списке бросали тень на культивируемый Переяславль Южный.
А теперь попробуем по-новому реконструировать историю второй половины XI века.

Ярослав умирает в 1054 году, завещая киевский стол в обход старших сыновей Всеволоду, своему любимцу, передав ему, естественно, и дружину. Считается, что последним языческим многоженцем среди князей был Владимир, а после крещения Руси с языческими традициями было покончено. Но почему это было невозможно в первые годы после принятия на Руси христианства? Новая вера не могла сразу привиться, а вековые «привычки жениться» искореняются трудно. Вот, к примеру, что пишет «Повесть временных лет» о внуке и правнуке Ярослава Мудрого: «Святополк же посадил во Владимире сына своего Мстислава, который был у него от НАЛОЖНИЦЫ». А это произошло в 1097 году! Та же «Повесть временных лет» так и не дала ответа, кто же из сыновей князя Владимира родился от его единственного христианского брака, как, впрочем, и с кем был этот брак.

Скандинавский историк-скальд XIII века Снорри Стурлусон сообщал, что у жены Ярослава Мудрого Ингигерды было три сына: Вальдимар, Висиволд и Гольти. Первые два идентифицируются как Владимир и Всеволод, а вот третий, Гольти, почему-то стараниями наших историков переводится со скандинавского просто как ловкий, быстрый. Но разве не очевидно, что Гольти не что иное, как слегка искаженное имя младшего сына Ярослава Мудрого — Игоря? И обратите внимание: при этом Стурлусон не называет других сыновей Ярослава — Изяслава, Святослава и Вячеслава, имена которых, кстати, имеют одинаковые окончания, в отличие от трех сыновей, названных Стурлусоном. Возможно, последние трое были от другой жены Ярослава Мудрого. Из трех детей Ингигерды ко времени смерти Ярослава в живых оставались двое: Всеволод и Игорь. Последний тоже вскоре умирает (1060 год). Может, поэтому, кто знает, и отдал Ярослав власть старшему из оставшихся в живых сыновей Ингигерды, его официальной жены. А поздние летописцы факт многоженства Ярослава, его порочащий, со страниц летописей убрали. Вспомните, как описан его отец князь Владимир на страницах наших летописей: в черных красках до крещения и похвально после него.

В «Саге о Тидреке Бернском» говорится о том, что у князя Владимира был сводный брат по имени Илиас, то есть Илья. Но о каком Владимире идет речь? Возможно, все-таки не о Владимире-крестителе, а о Владимире Ярославиче, умершем за два года до смерти Ярослава Мудрого. Действительно, есть сведения, что у Владимира Ярославича был старший брат Илья (всего у Мудрого было семь сыновей), умерший в 1020 году. Если это так, то выходит, что Владимир и Илья были сыновьями Ярослава Мудрого от разных матерей. Это вполне согласуется с предположением, что в 1018 году Ярослав заключил военный союз с датским королем Канутом, подкрепленный браком Ильи Ярославича и сестры Канута. Благодаря этому союзу Канут помог своему родственнику, напав на Болеслава. Кстати, этот факт также может говорить о том, что Ярослав родился не в 989, а в 979 году, иначе получится, что Илья Ярославич вступил в брак в детском возрасте.

В то же время нельзя не отметить и иную точку зрения на сообщения летописи об Илье. Сообщение о нем есть только в Новгородской первой летописи младшего извода в общем перечне новгородских князей: «И родися у Ярослава сын Илья, и посади в Новегороде, и умре». Однако ряд историков сомневаются в существовании этого сына у князя Ярослава на основании того, что другие летописи о нем не сообщают ничего. А. Карпов считает, что «Илья — крестильное имя другого сына Ярослава, новгородского князя Владимира». Однако согласно летописям, в том числе и Новгородской, Владимир родился в 1020 году. При этом Владимир в списке новгородских князей идет следом за Ильей.

Историки, с трудом веря в реальность существования князя Ильи Ярославича, почему-то считают, что этот князь должен был умереть через короткий промежуток времени после своего рождения, то есть он должен был княжить в Новгороде младенцем. Это произошло из-за того, что историки слишком точно следовали за текстом Новгородской летописи, где сказано, что Илья родился, стал князем и умер. Но так как в летописи три события: рождение Ильи, его княжение и смерть — не были отмечены каким-либо годом, а также то, что, Илья не мог быть посажен на княжение будучи младенцем, это дает основание думать, что следует разнести по годам все эти три факта о нем.

Но продолжим реконструкцию истории Руси после смерти Мудрого. Где был Святослав? В момент смерти Ярослава Мудрого Святослав, на мой взгляд, был действительно во Владимире, но не Волынском, а во Владимире-на-Клязьме. Город этот вопреки мнению историков уже тогда существовал, а не был основан сыном Всеволода Ярославича Владимиром Мономахом, как это утверждается нашей традиционной историей. Ибо не смог бы город Владимир так быстро, всего за несколько десятилетий, стать центром Руси во второй половине XII века. Святослав получил также Чернигов и Тмутаракань, старший на тот момент брат Изяслав — Смоленск и Туров (вот почему он пошел в поход на голядь, жившую, как я уже говорил, на востоке Смоленского княжества), а сын их рано умершего СТАРШЕГО брата — Ростислав Владимирович — Ярославль, что не удивляет, так как Ярославль=Новгород всегда доставался старшим сыновьям в роду.

Итак, три главных города Руси: Киев, Ярославль и Смоленск получили Всеволод, Ростислав и Изяслав. Не был обделен и Святослав, у которого оказались значительные территории.

Любимый сын Ярослава Всеволод был и наиболее слабым из братьев, терпя постоянные поражения в различных битвах. Одним словом, бездарь из любимчиков. Святослав, наиболее одаренный из братьев и желавший большего, предлагает племяннику Ростиславу обмен ярославского княжения на свое — тмутараканское. Даже по названию предлагаемого можно судить, что обмен состоялся не без принуждения. Вскоре Святослав выгоняет Ростислава и из Тмутаракани, концентрируя в своих руках ПОЛОВИНУ всей территории Руси, причем ЛУЧШУЮ половину. Вероятно, с целью ослабления Изяслава он дает добро на захват Всеславом Полоцким Новгорода-Ильменского, относящегося к Смоленскому княжеству.

А вскоре братья захватывают Всеслава. Закончить за-хват всей Руси Святославу помешали половцы: русские войска ими разгромлены, в Киеве правит уже освободившийся Всеслав. А Изяслав бежит в Польшу, приводит войска своего тестя польского короля Болеслава. С помощью польских войск Изяслав захватывает Киев и становится киевским князем.
В 1073 году Киев захватывает Святослав, завершив процесс «объединения» Руси под свое начало в границах своего отца Ярослава Мудрого. Но закрепить сей успех, с передачей в дальнейшем правления страной своим потомкам, ему помешала собственная смерть в 1076 году. В ходе начавшейся смуты в Киеве к власти приходили Всеволод, вновь Изяслав, которые в целях борьбы со Святославичами объединяются. Изяслав помогает Всеволоду взять Чернигов, Владимиру Мономаху (сыну Всеволода) — Смоленск, а своему сыну Святополку — Ярославль (то есть по ТВ — Новгород). Святославичи с переменным успехом сопротивляются, но в конечном итоге уступают. Гибель в одной из битв Изяслава приводит к приходу к власти в Киеве слабого Всеволода. И только в самом конце XI века, уже после смерти Всеволода, к неуступчивым Святославичам отходит Чернигов.

Если бы Святослав прожил на несколько лет больше, то к началу XIII века на Руси первенствовали бы его потомки, а не Всеволода. Не было бы Чингисхана (потомка Всеволода!), а следовательно, и не было бы «монгольского вторжения», движения кочевников ограничились бы пределами степной зоны. Конечно, различные татаро-половецкие орды вторгались бы на Русь, но это было бы не так часто, да и половцы вскоре обрусели бы и приняли христианство. История России могла быть совсем иной…

ЛЕСТВИЧНАЯ СИСТЕМА

А была ли вообще на Руси лествичная система передачи власти? Каждый, кто считает, что мало-мальски знает историю, ответит утвердительно. Но будет ли он прав? Об этой системе свидетельствует «Повесть временных лет»: с легкой руки Ярослава Мудрого власть стала передаваться только через трех старших сыновей. После смерти последнего из них, власть переходила к сыну старшего из этих трех братьев и т. д. Но вы только что убедились, что Ярослав никакой лествичной системы не вводил, передав власть МЛАДШЕМУ, но любимому сыну, что, впрочем, в свое время сделал и его отец Владимир. К каким междоусобицам это привело, мы знаем.

Но, может быть, лествица привилась на Руси при внуках Ярослава? Действительно, Киев после смерти Всеволода Ярославича достался старшему из Изяславичей — Святополку, который, кстати, родился вне церковного брака (об этом читайте у А. В. Назаренко в книге «Древняя Русь на международных путях», где он обоснованно критикует по этому вопросу академика Янина). У Карамзина же читаем, что Владимир Мономах, сын Всеволода, «мог бы сесть на престоле родителя своего; но сей чувствительный, миролюбивый князь уступил оный Изяславову сыну и, сказав: «отец его был старее и княжил в столице прежде моего отца; не хочу кровопролития и войны междоусобной», объявил Святополка государем Российским; сам отправился в Чернигов, а брат его, Ростислав, в Переславль».

Что можно об этом сказать? Называть Мономаха, всю жизнь проведшего в походах, «миролюбивым князем» язык как-то не поворачивается. Прочтите хотя бы его «Поучение», данное в той же «Повести временных лет», и вы увидите бесконечную череду военных походов, в которых он принимал участие с 13 лет. Если Мономах такой «чувствительный», то почему он добровольно не отдал Чернигов потомкам второго сына Ярослава — Святослава (отдать пришлось после того, как Олег Святославич осадил в 1094 году Мономаха в Чернигове, заставив того сдать город и уйти)? Ответ на эти вопросы лежит на поверхности: лествичной системы на Руси не было!

Было ли сильным войско Мономаха? Историки почему-то считают, что в 1093 году к моменту смерти своего отца Мономах был намного сильнее Святополка Изяславича, так как под началом Владимира Мономаха были дружины Киева, Чернигова, Переяславля-Южного, Смоленска, Волыни, но при этом нельзя забывать, что за Святополком стоял Новгород. А история неоднократно показывала, что именно новгородские рати приводили Рюриковичей к киевскому княжению. И учтите, что Переяславль-Южный, вотчина Мономаха, это только по ТВ хорошее и сильное (как-никак третий стол после Киева и Чернигова) княжество. На самом деле оно было слабым и малозаселенным по причине близости к опасной степи. Впрочем, третьеразрядность Переяславля-Южного время от времени проявляется в летописях. Так, его князь Ярополк в 1116 году, «тяготясь более других князей МАЛОНАСЕЛЕННОСТЬЮ своей степной волости, так часто опустошаемой половцами», поселил захваченных им жителей Друцка в специально для них срубленном городе Желне.

Русские дружины, даже объединившись, не имели перевеса над половцами. В 1093 году против напавших половцев выступают объединенные войска трех князей — Святополка и Мономаха с братом Ростиславом, и русские войска оказались разбиты.

Вот что происходило согласно летописям после смерти Всеволода Ярославича. Он умирает 13 апреля 1093 года, а уже 24 апреля его племянник Святополк входит в город Киев. Тут же «в это время пришли половцы на Русскую землю». Святополк Изяславич посылает за подмогой к Владимиру Мономаху и Ростиславу Всеволодовичам. Те приходят, но, «когда Владимир пришел в Киев, встретились они в монастыре святого Михаила, затеяли между собой распри и ссоры». Затем кузены мирятся, идут на половцев, терпят поражение, и в битве гибнет Ростислав, утонув при бегстве. Далее следует интереснейший поворот событий: Святополк женится на дочери половецкого хана Тугоркана. А в бурно развивающиеся события вскоре вмешиваются потомки Святослава Ярославича: Олег Святославич осаждает Мономаха в Чернигове и выгоняет его оттуда. Через год половцы снова вторгаются в русские земли: Мономаху удается разгромить войско Тугоркана, последний погибает, а Святополк с торжеством хоронит своего тестя «недалеко от своего Берестовского дворца». Но в это же самое время другой половецкий хан — Боняк жжет предместье Киева и даже захватывает Печерский монастырь. Такая вот вкратце история тех событий.

Всего этого вполне достаточно для того, чтобы реконструировать РЕАЛЬНЫЕ события. В 1093 году умирает киевский князь Всеволод Ярославич. Святополк Изяславич с половецкими войсками, под предводительством ханов Боняка и своего тестя Тугоркана, захватывает Киев, при этом гибнет Ростислав Всеволодович. Мономах бежит в Чернигов, но оттуда его изгоняет Олег Святославич. Вот и все. Коротко, ясно и правдиво. Не было лествицы, а власть на Руси брал сильнейший.

В 1113 году после смерти Святополка жители Киева приглашают на княжение Владимира Мономаха, хотя по лествичной системе князем должны были стать Давид либо Олег Святославичи. В 1125 году после смерти Мономаха князем становится его сын Мстислав, что опять-таки идет в нарушение законов лествичной системы. В 1132 умирает Мстислав Владимирович, а киевским князем становится его брат Ярополк. После смерти последнего его брата Вячеслава Владимировича изгоняет черниговский князь Всеволод Ольгович. После смерти этого князя в Киеве утверждается Игорь Ольгович, но уже через год (по другим данным — через 13 дней) его изгоняют, а вскоре и убивают. К власти приходит Изяслав Мстиславич, сын умершего в 1132 году Мстислава Владимировича, хотя еще был жив младший брат Мстислава Вячеслав Владимирович. Но и Изяслав и Мстислав по лествичному праву стояли ниже Игоря Ольговича. После смерти Изяслава киевским князем становится его брат Ростислав, опять же в обход своего дяди Вячеслава Владимировича.
Где же во всех этих событиях красивый и чинный закон лествицы? Вот что пишет Карамзин о событиях 1145 года — времени правления Всеволода Ольговича: «Всеволод сказал им, что он, предвидя свою кончину, ПОДОБНО Мономаху и Мстиславу ИЗБИРАЕТ наследника и что Игорь будет государем». Так что лествичное право — это, по крайней мере, сильное преувеличение ранних историков, которые при правке истории просто выдали желаемое за действительное. А многие современные историки это с удовольствием повторяют.
На протяжении всей этой книги неоднократно говорилось об идентичности древнего Великого Новгорода и города Ярославля. Наконец, настало время подробно рассмотреть доказательства этому.

ВЕЛИКИЙ НОВГОРОД ЯРОСЛАВЛЬ

•Гипотеза Носовского и Фоменко•
•Сообщения восточных авторов•Сведения скандинавских саг•
•Русские летописи о начальном периоде•
•Новгород домонгольских времен•События последующих лет•
•Экономическое сравнение двух регионов•Ярославль и Молога•
•Ярослав и Ярославль•Чужая слава Новгорода-Ильменского•
•Ростов Великий•Древнейшие ярославские города•Кто и почему?•



Новгород Великий — старшее княжение во всей Русской земле.
Всеволод Большое Гнездо

О древности Новгорода вообще и времени основания его в частности ничего определенного нельзя сказать.
А. В. Экземплярский.
Великие и удельные князья Северной Руси

Quis potest contra Deum et magnam Novgardiam? — Кто против Бога и великого Новгорода?
Кранц. Вандалия

«Вот повести минувших лет, откуда пошла Русская земля» — так начинается «Повесть временных лет». Так откуда же она пошла? С Киева — матери городов русских? Нет, с Новгорода, именно там согласно «Повести...» сел Рюрик. Поэтому вполне справедливо назвать Новгород отцом городов русских. Но где был этот Новгород? На реке Волхов? До недавнего времени так и считалось. Однако ряд исторических обстоятельств заставляет задуматься пытливых исследователей о местонахождении летописного Великого Новгорода, отделяя его от современного тезки.

ГИПОТЕЗА НОСОВСКОГО И ФОМЕНКО

Глеб Носовский и Анатолий Фоменко выдвинули гипотезу о том, что исторический Великий Новгород на самом деле является Ярославлем, т. е. между современным Ярославлем и летописным Новгородом можно поставить знак равенства: Ярославль=Новгород. Даже с географической точки зрения скачок немыслимый — 500 километров! Что уж говорить об истории. Основы ее традиционной версии с каждым годом все больше и больше трещат по всем швам, сея панику среди почивающих на лаврах историков. Впрочем, насчет паники я погорячился. Историки предпочитают игнорировать альтернативные гипотезы. Что ж, это их право отвергать новые идеи или просто хранить молчание. Но при этом они игнорируют и ОБОСНОВАННУЮ критику ошибок своей традиционной версии, что с моей точки зрения еще раз подтверждает: традиционная версия ДЕЙСТВИТЕЛЬНО во многом ОШИБОЧНА!

Одной из таких ошибок-подделок и является ситуация с летописным Новгородом. Фоменко и Носовский привели ряд доказательств того, что Новгородом является Ярославль. Эти доказательства можно разбить на две группы: свидетельства того, что современный Новгород-на-Волхове не мог быть Великим, как то утверждает традиционная история, и увязывание летописного Новгорода с Ярославлем.

Нахождение истины в данном вопросе имеет принципиальное значение для всей древнерусской истории, именно с Новгорода она и началась. Поэтому рассмотрению этого вопроса необходимо уделить особое внимание. У меня оказалось собрано много фактурного материала в пользу гипотезы Носовского и Фоменко. Но перед тем как начать излагать эти доказательства, давайте вкратце рассмотрим материал, приведенный в поддержку своей гипотезы этими авторами.

Итак, прежде всего следует отметить, что крупномасштабные раскопки, уже более пятидесяти лет ведущиеся в Новгороде, не привели к каким-либо значимым открытиям. Берестяные грамоты, найденные там, не дали истории ничего существенного, так как в своей основе они представляют всего лишь бытовые записи. Псалтырь, найденный там же в 2000 году, вряд ли является столь древним, как об этом тут же поведал всему свету главный археолог Новгорода В. Л. Янин. Об этой находке Носовский и Фоменко к моменту написания этих строк еще не выносили своего суждения, но оно, я думаю, не будет отличаться от моего мнения.

Носовский и Фоменко совершенно справедливо отмечают, что «Новгород в действительности никогда не был крупным торговым центром… Трудно найти другой город, расположенный столь неудачно в торговом отношении». Историки не могут сообщить, через какой морской порт шла новгородская торговля. Единственным оптимальным с географической точки зрения портом мог быть Петербург, но последний основан только три столетия назад.

Где же проходила «Великая дорога», соединявшая Новгород с Северо-Восточной Русью? «До сих пор там труднопроходимые, болотистые места». На полтысячи километров от Новгорода как в сторону Москвы, так и в сторону Киева «нет никаких старых исторических центров».

В самом Новгороде археологи до сих пор не могут найти так называемое Ярославово дворище — место, где собиралось знаменитое новгородское вече. Правда, академик Янин предложил некую территорию, но, как он сам и сообщил, на ней «ни одного замощенного или утоптанного участка не нашли». Как же Янин объясняет такую странность? А просто: мол, новгородское вече состояло всего лишь из трехсот(!) человек.

Тему Ярославова дворища вскользь упомянул в книге «Россия, которой не было-2» Буровский, резко обрушившийся на гипотезы Носовского и Фоменко, обвинив их в невежестве. Вот одна из его реплик: «Спор профессора со студентом возможен все-таки, в основном, в учебных целях.

А тут такая бездна невежества, что и с семиклассником сравнить непросто. А как прикажете хоть что-то объяснить человеку, не владеющему самым элементарным материалом?! Ты ему скажешь: «На Ярославовом дворище было найдено…». А он выпучит глаза: «Так ведь Ярославова дворища нет?!».

В чем же заключается «невежество» Носовского и Фоменко? Не веря на слово корифеям нашей исторической науки, они просто попросили своих оппонентов привести убедительные доказательства того, что именно эта территория в Новгороде и есть то самое знаменитое Ярославово дворище. Если таких доказательств нет, значит это место вряд ли являлось новгородским дворищем. Логично? Оказывается, что нет: это «бездна невежества»!

Носовский и Фоменко приводят несколько примеров географического несоответствия нынешнего Новгорода маршрутам движения князей согласно летописям. Кстати, мной этот список расширен, но об этом чуть ниже.

Далее они приводят примеры нескольких наиболее известных зданий, сохранившихся, по мнению историков, с древних времен. В действительности все они на древние «не тянут».
И наконец, по мнению авторов обсуждаемой гипотезы, еще в XVI веке «городок на Волхове не имел даже собственного имени, а назывался безлично околотком. С последним утверждением уважаемых Носовского и Фоменко я не могу согласиться. То, что жители так иронично-презрительно называли свой город, свидетельствует лишь о его захудалости. Да, Новгород-на-Волхове был маленьким и захолустным городом. Но это не мешало ему иметь свою историю, и об этом немного дальше.

В поддержку своей гипотезы о Ярославле как истинном Великом Новгороде Носовский и Фоменко приводят целый ряд серьезных доказательств. Так, Ярославль длительное время являлся крупнейшим торговым центром, находясь на пересечении Северо-Двинского и Волжского водных путей. Даже после перемещения центра торговли с Европой из Архангельска в Петербург Ярославль все еще продолжал играть заметную роль во внутренней торговле. А Новгород-на-Волхове, даже получив выход в Европу через Петербург, этим подарком судьбы распорядиться не смог.

Вот вкратце основные аргументы, приводимые Носовским и Фоменко. Их, как видите, не так и много. Теперь давайте рассмотрим на более глубоком уровне доказательства того, что Ярославль и есть тот знаменитый летописный Великий Новгород.

СООБЩЕНИЯ ВОСТОЧНЫХ АВТОРОВ

Вначале воспользуемся информацией различных арабских авторов, упоминавших те или иные земли будущей Киевской Руси. Так, историк Х века Массуди упоминает о земле Нукбард или Нукирад, соседствующей со славянской. Однозначно, что речь идет о Новгороде. Но Новгород по Нестору — центр чисто славянских земель, а именно — племени ильменских словен, зато Ярославль действительно был расположен хоть и на территории мерян, но рядом со славянскими землями.

Ал-Истахри пишет, что «из Арты вывозятся черные соболи, черные лисицы и свинец». Скажите, откуда лучше и удобнее вывозить на восток соболей и лисиц: из Новгорода Ильменского или из Ярославля? Не спорю, можно, конечно, и из Новгорода, но откуда в Новгороде металл? И был ли металл в Ярославле? Практически в границах современного Ярославля расположено Тимерево, где в конце первого тысячелетия активно разрабатывался участок падения крупнейшего метеорита. Большие запасы небесного металла лежали на поверхности земли. А по тем временам металл был очень и очень редок. Достаточно отметить, что в битве при Гастингсе в 1066 году, когда Вильгельм Завоеватель разгромил англосаксов, войска обеих сторон рубились каменными топорами. В «Худуд аль-алам» говорилось о мечах русов, напоминавших по свойствам булат.

В могильниках районов Верхней Волги и Среднего Поволжья находят много различных железных вещей, однако в этом регионе залежей железной руды нет. Поэтому принято считать, что железо выплавлялось из болотной руды. При этом его качество должно быть низким, но железные вещи из раскопанных могильников как раз отличает высокое качество: редкие изделия покрывает сильная ржавчина. Анализ образцов изделий из Тимерево показал аномально высокое содержание в них никеля. О том, насколько большим был упавший метеорит, свидетельствует размер оставшейся впадины: диаметр 800 метров и глубина 10 метров.

Согласно Ибн-Дасту глава русов живет в городе, называемом Джарваб, в котором ежемесячно происходят многодневные торги. Звук -джа- в этом слове довольно близко звуку -я- (сравните: Jamaica — Ямайка), а значит, не исключено, что этим городом мог быть и Ярославль. По крайней мере, это не Киев или, скажем, Смоленск, или Новгород, которые никак нельзя по звучанию отожествить с Джарвабом.

У Ибн-Хаукаля три группы русов называются: Гунаб, Арта и Дшелабе. Последняя группа обитает выше жителей Арты. «Но для торговли никто не ездит далее Булгарской столицы, никто не ездит до Арты». Итак, здесь однозначно дается понять, что Арта находится выше от Булгара по Волге.

А еще дальше расположен Дшелабе. А теперь сравните два названия: Джарваб и Дшелабе. Они очень схожи, как, впрочем, похожи и звучания их оригиналов: Ярославль и Переяславль (Залесский). На вопрос, если Дшелабе — Переяславль, то как он выше Арты=Ростова, отвечу, что отсчет идет не о географических широтах, а о движении купцов с низовий Волги. Чтобы попасть в Дшелабе, нужно вначале проехать Булгар, Гунаб и Арту. Действительно, Переяславль оказывается выше (то есть дальше!) Арты.

Что подразумевал Ибн-Хаукаль под Артой? Скорее всего, Ростов Великий, что по соседству с Ярославлем. Но уж никак не Новгород-на-Волхове. И вот здесь нам должен помочь медведь. Дело в том, что у угорских племен он занимал центральное место в культовых обрядах. На территории Верхней Волги жила меря — финно-угорское племя. Во многих индоевропейских языках корень арт означает «медведь». Для ярославцев же медведь — культовое животное, именно он изображен на гербе Ярославля. Не спорю, возможно, здесь имеет место совпадение: «арт» и «Арта», но не отметить такой факт тоже нельзя. А вот на древнем гербе Новгорода медведь не является главным персонажем, соседствуя с волком, неким трехъярусным возвышением и посохом.

Итак, мы знаем, что медведь — символ Ярославля. Ссылка на медведя в древнем гербе Новгорода может означать не что иное, как то, что Новгород являлся дочерним городом Ярославля и находился в его подчинении. Почему не наоборот? По законам геральдики. Возьмите гербы городов Ярославской области. Практически на всех есть изображение медведя как символа их подчиненности Ярославлю. Но на них медведь не такой крупный, как на гербе Ярославля, и обязательно расположен на фоне каких-либо местных геральдических изображений.

И. Коновалова в своей книге «Восточная Европа в сочинении ал-Идриси» рассматривала локализацию шести городов, относимых к Новгородской Руси. Вот они в современной транскрипции: Лука, Астаркуса, Баруна, Бусада, Харада и Аба'да. К сожалению, в решении этой задачи ей не повезло, так как за основу, естественно, пришлось брать традиционную версию истории. Без белых ниток и тут не обошлось, впрочем, иначе быть не могло. Город Харада соотнесен ею с Новгородом. Вполне с этим соглашусь, подразумевая, что Новгород есть Ярославль. Город Аба'да (или Анкада, Алгада) принят за Ладогу. Согласно ал-Идриси расстояние между ними — один день пути. А между прочим, расстояние между этими городами 200 километров, а это по тем временам неделя пути.

Далее по ал-Идриси города Астаркуса (опять же вроде как Новгород, по мнению О. Талльгрен-Туулио, с которым Коновалова осторожно соглашается), Аб'ада (т. е. Ладога, по мнению Коноваловой), Бусада (неизвестно) и Лука (Великие Луки) связаны общим водным путем — рекой Булга (т. е. Волгой). Коновалова эту проблему разрешает следующим образом: по ее мнению, в том, что по ал-Идриси «города стоят на Волге», нет ничего страшного, это «подразумевало не столько их расположение непосредственно на волжских берегах, но просто включенность в систему Балтийско-Волжских торговых путей». Как видите, весьма и весьма неубедительно. Но таково прокрустово ложе традиционной истории.
Город Бусада, по неверному мнению ряда ученых, не город, а народ, известный нам как югра, а это уже район Северного Урала. Наконец, шестой город в этом списке — Баруна отожествляется, и вероятно, справедливо, с городом Муромом. То есть, как видите, традиционные историки вынуждены признавать, что часть этих топонимов все-таки относится к северо-восточной части Руси.

Так что же все-таки имел в виду ал-Идриси, выстраивая эти города на Волге? А то, отвечу вам: на Волге, помимо Ярославля=Новгорода (Харада), есть такие старинные города, как Молога (чем не Лука?), Кострома (Аб'ада?), недалеко расположен крупный Суздаль (Бусада?). Причем путь от Ярославля до Костромы вполне реально преодолеть вниз по Волге за один день. Впрочем, здесь уже начинается гадание на кофейной гуще, то есть то, чем вынуждены заниматься традиционные историки, подгоняя различные древние сведения в жесткие, но неверные рамки традиционной истории. Но в любом случае предлагаемый мной вариант отожествления городов Северо-Восточной Руси с городами, упомянутыми у ал-Идриси, выглядит намного предпочтительнее, чем у современных традиционных историков.

Прежде чем вновь вернуться к сочинениям Ибн-Хаукаля, отметим фрагмент из сочинений Константина Багрянородного, который писал, что росы, отправляющиеся с однодеревками «из ВНЕШНЕЙ Росии в Константинополь, являются из Невогарда, в котором сидел Сфендослав, сын Ингора, архонта Росии…». Здесь «внешняя Росия» — это обширный регион Киевской Руси, а под внутренней (ближней) «Росией» следует предполагать район Тамани.

Итак, Невогард (или Немогард, по другим переводам византийского текста) — это Новгород, но данная византийская трактовка перевода названия очень близка к слову Нероград. Напомню, близ Ярославля, в 60 километрах, находится озеро Неро. Из этого озера течет и впадает в Волгу в центре Ярославля река Которосль. Кто знает, как она раньше называлась, может, Нера? Это не голословное предположение. Река Нева вытекает из Ладожского озера. Но, оказывается, считается, что Ладожское озеро раньше называлось Нево. То есть из озера Нево вытекает река Нева, впадающая в Финский залив. Может быть, и в самом деле из ростовского озера Неро вытекала река Нера? Невогард вполне можно трактовать как Нероград, или, как вы уже догадались, Ярославль.

По сведениям Ибн-Хаукаля, в 968 или 969 году русы опустошили Булгар (район современной Татарии), а затем города Хазарии. Самое интересное в этом сообщении то, что русы помещены им на реке Атиль (то есть Волге), недалеко от булгар, между БУЛГАРАМИ И СЛАВЯНАМИ.

А этому району вполне соответствует Ярославль. Вспомните вышеприведенную информацию Константина Багрянородного, по которой Святослав княжил в Немогарде. Если Немогард — это Ярославль, то византийские и арабские источники удивительным образом соприкасаются в одной географической точке — Ярославле.

Тот же Ибн-Хаукаль во второй половине Х века называет Волгу Русской рекой. Почему-то считается, что он назвал ее так за удачный поход Святослава. Но основания для такой характеристики должны быть серьезнее: по АВ русские купцы, да и не только купцы, давно уже обосновались на ней, и в первую очередь, в Ярославле.

#8 Пользователь офлайн   АлександрСН 

  • Виконт
  • Перейти к галерее
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Раскрыть информацию
  • Группа: Виконт
  • Сообщений: 1 796
  • Регистрация: 29 Август 11
  • Пол:
    Мужчина
  • ГородКемерово
  • Награды90

Отправлено 21 Январь 2012 - 20:40

СВЕДЕНИЯ СКАНДИНАВСКИХ САГ

Не обошли вниманием Новгород и скандинавские саги. Вот отрывок из скандинавской «Саги о Хаконе Хаконарсоне»: «Этим летом отправились они в военный поход в Бьярмаланд, Андрес Скьяльдарбанд и Ивар Утвик. У них было четыре корабля. И то было причиной их поездки, что ездили они в Бьярмаланд в торговую поездку за несколько лет до этого, Андрес из Сьомелингар и Свейн Сигурдарсон, Эгмунд из Спангхейма и многие другие. У них было два корабля. И отправились они назад осенью, Андрес и Свейн; а они остались с другим кораблем, Хельги Богранссон и его корабельщики, Эгмунд из Спангхейма тоже остался; и отправился он осенью на восток в Судрдаларики со своими слугами и товаром. А у халогаландцев случилось несогласие с конунгом бьярмов. И зимой напали на них бьярмы и убили всю команду. И когда Эгмунд узнал об этом, отправился он на ВОСТОК в Хольм